Царство. Сага. Книга 1. Убежище

Глава 4.3 Яд от врага твоего — мой яд

— Эй, эй, — я услышала его громкий низкий голос сквозь сон. — Эй!

Я, наверное, заснула. Чувствовала его пальцы на своем лице. Он хлопал меня по щекам.

— Тише, — я поморщилась, не открывая глаз. Кожа горела от его шлепков. — Больно делаешь, — я отняла его руки от своего лица.

— Больнее сделаю, если не откроешь глаза. Ну!

Я посмотрела на него. Он нависал надо мной, всматриваясь в мое лицо. Сведенные брови, волосы спадали на глаза.

— Не отключайся, — он отодвинулся, стоя на коленях на постели рядом. Я все еще держала его за руки. Разжала пальцы.

— Я хочу спать, — я закрыла глаза и потянула на себя одеяло, пытаясь вытащить из-под него.

— Не хочешь, — он снова шлепнул меня пальцами по щеке.

— Не делай, говорю! — я открыла глаза.

— А ты смотри на меня, ясно?

— Псих, — я оперлась на постель и присела. Я была вся мокрая от испарины. — Тебе нечем заняться? — я поправила волосы. Он сел на противоположный край постели спиной ко мне.

— У меня как раз сегодня выходной, — он расстегнул манжеты на рубашке и подвернул рукава.

— Этого еще недоставало, — бормотала себе под нос. Он повернул голову и бросил на меня быстрый суровый взгляд. — Проваливай, не понял?

— Ты перегибаешь уже, — он раздул ноздри. — Осторожнее.

— Ты не будешь сидеть у моей постели, — я раздраженно смотрела на его плечи.

— Это ты сидишь в моей постели, женщина, — он поднялся и прошелся по комнате.

— Невоспитанный, — я спустила ноги на ковер.

— Куда, блин? — он повысил голос.

— На диван, больше ни секунды, — я встала, сделала шаг и покачнулась. Слабость под коленями почти сбила с ног. Он шагнул ко мне. — Не иди! — я закрыла глаза и отдышалась. Темные круги перед глазами.

— Давай, сверни себе шею, упрямая коза, — он упер руки в бока. Во рту был привкус железа. Пальцы вибрировали. Он медленно шел ко мне.

— Что-то не так, — я подняла на него глаза и почувствовала, как подгибаются колени.

Потолок перед глазами. Я не сразу сообразила, что моя голова запрокинута. Он держал меня на руках, стоя посреди комнаты.

— Что ты делаешь? — я подняла голову и без сил уронила ее на его напряженное плечо.

— Не за что, — он опустил лицо и посмотрел на меня.

— Почему держишь, поставь уже, — я закрыла глаза. Невозможный тип, ненормальный такой. Он не шелохнулся. Я открыла глаза: он все так же смотрел мне в лицо. — Приобрел себе дурную привычку!

В дверь постучали. Он все так же стоял и сжимал меня руками.

— Отпусти.

— А ни то что сделаешь? — он приподнял бровь.

— Больной!

— Не утруждай язык, девочка.

— Стучат, не слышишь?

Он подошел к кровати и опустил меня.

— Войди, — низкий громкий голос.

— Я хотела спросить, не нужно ли чего невестке? — на пороге показалась женщина, что прибиралась утром.

— Не нужно, — он прошелся к балкону.

— Врач Мехди приходил, что-то серьезное? Утром все было хорошо.

— Иди, Нуртен.

— Могу я остаться и побыть с невесткой? Я присмотрю за ней, позабочусь, если что-то нужно.

— Я сам.

— Что сам, сынок?

Он потер шею и слегка повернул голову.

— Я сам справлюсь с ней. Выйди уже.

— Сынок, это не очень хорошая идея, девочке нужен уход сейчас, а ты…

Он повернулся и посмотрел сердито ей в глаза.

— Я не так хотела сказать. У тебя дела ведь есть, ребята на улице ждут, ты не поехал на работу. Господин Мустафа будет…

— Нуртен, — он прервал ее. — Я что сказал тебе? Отправь ребят. Я останусь. Пусть никто не беспокоит сегодня.

Она растерянно кивнула, посмотрела на меня и тихо вышла.

Он повернулся и смотрел теперь мне в лицо.

— Чего уставился? — я огрызнулась.

— Бледная.

Опустилась на подушку и отдышалась.

— Никак не избавлюсь, — бормотала себе под нос. — Как будто твое присутствие что-то изменит! — я повысила голос.

— Возможно, — он подошел и сел на край постели с противоположной стороны, — я избавлю Нуртен от лишней работы. Когда тебя очередной раз будет выворачивать наизнанку, ты не разобьешь голову об умывальник и не зальешь здесь все своей кровью.

— Ну ты и урод.

— Невежливо как-то, — он прицокнул.

— У тебя совесть есть? — я повысила голос.

— Ты силы побереги, а то на меня и так много потратила уже, — он подмигнул.

— Гадкий, — я откинула одеяло и встала на колени на постели. — Ты последний, кто может мне указывать, понял?

— Что сделаешь? — он повернулся боком и смотрел так издевательски ядовито, что мне захотелось ударить его по лицу.

— Невоспитанный! — я придвинулась и ударила его в плечи, тут же покачнувшись от слабости и вспыхнувшего головокружения. — Мерзкий тип, — я отдышалась. Наверное, я бредила или у меня от жара кровь закипела, раз хватило неадекватной смелости вот так бросаться на этого мужчину.

— Ты осторожнее там, не так давно ударяла пол, — он даже рук не поднял, чтобы меня усмирить. Самонадеянный кретин. Я хотела еще хоть раз толкнуть его в грудь, но внезапно мой желудок пронзила такая острая боль, что меня согнуло пополам, а из глаз прыснули слезы.

— Боже, — вместо удара я беспомощно схватилась за его плечи, вдавливая в них пальцы. Никогда в жизни я не чувствовала такой острой боли. Резко стало труднее дышать.

— Что? — он пытался поймать мой взгляд. — Эй! — он схватил меня. У меня в животе будто нож прокручивали. Я истекала слезами и пропускала вдохи. — Говори со мной! — он вдруг заорал.

— Не могу, — я пролепетала едва слышно, зажмурившись, — не могу дышать, — я хваталась за рубашку на его груди кончиками слабых пальцев. — Не, — голос обрывался, я начала сипеть. Слабость в суставах, я будто не чувствовала собственных рук.

Покачнулась и беспомощно упала ему на грудь, коснувшись его лица своим. Меня трясло так сильно. Я не могла шевельнуть и пальцем. Он придержал меня рукой за поясницу, второй обхватил за шею.