Царство. Сага. Книга 1. Убежище

Глава 16.3 Она пахла грехом и жасмином

Я проспала большую часть того дня. Открыла глаза и смотрела на пустой диван перед собой. Странное неприятное ощущение внутри, похожее на сырость. Я теперь задыхалась в этой постели и в этих мыслях. Набросила кардиган и вышла во двор за воздухом.

Оказалось, была уже глубокая ночь. Он снова не пришел. Снова был с ней. Не знаю, почему спустя столько часов это теперь сводило меня с ума.

На улице было темно и прохладно. Я шла к беседке под пристальным вниманием охраны. Я сегодня безобидна, расслабьтесь. Подавлена гнетущими мыслями о нем. О них. Опустилась за массивный деревянный стол и укуталась в вязаную ткань.

Я чувствовала опустошение. На груди будто лежал камень. Я едва понимала до конца, что же беспокоит меня так сильно, что больно дышать и трудно собраться с мыслями. Я была сбита с ног. Разрушена была. Закрыла глаза и представила, что я горсть песка под сильным ветром: разлетаюсь на миллионы песчинок и растворяюсь в воздухе.

Я прокручивала в голове наш с ней диалог снова и снова. Глупо, но я запомнила каждое ее слово. Каждое слово, которое одно за другим отдалило его от меня. Я от нее другой вышла. И он стал другим внутри меня. Я бы не хотела за него цепляться, но что было у меня сегодня кроме него? Каким бы он ни был ужасным, беспощадным и суровым, только он и был со мной. Только он и был чем-то моим посреди чужого. Или не был?

По жестокой иронии он всем стал. Все вытеснил и собой заменил. Семью, друзей, работу, все что я любила… Теперь был только он, чтобы любить. Только его руки, чтобы хвататься. Только его глаза ненормальные, куда смотреть. Вся моя жизнь теперь была похожа на него. Все, что хотела бы проживать, только с ним могла прожить теперь. Пошло как и жестоко. Это была вынужденная близость. Неуместная привязанность. Противоестественная нужда в нем.

Но она была. И я злилась. Скорее на себя, потому что продолжала думать об этом. О нем. О нем с ней. И о том, что потеряла его. Нет, не так. Я почувствовала, что его у меня никогда и не было. У меня теперь ничего не было совсем… Он не был способен дать мне что-то взамен того, что отнял в то утро. Или попросту не желал.

Я сложила руки на столе, натянув рукава до самых пальцев. Холодно, костяшки покраснели. Ветер трепал волосы и пощипывал намокшие щеки. Но тишина здесь сегодня такая полезная. Иногда и это место обретает свой покой. Без него стихает, может. Воздух становится разреженным и спокойным, не двигается будто, затаившись в ожидании. Или для меня время течет иначе без него. Хорошо, что в тот момент его там не было. Я могла подышать немного этой ночью ровно. Тихое умиротворение. И я бы могла сполна им насладится без него, если бы внутри меня не шла война.

— Ты заболеешь, — голос Керема раздался рядом с беседкой. Он шел ко мне по лужайке. Я подняла лицо. Парень остановился и смотрел на меня. — Что случилось? — в глазах показалась обеспокоенность.

— Ничего, — я пожала плечами и опустила глаза на свои бледные пальцы. Он медленно сел напротив за стол. — Не садись, — я вскинула на него глаза. — Можно я тут одна побуду сегодня? — я поджала губы. Он рассматривал мое лицо, а потом покачал головой.

— Не пойдет так. Поговорим немного, когда дружеские беседы во вред были? — он улыбнулся.

— Керем. Не сейчас. Я прошу тебя, — я сжимала пальцы, натягивая на них покалывающую кожу шерстяную ткань.

— Ты не в порядке. И я останусь. Я не он, Алья, помнишь? Со мной можно говорить.

— Я не хочу говорить.

— Тогда я просто останусь сидеть здесь с тобой, — он тоже сложил руки на столе в замок. Я услышала шаги. Один из ребят нес нам на подносе чай.

— Холодно, госпожа, — он поставил передо мной на блюдце армуду с горячим чаем.

— Спасибо, — я обняла стекло замерзшими пальцами.

— Приятного аппетита, — он протянул чай Керему и поспешно ушел.

— «Если ей будет что-то нужно, а ты не сделаешь — убью по возвращении», — Керем сделал глоток. Я подняла лицо. — Так он говорит, когда оставляет тебя дома и уходит.

— К ней уходит? — я сжала зубы. Не сдержалась.

— Не делай так, — он выдохнул.