Четвертое состояние вещества

Глава 12. Дельфины никогда не спят

Она гнала машину, почти не сбрасывая скорости даже на поворотах. Встроенные во все современные устройства лидары для дистанционного зондирования и всевозможные ограничители теоретически должны были удерживать автомобиль на грани безопасности, но никогда прежде Лю Сяоинь не пыталась это проверить. Даже сейчас девушка просто мчалась по трассе, сожалея лишь об одном – что не может ехать ещё быстрее. Слёзы застилали глаза, ей приходилось их смахивать резким движением головы. Казалось, если она выпустит руль из рук, тут же провалится в бездну отчаяния.

“Какая же я была дура. Я же учёный! Как я могла так безропотно и покорно красть души у этих людей?”

Нормальная трасса вскоре закончилась, машина съехала на более узкую второстепенную дорогу, но девушка, словно не заметив, продолжала давить на газ. Поворот, ещё поворот, задние колёса забуксовали, но Лю Сяоинь всё-таки выровняла автомобиль. “Вот этот поворот, где на меня выскочил кабан. Где мы впервые увиделись с…” – прошептала девушка, ещё пуще заливаясь слезами. И вот, наконец, последний крутой участок и – Аньян.

Деревня встретила странным молчанием. Прохожие равнодушно поглядывали на лже-фельдшера, словно её присутствие не имело никакого значения, а отсутствие никто бы и не заметил. Либо словно она жила здесь сотни лет, ступала по этой брусчатке из камней, мостящих улицы и переулки, слушала пение птиц по утрам, ходила за водой к дальнему роднику.

Где-то вдалеке заунывно и протяжно, а потом всё громче и мощнее, загудел храмовый гонг. Он звучал очень странно, отдаваясь печалью внутри грудной клетки. Траурный гонг звал к себе людей, собирал их вместе, чтобы попрощаться со своим земляками и отдать им дань уважения. В этот момент Лю Сяоинь действительно ощутила Аньян как другой мир. С другими законами, иными людьми, даже звуки здесь воспринимались иначе. Трагичнее и глубже, что ли. Она шла на этот звук, опустив голову, не разбирая дороги и уже не скрывая слёз.

Вся деревня шла туда, так что когда чьи-то ноги перегородили ей дорогу, Сяолинь сначала не сообразила, что это человек. А, подняв глаза и вглядевшись в лицо стоявшего, она опешила ещё больше. Боясь одновременно поверить в это и ошибиться, приняв желаемое за действительное.

– Но как? Как ты выжил? Ведь, ведь… – голос сорвался, слёзы душили её, но она справилась с рыданиями и продолжила, – Ведь я выдернула твою душу. Как… Также как души тех людей. Я… я не знала, что так будет.

– Зачем ты это делала? – вопрос был задан таким ледяным тоном, что по спине девушки пробежал холодок.

– Мой руководитель Ву Дабао, – запинаясь, с трудом вымолвила Сяоинь, – это было... для изучений. Он говорил, что мы просто сканируем души людей, собираем материал для исследований. Я доверилась ему.

– Так ты не врач? – прожигая насквозь испепеляющим взглядом, спросил тренер Чан Ань.

Слёзы на лице девушки уже почти высохли, но ком в горле мешал нормально говорить.

– Прости, мне пришлось вас обмануть, – наконец, выдавила Сяоинь из себя. – Я – учёный-иммортолог, это…

– Я знаю, что это, – резко прервал её молодой человек и внезапно спросил, – тебе нравятся дельфины?

– Ч-что? – недоумевающе переспросила девушка. – О чём ты?

– А мне нравятся, – спокойно пояснил наставник Чан Ань. – И моему отцу они тоже нравились.

Кажется, разговор ушёл в совсем иную сторону, но и оставить вопрос тренера без ответа Лю Сяоинь тоже не могла.

– Ну да, симпатичные, ещё и млекопитающие, как мы, – ответила девушка, не понимая, к чему парень клонит. – Говорят, выталкивают людей на берег.

– Нет, это они просто играют, – Чан Ань усмехнулся одними лишь уголками губ. – Те, кого вытолкали от берега, уже ничего не расскажут.

Лю Сяоинь невесело засмеялась неожиданной шутке парня и решила уточнить:

– Так что же в них такого особенного?

– Они никогда не спят, – невозмутимо отозвался тренер.

– Не может быть, – удивилась девушка. – Все животные должны спать, иначе они умрут от перенапряжения мозга и истощения.

– На самом деле они спят, но одной половиной мозга поочерёдно, и, таким образом, по сути, не спят никогда, – объяснил молодой человек. – Ты не могла перекачать мою душу во время сна.

С сомнением пожав плечами, Сяоинь озадаченно произнесла:

– Прости, но я не понимаю, зачем ты говоришь мне об этом сейчас.

– А ещё моему отцу нравились летучие мыши, – словно не слыша её ответов, продолжал рассказывать парень. – Ты знала, что они от рождения слепы, и только идеальный слух помогает им ориентироваться в пространстве?

– Слышала когда-то, – кивнула девушка. – Но к чему ты клонишь?

– Или вот, собаки, – продолжал Чан Ань, будто не замечая вопросов девушки, – у них лучший слух среди всех хищников. Представляешь, что они могут унюхать. Я знаю, чем ты завтракала, например. Омлет и пельмени, а ещё чай с женьшенем.

– Как ты мог догадаться? – Сяоинь изумлённо захлопала глазами.

Родители всегда убеждали дочку, что завтракать нужно плотно, поэтому пельмени, овощи на гриле, жареное мясо и наваристый суп были частыми гостями на их столе по утрам. Но ведь завтрак был несколько часов назад. Поразительно, что наставник центра «Штормовой ветер» мог определить съеденные девушкой блюда с такой точностью.

– Да, мой отец и собак любил, – добавил между тем молодой человек. – Но не в том же смысле, конечно, как корейцы двадцатого века.

– Ты хочешь сказать?.. – нерешительно проговорила Лю Сяоинь.

– А теперь разреши представиться полным именем, меня зовут Хе Чан Ань, – парень поклонился.

Девушка вопросительно посмотрела на собеседника, внезапно осознав, что где-то уже слышала эту фамилию, и как будто совсем недавно. А мужчина тем временем продолжил:

– Если ты учёный, ты должна была слышать о моём отце. Или вернее говорить о моём создателе, Хе Цзянькуе. Если б не его эксперименты, я бы умер ещё полвека назад. От старости.

Конец.