Бывший. Я больше не твоя

13. Наши дни

Смотрю на его «нет» и не знаю, что ответить. Внутри дрожит всё. А в голове проносится миллион догадок, о чем Богдан желает со мной поговорить. Но очень быстро я прихожу к выводу, что понятия не имею о чём.

Секунды тикают, а я никак не могу сообразить, что же ему ответить. В голове будто туман образовался. Мозг отказывается работать напрочь.

Богдан всегда был нетерпелив. И на этот раз он так же не намерен ждать, пока я разрожусь с ответом – по комнате разносится трель телефонного звонка.

Сама не понимаю, почему так разволновалась. В конце концов, я должна хотя бы узнать, что у него за вопрос.

Заставляю себя принять вызов.

– Алло, – мой голос не в тему проседает. Хочется надавать себе оплеух, чтобы собраться.

– Привет, – раздаётся на том конце провода спокойное. Одновременно бархатно и твёрдо. Голос бывшего мужа действует на меня гипнотически.

– Привет, Богдан. О чём ты хотел поговорить? – прочистив горло, интересуюсь я.

– Обсудить... рабочие моменты.

– Хорошо, я слушаю тебя.

– Ты сейчас где?

– Дома.

– Я тоже тут неподалеку. Сможешь минут через десять спуститься?

Чёрт. К такому оказываюсь совершенно не готова.

– Хорошо, – растерянно соглашаюсь я, хотя внутри всё противится незапланированной встрече.

Сбрасываю вызов. Внутренняя дрожь усиливается до предела.

Господи, да что со мной такое?

Нервы последнее время ни к чёрту…

Бросаюсь к шкафу, судорожно соображая, во что переодеться. Не спущусь же я к нему в домашнем…

Желание выглядеть на все сто вызывает раздражение. Но я ничего не могу с собой поделать. Или могу?

Сжав зубы, выуживаю из недр шкафа длинный серый кардиган, накидываю поверх своей домашней одежды. Он без пуговиц, поэтому просто запахиваю на груди. Кладу телефон в карман и отправляюсь в прихожую обуваться.

Бегло осматриваю себя в зеркало. Приходится применить усилие воли, чтобы не броситься освежать утренний макияж. Из собранных в пучок волос повыбивались мелкие пряди, но их я тоже не трогаю.

Не собираюсь прихорашиваться для бывшего мужа. Даже одно это желание уже тоже причиняет мне боль.

Слишком много боли...

Плотнее запахнув кардиган на груди, обуваю туфли на низкой платформе и выхожу из квартиры.

Пока еду в лифте вниз, тщётно стараюсь успокоить дыхание. Которое то и дело норовит сбиться.

И вот я на улице. Вся растёрзанная внутри, уязвимая как никогда.

Десять минут ещё не прошло, но машина Богдана с затемнëнными стёклами уже стоит напротив моего подъезда.

Я подхожу ближе, и Тихомиров выходит со стороны водительского места.

Значит, сегодня он сам за рулём. Без водителя.

И это меня нервирует ещё больше.

– Привет.

– Привет.

– Поехали где-нибудь выпьем кофе и поговорим?

– Я не одета для кофейни. Говори здесь.

Мимо проносится стайка мальчишек на самокатах. Они что-то громко выкрикивают друг другу и хохочут. Я с тоской провожаю их взглядом.

– Давай хотя бы сядем в машину, – предлагает Богдан, тоже хмуро проследив за манёврами детей.

– Хорошо, – с неохотой соглашаюсь я.

Тихомиров открывает для меня дверь на переднее пассажирское.

Я опускаюсь в мягкое кожаное кресло. Меня тут же обволакивает брутальный запах салона дорогого автомобиля. В котором прочно поселился и аромат его владельца. Терпкие нотки мужского парфюма, который когда-то я сама нашла и подарила Богдану. Он сразу влюбился в эти духи и с тех пор им не изменял. Им не изменял... А мне да.

Новый приступ боли выворачивает грудную клетку наизнанку.

Богдан занимает водительское сидение, хлопает дверью, отрезая нас от шумного пространства улицы. В салоне становится очень тихо, и яркое солнце на небе сквозь затемнённые окна уже не слепит глаза.

Звукоизоляция, как и тонировка в машине бывшего мужа, как всегда, превосходная. Снаружи нас никто не видит и не слышит. Из-за чего создаётся ощущение интимности. Мне снова становится волнительно до удушья. Вспоминаю, как однажды, ещё в самом начале нашего брака мы с Богданом занимались сексом в другой его машине, очень похожей на эту. Не дотерпели до дома. Господи, кажется, это было так давно... Как будто в прошлой жизни.

Очередной приступ боли прорезает грудь.

– О чëм ты хотел поговорить? – спрашиваю я холодно.

Богдан разворачивается, берёт с заднего сидения тонкую папку и протягивает её мне.

– Что это? – хмурюсь я, забирая папку из его руки.

– Посмотри, это список людей в компании, которых нужно заменить. Хочу услышать твоё мнение, – невозмутимо произносит Богдан.

Я бросаю на него настороженный взгляд. Всё-таки хочет уволить кого-то из моих девочек?

Лицо Тихомирова остаётся непроницаемым и бесстрастным.

Медленно раскрываю папку и пробегаюсь глазами по списку фамилий. К счастью, моих подчинённых там нет. Исключительно люди, занимающие ключевые позиции в компании. На которых держится очень многое. А возглавляет список Ерохин.

Перевожу изумленный взгляд на Богдана.

Не сказать, что я сама в восторге от того, как выстраивают свою работу кандидаты на увольнение, но если от них избавиться, то «Алькору» очень быстро придёт конец. Все они, как ни крути, профессионалы, давно в компании, знают нюансы и тонкости, очень многое зависит от них.

Особенно Ерохин. Как бы плохо я к нему ни относилась, но в своём деле он очень сильный специалист. Этого нельзя не признать. Полянский постоянно говорил, что другого такого мы не найдём.

– Естественно, что я не собираюсь убирать их всех разом, – поясняет Богдан, без слов понимая, что означает мой взгляд. – Постепенно будем вводить новых игроков, не афишируя, чтобы никто ничего раньше времени не заподозрил. Думаю, в течение года примерно всех заменим. По бизнес-процессам это не ударит, если ты об этом переживаешь.

Несколько секунд я смотрю Богдану в глаза, испытывая острый налёт восхищения. Он действительно основательно взялся за «Алькор», хочет навести порядок, как и обещал.