Бывший муж. Ты меня не достоин!

Глава 15

Просыпаюсь с тяжелой головой, будто ночь прошла не в сне, а в бесконечном повторении одной и той же сцены. Блондинка с наращенными волосами, тонкий, раздражающе-сладкий голос, фраза «я невеста Димы». И самое болезненное — как в тот же миг меняется лицо Кристины. Сначала непонимание, потом мгновенная боль, скрытая за натянутой вежливостью.

Я знаю, что Дима к ней неравнодушен, и явно что-то скрывает. Знаю, что у них есть общая дочь, а это значит, у них всегда остается шанс вернуть семью из прошлого в настоящее. Но появление «невесты» врезается в эту надежду, как лезвие. Одно слово и ощущение, что хрупкая возможность испарилась, щелкнув, как выключатель.

Я злюсь на Диму. Клянусь, если бы в тот момент он был рядом, я бы, наверное, врезала ему звонкую пощечину. Потому что я ему несколько раз уже сказала, что ему не нужна никакая женщина. Тем более такая, что появилась вчера на моем пути, как черт из табакерки.

Не думаю, что брат показал мою фотографию. Та девица явно многое знает о нашей семье, что неприятно.

Я такую в нашу семью не хочу. Какой бы эгоистичной я не выглядела. Ведь отчетливо видно, что она не из-за большой любви вцепилась в Диму. Просто охотится за его деньгами.

Будильник во второй раз пытается заставить меня встать. Поднимаюсь, выравниваю дыхание и обещаю себе, что в компании я не обойду эту тему.

— Мам, я хочу косички, — объявляет Айджан, выскакивая из комнаты с куклой в руках, которую вчера ей подарила сестра. — Хочу косички как у Даши.

— Будут, — улыбаюсь дочери, прижимая ее к себе и целуя в шею. — Умываемся, одеваемся, а потом две косички, как у Даши.

— А бусы можно? Маленькие.

— Маленькие можно, звездочка моя.

Айджан не могла уснуть ночью, хоть и была безумно усталой. Без умолку говорила, какая Даша хорошая и что хочет часто с ней встречаться.

В ванной проводим около десяти минут. Наконец переодев дочь, привожу ее волосы в порядок. Все делаю так, как она просит. А потом мы идём на кухню и я кормлю её, параллельно набирая маме.

— Доброе утро, мамуль. Как ты?

— Хорошо, дочка. А ты как?

— Нормально, мам. Скажи, сможешь забрать Айджан из сада? У меня сегодня на работе будет завал.

— Конечно, смогу. Ты только скажи во сколько?

— Как обычно. Я напишу, если вдруг успею сама.

— Не волнуйся, Диана. Я заберу малышку, — мягко говорит она. — Позаботься о себе тоже. Ладно?

— Постараюсь. Спасибо.

Кладу телефон и возвращаюсь в комнату к зеркалу. Сегодня надеваю то же самое, что вчера — строгую мини-юбку и свободную блузку.

— Готова, капитан? — подмигиваю Айджан, застегивая на ней куртку.

— Готова! — она вздергивает подбородок, копируя мою серьезность. — Я заберу куколку с собой, ладно?

— Хорошо. Как ты ее назвала?

— Никки!

— Вау. Прекрасное имя.

— Даша помогла выбрать!

Ну что же… Очень умная у меня племянница.

Мы выезжаем. По дороге дочь рассказывает про секретный рисунок для воспитательницы. Я поддакиваю и ловлю себя на том, что напряжение ушло на второй план: когда рядом мой ребенок, я перестаю думать о лишнем.

У ворот сада я приседаю, поправляю малышке косички.

— После садика тебя заберет бабушка, — говорю спокойно. — Я приду поздно. А вечером крепко-крепко обниму. Хорошо?

— Договорились, — серьезно кивает малышка и бежит к группе.

Звонок от незнакомого номера по пути в офис выбивает почву из-под ног. Телефон на подставке вибрирует, но я не решаюсь взять трубку. Потому что интуиция подсказывает, что это Джан. Не знаю, как я умудряюсь игнорировать и первый и второй звонок. Но у меня получается.

Возможно, это вовсе не он, однако я не могу отделаться от мысли, которая шепчет другое.

Концентрирую взгляд на дороге. Захожу в офис и прямиком направляюсь к лифтам. Едва створки начинают медленно закрываться, кто-то подставляет руку. По циферблату дорогих часов понимаю, что это Николай. И как назло, в кабине кроме меня никого нет.

Стою молча, даже не отодвигаюсь в сторону. Смотрю на себя в отражении зеркала. Чувствую, на себе пристальный взгляд Вербицкого, очень пытаюсь не обращать на него внимания. Но, к сожалению, всё нос ударяет запах его парфюма и меня начинает тошнить. Не то, что аромат неприятный — нет. Каким бы неприятным ни был для меня Николай, нужно признать, что он любит ухаживать за своим внешним видом и пользуется дорогими вещами, в том числе и духами. Однако все равно к горлу подкатывает тошнота. Малыш под моим сердцем напоминает о себе.

— Я считал тебя умной женщиной, Диана, — Вербицкий нарушает тишину. Поняв, что я не собираюсь ему отвечать, продолжает: — Оставлять ребенка от человека, который вышвырнул тебя как мусор… Только глупый человек может так поступить.

— А ты будь умным и держись от того глупого как можно дальше, ладно? — огрызаюсь в ответ. — Не лезь ко мне, Вербицкий. Занимайся своими делами. Ясно?

— Иначе что? Пожалуешься брату?

Закатываю глаза.

— Иначе тебе мало не покажется.

— Ой, Диана… перестань вести себя как святая королева. Когда-то ты нос воротила, когда я тебе в любви признавался. Обещал сделать самой счастливой в мире. Но ты выбрала того ублюдка. И что в итоге? Счастлива?

— Ещё как, — бросаю и делаю шаг вперёд, потому что створки лифта расходятся, чему я безумно рада. Однако избавиться от Вербицкого не удается — я чувствую тяжелые шаги за собой.

— Поэтому с ребёнком живёшь в маленькой квартире, где даже дышать невозможно? И еще одного собираешься рожать… Как его воспитывать будешь? Оно тебе надо? Избавься, пока не поздно, — проникает в сознание противный голос.

Я резко останавливаюсь, поворачиваюсь к Николаю лицом. Не в силах сдержать эмоции, врезаю ему пощечину, совершенно не думая о том, что со всех сторон нас окружают сотрудники.