Царство. Сага. Книга 1. Убежище

Глава 13.2 Бежит только тот, кто уже пленен

Когда на пороге показалась Айше, я лежала с его книгой в руках.

— Я подала обед, госпожа невестка, вам нужно покушать.

— Спасибо, я позже поем, — я отложила книгу и села. Девушка всматривалась в мое лицо.

— Что-то случилось? — она свела брови. — Или плохо себя чувствуете? — она сделала шаг ко мне.

— Нет, с чего ты взяла?

— Вы бледная как молоко. И плакали, — она неуверенно пожала плечами. — Наверное, мне стоит позвонить господину Мерту.

— Не смей, — я вскочила. — Все в порядке. Выходи, выходи! — я указала ей на дверь. Она опустила голову и вышла. Я была сама не своя, просто не знала, куда себя деть без него. Хотелось бежать без оглядки.

Вечером, когда Айше снова пришла, я была уже вне себя. Меня потряхивало. Я смотрела на поднос в ее руках.

— Вы ничего не ели сегодня, я принесла немного еды, — она не смотрела на меня.

— Спасибо. Прошу прощения, Айше, я не хотела грубить, — я вздохнула.

— Ничего. Вы расстроены чем-то. Может, я могу помочь? Хотите чего-нибудь? — она поставила поднос на комод.

— Бутылку вина можно?

— Не просите, пожалуйста, господин Мерт не велел.

Я только раздраженно закатила глаза.

— Может, что-то еще?

— Спасибо, не нужно.

Она вышла. Я упала на постель. Никогда не думала, что без него не буду находить себе места даже в этой комнате. Это было так глупо. Я не могла понять, почему злюсь так сильно на его отсутствие. Нет, тебе не удастся сделать это со мной.

Я поднялась и открыла шкаф, чтобы переодеться. Десятки вешалок с его темными рубашками. Я на секунду замерла, но быстро одернула себя.

Оделась и пошла вниз.

Я не собираюсь сидеть здесь и давиться мыслями о тебе, господин Мерт.

В гостиной был барный шкаф. Я стремительно направилась к нему под удивленные взгляды домочадцев. Взяла бутылку красного вина и пошла к выходу.

— Куда ты собралась? — его мать кричала за моей спиной.

К черту вас всех. К черту.

Когда вышла во двор, ко мне бросились его ребята.

— Госпожа, куда вас отвести? — один из водителей подошел ко мне.

Я задумалась. Впереди стоял черный внедорожник Мерта.

— Спасибо, я сама поеду, — я быстро направилась к машине.

— Госпожа Алья, прошу вас, так нельзя, вы ставите нас в неудобное положение.

Я распахнула дверь и села за руль. Швырнула бутылку на сидение рядом.

— Кто-то хочет меня остановить? Не слышу? Может, ты, здоровяк? — я обратилась к охраннику. — Выволочешь меня силой из машины? Посмотрим, какую часть тела от тебя оставит твой патрон, — я захлопнула дверь и завела машину. Когда я стала такой?

Ворота открылись. Я поехала прочь из поместья.

Они, конечно же, помчались следом. Доложат своему господину, что я не подчинилась. Пускай и тебе там покоя не будет, где бы ты ни был.

Я ехала быстро. С каждым километром все больше дрожали пальцы на руле. Я помнила, как вошла в гостиную своего дома в то злосчастное утро. Глаза ублюдка Сами. И как бежала снова и снова из треклятого царства. Помнила отражение своего разбитого лица в зеркале его ванной. И адскую боль от ударов этих мужчин. Острое унижение помнила. Горячие слезы обиды. И еще собственное бессилие.

Я помнила презрительный и такой высокомерный взгляд его матери. Пальцы его брата на моей шее. Сбитые колени от прыжков с крыши террасы. Запах пороха и тошнотворный запах крови. Взгляд покойника Решата. Мерзкий грязный взгляд. Помнила дуло пистолета у своего лица, направленное на меня Яшаном. Помнила ощущение от рукоятки пистолета Мерта в моих руках. И кухонного ножа.

Кто я теперь?

Я хотела помнить как смеется Гюнеш. И как пахнет мамин бурек. Хотела, чтобы мои пальцы помнили прикосновения мягких виноградных листьев, когда я сворачиваю долму. Хотела утром после смены спать на ароматной подушке сестры, после того, как заведу ее в школу.

Я не хочу класть голову на одну с тобой подушку, господин Мерт, и ненавидеть этот твой терпкий табачный парфюм до конца своих дней.

Я хотела бы свой дом с особенным запахом. Не твой огромный холодный особняк на пропитанной кровью земле. Хотела бы растить детей с Али, а не зашивать твои раны. Хотела бы вернуться к семье. Хотела бы жизнь, которую ты украл.

Я больше не принадлежала себе. Но и тебе принадлежать не стану. Я не Караджоглу, не Караджоглу, не Караджоглу!

Я резко вошла в поворот, заехав колесом на бордюр, и остановилась. Сердце колотилось. Я зажмурилась и закричала.

— Будь все проклято, будь проклято!

Но отдышалась и поехала дальше.

Вышла из машины, прихватив бутылку вина. Я вдруг нашла себя на том самом обрыве, куда меня привез Решат, чтобы убить. Сжала бутылку и нервно засмеялась.