Черная кошка, белая змея

1.1

Мое внимание привлекло объявление о продаже хомяков для жертвоприношений. Размашистым почерком автор обещал, что хомяки будут послушными и примут свою смерть смиренно и так тихо, что даже не разбудят соседа по комнате. Пробковая доска, на которой висело столь заманчивое предложение, была полупустой – все старые объявления о мероприятиях кампуса и продаже чайников сорвали в преддверии нового учебного года.

За спиной загорелась тусклым светом лампочка – кто-то зашел внутрь, сработала барахлящая автоматика. Захлопнулась створка двери, и звук эхом прокатился по холлу. В фильмах бы за этим последовал гулкий стук подбитой подошвы… Но в реальности тишину заполнил совсем неподходящий скрип кроссовок о мозаичный пол.

– Тебе не кажется, что это варварство какое-то? – мне даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, что это Паскаль. – Зачем хомяки? Для какого предмета?

– Понятия не имею, что там у вас в учебном плане. Но! Если будешь покупать, отложи парочку, – он неожиданно наклонился прямо к моему уху. – Они вкусные.

Я толкнула его локтем в бок.

– Я из тебя суп сделаю, змеюка!

Паскаль рассмеялся, а я закатила глаза.

Он, в своей неизменной черной толстовке и порванных джинсах выглядел совсем не к месту в старом здании. Я до последнего думала, что бабушка пошутила, но нет. Стоит тут.

Пока я пялилась на доску, он успел принести вещи. Посреди холла, пристыженный взглядами с картин на стенах за свой внешний вид, стоял мой потрепанный чемодан – сколы и трещины небрежно заклеены стикерами; сверху – его полупустая спортивная сумка, к черной ткани которой прицепился его белый волос. Я не смогла пересилить себя: подошла, брезгливо сняла волос и кинула на пол.

А вокруг – никого. Мертвецкая тишина, которой совершенно не место в студенческом общежитии. Мы приехали последние, почти к комендантскому часу, пропустив распределения по комнатам и суетливые знакомства в очередях.

Опять! Опять все пропускаю!

Я раздосадованно дернула чемодан за ручку так, что Паскаль едва успел поймать свою слетевшую с него сумку.

– Правила прочитала?

– Что?

Он ткнул пальцем в другое объявление. Даже, скорее, плакат, занимавший четверть доски. Огромный заголовок гласил: «Правила проживания в общежитии».

Я быстро пробежалась глазами по главным пунктам и утвердительно кивнула. Паскаль, очевидно, не поверил, но благоразумно промолчал.

– Потом разберусь, – уверила я фамильяра и уверенно покатила чемодан в сторону правой лестницы. Паскаль многозначительно покашлял; резко развернувшись, я зашагала в противоположную сторону, к левой. Меня провожали настенные лампы, что зажигались сами, стоило лишь подойти поближе, и гасли за спиной.

Ушла я недалеко. Меня ждало первое и сложнейшее испытание на пути к новой комнате – ступеньки. Я попыталась поднять чемодан сама, но только уронила его на ногу и раздосадованно цокнула. Повертела ногой - ботинок вроде цел, пальцы тоже.

Я по привычке потянулась с камням на браслете. Перебрала три штуки не глядя, на ощупь, с удивлением обнаружив пустой слот вместо граненого рубина. Вспомнила, что буквально полчаса назад, на входе в кампус, у меня отобрали все павербанки. “Политика безопасности”, как сказал охранник. Студенты могут использовать только специальные, сертифицированные камни. Только вот стенд у доски объявлений, где такие можно было взять, уже опустел. Не я одна, все-таки, с тяжелым чемоданом пришла. Да и в целом, какое же варварство – лишать ведьм и колдунов возможности колдовать! Обязательно оспорю это правило, когда доберусь до студсовета…

С мольбой в глазах я обернулась на Паскаля, но он давно скрылся за поворотом в противоположном коридоре. Я уже схватилась за телефон, намереваясь написать ему, когда медальон на шее слегка задрожал и потеплел. Значит, змей соизволил помочь. Чудно!

– Спасибо! – сказала я скорее сама себе и принялась колдовать. Привычный жест рукой сложился в простейшую руну — и чемодан поднялся в воздух.

В голове прозвучало непрошенное напутствие:

– Не натвори ничего хотя бы в первый день, Ева. Слышишь?

– Да-да, конечно. Не говори под руку.

Схватив остатки своей прежней жизни за выдвижную ручку, я поскакала вверх по лестнице. В сообщении с инструкциями говорилось, что ведьмам отведены четвертый и пятый этаж. На втором и третьем жили мальчики-колдуны, а первый, откуда мы и зашли, был общим — помимо широкого холла с доской объявлений и диванами, который я уже видела, тут можно было найти комнаты отдыха и просторные залы для практики. Лестница с другой стороны холла же вела в общежитие фамильяров. Не уверена, что нам можно туда ходить, но и запретов я точно не слышала.

С каждым шагом я все отчетливее слышала хаос, который уже происходил выше. До меня доносились обрывки чьих-то разговоров, хлопанье дверей и грузные шаги.

На третьем этаже магия иссякла. Почувствовав неладное за секунду до, я отскочила в сторону, и вещи с грохотом упали на пролет. В голове моментально нарисовалось ухмыляющееся лицо Паскаля – он ведь прекрасно знал, насколько ее хватило!

Раздраженно топнув, я уже закатала рукава платья и готовилась волочить свою неподъемную ношу вверх до самой полуночи, когда чемодан внезапно снова взлетел. Подняв глаза, я увидела своего спасителя – на помощь поспешил вовремя вышедший колдун, уже успевший переодеться в домашние штаны с футболкой. Он, ни слова ни сказав, перехватил чемодан двумя руками и пошел наверх, перешагивая по две ступени за раз; я, очнувшись, бросилась догонять.