Царство. Сага. Книга 1. Убежище

Глава 17.1 Лев не боится смерти, но боится терять

«И Мы сделаем так, что ты будешь нуждаться в том, кого боишься».

(Смысловой контекст из Суры 2: Аль-Бакара)

☪

В этом доме время тянулось так медленно. Здесь было нечем дышать. Воздуха внутри было катастрофически мало, он был неподвижный, тяжелый, его хватало не всем. Я должна была уйти хоть ненадолго.

Внизу никого. Видимо, эти часы в доме не пользуются популярностью. Я вышла и направилась к машине.

— Куда едем, госпожа невестка? — ко мне подбежал незнакомый парень в костюме.

— Ты кто? Где Керем? — я огляделась по сторонам.

— Не знаю, госпожа невестка, я не видел его со вчерашнего вечера, — покачал головой. — Я Эмре.

Меня вдруг обдало горячей волной изнутри. Ноги стали слабыми, и я чуть не упала на траву. Сделала пару вдохов и пошла обратно в дом.

— Мерт! — я влетела в гостиную и закричала, что было сил. Я знала, он был где-то в доме. — Мерт! — чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы от страха и отчаяния. Неслась по коридору, открывая все двери. Его нигде не было. — Мерт! — мое лицо красное от прилившей крови. — Будь ты проклят, — бормотала себе под нос. За одной из дверей в конце коридора слышались мужские голоса.

Я ворвалась без стука. Он был внутри вместе с отцом и двумя братьями.

— Ты что творишь?! — Мерт вскочил с места.

— Где Керем?! — я подлетела и толкнула в грудь, захлебываясь слезами. Он схватил мои руки. — Ты что сделал, что сделал? — я вырывалась.

— Выйди! — он закричал.

— Нет! Ты убил его? Ты, ты, — я ударила его в плечи, — что ты наделал? Что ты за зверь такой?! — я сильно кричала и билась в его руках. — Он братом тебя называл!

— Выведи ее, я не намерен слушать эти вопли! — отец закричал, презрительно морщась и отворачивая от меня свое лицо. — Эта девица никогда не угомонится!

Мерт потащил меня за дверь.

— Еще одна подобная выходка… — он зарычал, когда дверь за нами закрылась.

— Что ты с ним сделал? — я схватила его за борты пиджака.

— Тебя это не должно волновать, — процедил сквозь зубы.

— Мерт, пожалуйста, не надо, не наказывай его из-за меня, я одна во всем виновата, — я взмолилась от отчаяния. — Я сама поцеловала его, но он оттолкнул меня, слышишь, тут же, он предан тебе как никто, он бы никогда не стал…

Он медленно поднял лицо и посмотрел мне в глаза. В эту секунду у меня, наверное, остановилось сердце: он не знал. Я сглотнула. Он все так же смотрел на меня и молчал. Что я наделала? Он отпустил меня и отвел глаза. Молча сделал выводы в своей голове. Так всегда с ним.

— Я тебя умоляю, не поступай несправедливо. Он доказал свою тебе верность, — я пыталась поймать его взгляд. И он позволил. Медленно поднял ресницы и смотрел так, что у меня глотка сжалась. Он будто укорял меня: «А ты, ты свою верность доказала?»

Меня затрясло, я отняла руки. Я ожидала, что он взорвется, что будет кричать, может, даже замахнется на меня… Но он был подавлен и разочарован. И мучительно молчал. Мне хотелось разрыдаться от вины и провалиться сквозь землю от стыда перед ним. Я вдруг так явно ощутила, что задела его за живое.

— Мерт, я не хотела ничего такого, по глупости, — я жалко лепетала.

Он лишь развернулся и снова вошел в кабинет, закрыв за собой дверь и оставив меня наедине с моим сожалением.

От Керема не было вестей вот уже несколько дней. Мерт больше не сказал мне ни слова и даже не взглянул мне в лицо. Я ранила его сильно. И я не знала, что в нем теперь. Злился? Был обижен? Презирал? Я проживала эти дни словно в туманной дымке и в тени безразличия господина Мерта. Уже не понимала, кто я, где я, что происходит вокруг. У меня забрали все. Вынули меня из моей жизни и впихнули в чужую, хоть я и отчаянно упиралась. Я словно в брела и темноте: не видела, куда иду, не чувствовала ничего. Только немного волнения возвращалось ко мне в его присутствии.

В тот день водитель вез меня на набережную. Эмре ехал быстро, машину едва удерживало на поворотах: шины визжали, кузов скользил по мокрому асфальту, а меня начинало укачивать от резких рывков. Я нащупала ремень и пристегнулась, вжимаясь в кожаное сидение. Тогда я еще не понимала, что это незначительное движение спасет мне в тот день жизнь.

— Эмре, что происходит? Ты можешь ехать нормально? — от его суетливой езды мне становилось не по себе.

— Кто-то едет за нами последние несколько километров, — он посмотрел в зеркало заднего вида. Я обернулась: сзади ехала темная машина.

— Так пропусти ее, — я повернула голову и вдруг почувствовала резкий удар. Нашу машину понесло в сторону. — Эмре! — я схватилась за ручку. Нас вынесло на обочину. Кювет. Еще удар. Этот оказался таким сильным, что к мир будто разлетелся на тысячи осколков. Машину подбросило в воздух, и в одно мгновение исчезли и земля, и небо. Только грохот металла, визг бьющегося стекла и страшный вой ветра, ворвавшегося в салон.

Меня вжало в кресло с такой силой, что перехватило дыхание. Все вокруг закружилось бешеным калейдоскопом — куски земли, темное небо, обрывки облаков, и снова земля, уже пугающе близко. Машина с грохотом вертелась, ударяясь о землю снова и снова. Металлический скрежет оглушал. Я зажмурилась, сжав зубы, чувствуя, как ремень впивается в тело, удерживая меня внутри покореженного автомобиля.