Цена ошибки. Я тебя не прощу

Глава 2.2

Я перечитываю эти несколько слов. Понимаю, что не могу и не хочу сейчас видеть Макара, иначе… Иначе мы страшно поссоримся.

Я не смогу остановиться. Не смогу спокойно спросить о том, что означают те фотографии. Потрачу остаток сил на то, что не следует тратить.

Не сейчас. Особенно, когда у меня на руках новорожденный ребенок.

Жмурюсь и слышу уже привычный стук в дверь. Мы с медсестрой переглядываемся.

— Там наш папочка приехал, — с улыбкой предупреждают нас.

— Не нужно, — шепчу и снова опускаю взгляд на дочь.

— Плохо себя чувствуете? Что-то беспокоит? — начинает забрасывать меня вопросы моя медсестра, пока поправляет одеяло.

— Всё хорошо. Просто не нужно сейчас впускать моего мужа сюда.

Медсестра на несколько секунд выходит из палаты. Я аккуратно покачиваю дочь и рассматриваю ее личико. Она и впрямь очень сильно похожа на Макара.

— Он уже здесь, — заявляет моя медсестра, когда возвращается. — Весь взволнованный ждет. Еще немного и двери с петель снесет, чтобы к вам попасть. Настоящий ураган, а не мужчина.

За рёбрами снова начинает ныть. Остро. Горячо. Но глупое упрямство напополам с испугом всё равно берет вверх, и я стою на своем:

— Попросите его прийти завтра. Я сильно устала.

Медсестра ничего не говорит, снова уходит.

Проходит не меньше минуты, когда мой смарт оживает. Он стоит на беззвучном. Работает только вибрация. И стоит мне ее ощутить, как я едва не упускаю его на пол. Дочери это тоже явно не нравится. Она начинает капризничать.

Звонит Макар.

Между нами разница в возрасте десять лет. И никогда прежде я не ощущала ее так ярко и веско, как сейчас. Веду себя как маленькая испуганная девчонка, хотя совсем недавно напоминала себе, что таковой не являюсь.

Похоже, сама себе наврала.

Макар продолжает звонить. До последнего гудка. Снова и снова.

Волнение внутри меня поднимается настоящим цунами, отчего сердцебиение просто зашкаливает. Что я творю?

Когда смартфон наконец-то затихает, я позволяю себе сделать один маленький короткий выдох и поцеловать дочку в лобик. Приходит сообщение.

«Что, мать твою, происходит?»

Будто выстрелом мне в грудь. Снова и снова.

Макара легко завести. Он может вспылить, затем успокоиться и тогда-то по-настоящему плохо станет всем.

Мне страшно. Между мной и Макаром случались ссоры. Не часто и без лишнего драматизма. Макар никогда меня не оскорблял и уж точно не поднимал руку. Он у меня хороший. Самый-самый. Но эти проклятые снимки…

Когда-то, когда мы только-только познакомились, я ему призналась, что могу простить всё что угодно, но не предательство. В любом его проявлении. Для меня это некая красная линия. Черта. Граница. Предел. Та самая последняя капля, пусть чаша будет и не переполненной, а пустой.

Я хорошо помню этот разговор. За годы совместной жизни ничего не изменилось. Но сейчас меня будто разрывает напополам. Может, всё-таки нужно попытаться поговорить?

Я не успеваю вызвать медсестру, слышу быстрый четкий звук шагов.

Шагов моего мужа.

Дверь открывается настолько резко, что я и впрямь решаю — Макар ее вот-вот снимет с петель. Он высокий, мужественный. Весь в своего отца. Не мужчина, а настоящая стена, за которой я всегда себя чувствовала уютно и защищённо.

До этой секунды.

— Тебе сюда нельзя, — проговариваю сиплым голосом.

Макар зло смотрит на меня. Очевидно, пока не понимает причину столь резкой перемены моего настроения.

— Айя, деньги здесь плачу я, поэтому запретить видеть тебя и дочь — абсолютно глупая идея.