Черная кошка, белая змея

1.4

Дойдя до Рокси, преподаватель повеселел. Рокси деловито объяснила, что читала про проекции картинок через кварц, и на этой основе собрала прототип для быстрого нанесения рисунков на ногти.

– Хвалю за креативность. Но как-то простовато.

– Почему же? – Рокси принялась защищаться. – Может, однотонные ногти и вправду легко сделать. Но! Вы знаете, как сложно вообще подобрать размер принта, чтоб он одинаково хорошо смотрелся на любой форме ногтей? Давайте сюда руку.

– А может не надо?

– Надо-надо!

Осмелев, одногруппники подтянулись к столу, за которым происходило полное непотребство. Рокси демонстрировала все функции своего творения, и на каждом ногте профессора поочередно появлялись градиенты, принты в полоску и клетку, звездное небо и даже миниатюрный кит. В процессе Рокси разъяснила детали – как подбираются гармонирующие цвета, как сжимается изображение. Себе она за время практики успела сделать ногти-хамелеоны, чем тоже не забыла похвастаться. С театральным вздохом осмотрев совершенно не подходящий к коричневому пиджаку маникюр, преподаватель все-таки взглянул в заклинание, одобрительно кивнул и повернулся ко мне.

– А у вас что? Может, макияж? Коллективно соберете меня на вечернее мероприятие.

Я завертела головой.

– Вот. Это игрушка. Наверное? – я начала тараторить, совершенно не представляя, как правильно рассказать свою идею. – В общем, тут зверек, он должен спать, есть, играть, гулять, и там много таймеров и условий, и…

Преподаватель непонимающе вскинул бровь, и я замолчала, чувствуя, как запылали щеки. Рокси ободряюще подняла палец вверх из-за его спины. Все остальные смотрели весьма скептически.

Боже, что я несу…

– Можно я лучше покажу? – попыталась я исправить положение. После кивка, я передала устройство преподавателем.

Никогда еще так не нервничала, показывая свою работу. Пришлось уставиться в ботинки, чтобы не порываться объяснять каждую строчку в полотне заклинаний, которое молча рассматривал профессор. А молчал он подозрительно долго. Не сдала? В голове невольно пронеслась мысль, что сейчас он объявит, что мне здесь совсем не место, и вышвырнет из академии.

Наконец, он закрыл мои заклинания, присвистнул и задумчиво почесал висок.

– А вы где учились, говорите?

– Нигде, – я промямлила. – Дома. Вернее, на домашнем обучении.

– Занятно. Я бы не сказал, что мне очень понравилась ваша идея, все-таки мы здесь не в игрушки играть собрались. Но исполнение – на высшем уровне.

Я подняла голову и уставилась на профессора, пока он загибал пальцы.

– Все учтено. Заклинание можно продолжить, не изменяя уже начертанное. Оптимизировано. Даже камни подобраны подходящие, что снизит затраты магии, – он поправил очки. – Давненько я такого не видел в первый же день.

Губы сами собой растянулись в улыбке, и я рискнула добавить еще одну мысль, все крутящуюся в голове:

– Мне кажется, ее можно дополнить обсидианом, – сказала я уже уверенно. – И настраивать тайминги в соответствии с расписанием и настроением, а, может, и некоторые функции завязать на механике связи.

Бинго. Профессор явно заинтересовался.

– Можете продолжить работать над ней, тут есть потенциал.

Рокси подмингула, и я наконец показала ей палец вверх в ответ, едва не пританцовывая от радости. Справилась!

Но когда я обернулась посмотреть на реакцию на одногруппников, увидела все что угодно, кроме одобрения. Они демонстративно отворачивались, поймав мой взгляд. Девушка из дальнего угла класса одними губами прошептала “зануда” так, чтобы я точно увидела. Парень справа агрессивно закидывал лабораторное оборудование обратно.

Я отвернулась и вцепилась руками в свою глупую игрушку.

Профессор выдал указания собрать оборудования. Он разрешил оставить проекты, чтобы позже вернуться со своими камнями и скопировать заклинания на них, главное подписать коробки. Вернувшись за стол, он раскрыл записную книжку; со своего места я видела, что он писал заметки по нашей работе.

– А как ваша фамилия, говорите? – он указал на меня ручкой.

О, нет. Мало того, что я определенно разозлила одногруппников. Теперь я точно знала, что будет дальше. А будет только хуже.

Я сделала вид, что не услышала, молясь на близость звонка, но он повторил вопрос, нетерпеливо постукивая ручкой по бумаге. Пришлось ответить:

– Ленорман.

– О, так вы родственница директора? – он аж просиял, а я только вжала голову в плечи.

– Да, – сказала я как можно тише. – Внучка.

Это было ошибкой. Затылком я чувствовала, как все уставились на меня, теперь уже не скрывая раздражения. Я уже видела эту реакцию, когда назвала свою фамилию на вступительных.

Когда новая волна шепота затихла в звонке, я тут же схватила сумку. Рокси собралась подойти ко мне, но тут ее потянули за рукав и отвлекли. Не дожидаясь ее реакции на очевидно выдуманную сплетню, я вылетела из класса; чуть не сбила с ног Дэниела, вернувшегося за нами. Он, кажется, что-то крикнул вслед, но не стал меня догонять. Лавируя между потоками студентов, я вернулась в главный корпус, а оттуда прямиком на улицу. Завернула за угол здания, прислонилась спиной к стене и попыталась не поддаться желанию заплакать.