Бывший. Я больше не твоя

15. Прошлое

– Так что там у вас с Тихомировым, я не поняла? – пытала меня Наташка, пока мы сидели на паре по социологии. Преподаватель Антон Павлович был слегка глуховат, и на его лекциях всегда все свободно болтали. Особенно на задних рядах, куда мы втроём специально уселись сегодня – Еся выздоровела и, наконец, тоже появилась в универе.

– Да пока ничего особенного, просто общаемся, – краснея, призналась я.

– Где вы с ним познакомились вообще? – продолжала допрос Наташка.

– Столкнулись в моём подъезде.

– Обалдеть, – шёпотом прокомментировала Еся, хлопая своими огромными глазами. – И что он там делал, интересно?

– Не знаю, – соврала я, не желая сдавать подругам личные переживания Богдана.

– Так он подкатывает к тебе? – сверлила меня взглядом Наташка. Ну реально как следователь на допросе.

– Я не знаю. Просто в кино пригласил.

– Ты идёшь с ним в кино?! – ахнула она.

– Уже сходили…

– И ты молчала!

Практически всю пару я отвечала на сыплющиеся как из рога изобилия вопросы подруг. Они знатно помучили меня, особенно старалась Наташка.

– Слушай, ну это очень странно, что он подкатывает к тебе, Кир, – в итоге заключила она.

– Почему? – спросила за меня Еська.

– Ну Кира, ты только не обижайся, ты у нас девчонка очень классная, но мы же все знаем, с кем до этого зажигал Тихомиров? В его вкусе, скажем так, цыпочки с понтами. Ему под стать.

Я понимала, о чем Наташа пытается сказать. И верила, что она это не со зла, ведь только настоящий друг выложит всю правду в лицо. Но всё равно стало обидно. Особенно учитывая, что сегодня утром я сделала всё, чтобы не выглядеть простушкой. Почти целый час укладывала волосы феном и круглой расчёской, подкручивая кончики. И ещё час потратила на макияж. Выпросила у мамы её платье, к счастью, у нас с ней один размер. Строгое, приталенное, мама его за бешеные деньги покупала, ещё когда у нашей семьи были лучшие времена. Но даже в таком виде я не дотягивала в глазах подруг до уровня девушки Богдана.

– Может, ему надоели все эти цыпочки с понтами. На самом деле Богдан очень простой и хороший парень, ты просто не знаешь его, – уязвлённо попыталась защититься я.

– Ой не знаю, Кира, мне кажется, что-то тут нечисто, – покачала головой Наташка, будто даже не услышав меня. – Ну с чего вдруг Тихомирову к тебе подкатывать, сама подумай? И прямо в твоём подъезде ни с того ни с сего появился? Что он там забыл?

– Наташ, ну ты скажешь тоже, что тут может быть нечистого? – вступилась за меня Еся. – Может, и правда надоели ему все эти куклы пафосные. А Кирочка у нас милашка. Почему ты думаешь, что она не могла просто так ему понравиться?

– Я не спорю, Кира – милашка. Но она обычная, понимаешь? У нас таких простых симпатичных девчонок, как она, пол-универа, – поделилась своими наблюдениями Наташа. – С чего вдруг Тихомиров позарился именно на неё? Ты только не обижайся, Кир, я просто за тебя переживаю, только поэтому говорю всё это.

– Не надо за меня переживать, ладно? – хмуро пробурчала я, уткнувшись в свой конспект. Хотелось уже прекратить этот разговор как можно скорее. – Сама как-нибудь разберусь.

– Просто ты такая доверчивая у нас, такая наивная, – не унималась подруга. – Тебя же обмануть как нечего делать!

– Хорошо, – отложила я ручку, начиная уже всерьёз злиться. – И как именно Богдан может меня обмануть, у тебя есть предположения?

–Ну, может, он поспорил со своими дружками-мажорами, что соблазнит скромную отличницу? – постучав указательным пальцем себе по губам, выдала она.

– Да ладно... – недоверчиво протянула Еська.

– Он не такой, – отрезала я.

Наташка язвительно хмыкнула.

– Откуда тебе знать? Ты совершенно не разбираешься в мужчинах, дорогая моя. У тебя же ни одного парня даже не было ещё. Богдан – мажор. И друзья у него такие же. Избалованные детки богатых родителей, которым всё дозволено. Ему ничего не стоит обидеть тебя.

– Ты тоже так думаешь? – гневно посмотрела я на Есю, ища поддержки.

– Ну, вообще-то, в словах Наташи есть смысл… – неуверенно промямлила она.

Я окончательно разозлилась.

– Помнится, ещё несколько дней назад вы обе по нему вздыхали и говорили, какой он классный! – возмутилась я громким шёпотом. – А когда Богдан обратил внимание на меня, то сразу вдруг стал в ваших глазах каким-то монстром?

В этот момент прозвенел звонок, и тихий гул в аудитории тут же превратился во всеобщий гвалт.

И Наташка позволила себе сказать уже в полный голос:

– Мы просто переживаем, что он поиграет с тобой и бросит, а ты потом будешь страдать.

– За себя лучше переживайте, – огрызнулась я и, быстро забросив конспект с письменными принадлежностями в сумку, выскочила из-за парты.

Быстро зашагала по ступенькам вниз к выходу из аудитории.

Подруги нагнали меня уже в коридоре.

– Кир, ну ты чего, обиделась, что ли? Ну прости! – тронула меня за плечо Еська.

– Ты просто самая неопытная из нас, мы хотим тебя уберечь, – с другой стороны вцепилась мне в локоть Наташка.

– Девочки, отстаньте, а, – сбросила с себя их руки я, быстро шагая вперёд.

– Мы больше не будем, честно! Да, Наташа? Ну не обижайся, Кир! – заныла Еська, схватив меня за рукав.

Но я уже не слушала её. Потому что в другом конце университетского коридора появилась компания самых крутых на всём потоке парней. Друзей Богдана. Среди которых был и он сам.

Я забыла, как дышать, увидев его. Девчонки мои тоже притихли, поняв, на кого я смотрю.

Тихомиров обернулся, будто почувствовал мой взгляд. Заметив меня, приветливо улыбнулся и помахал рукой. Сказал что-то своим друзьям, отделился от их кучки и двинулся в мою сторону.

Я тоже поспешила отделаться от подружек.

– Девочки, идите без меня, я вас догоню, – бросила им и поспешила к Богдану навстречу.

– Кира, познакомь хоть нас, – прошипела мне в спину Наташка. Но я только отмахнулась от неё.