Чудак из Города Луны

7.

7.

Пика так и предполагал, что офицер Кранц ещё придёт к нему. Так и оказалось, и снова тот был в штатском. И снова задавал вопросы. И снова получил ответ:

-Нет, сэр.

-В каком смысле?

-Понятия не имею, кто это мог быть. Больше того, никто из тех, кого я знаю, и не работает в таком стиле. И не мыслит так.

-Что ты хочешь сказать? – удивился полицейский.

Пика понял, что зашёл слишком далеко. Но теперь придётся рисковать дальше. Вопрос был в том, как сформулировать, чтобы опасность была минимальной. Кто его знает, что в голове у этого Кранца…

-Понимаете, сэр… Тот, кто сделал эту надпись… Он не просто любитель рисовать. Он философ. Он хотел, чтобы … у кого-то из зрителей остались какие-то мысли. Я не знаю, что он хотел сказать, - соврал Пика, потому что на самом деле о многом догадывался. Он вообще частенько притворялся глупее, чем был на самом деле. А вот дальше шла чистая правда. – А я среди … наших таких людей не знаю. Им важнее форма, красота, понимаете?

-Кажется, да.

Кранц задал ещё несколько вопросов и ушёл. Как и собеседник, он выглядел куда спокойнее, чем чувствовал себя. Во всяком случае, после того, как тот объяснил ему кое-что… Если там дело в каких-то идеях… Зачем он вообще полез в это? Так ведь можно и попасть в поле зрения контрольного отдела. А это точно не на пользу работе в полиции. Впрочем, теперь у него нет выбора. Нужно разобраться, что за этим стоит, а главное – кто…

Пика, со своей стороны, направляясь к месту, где будет создавать очередной шедевр (в том, что получится именно шедевр, он никогда не сомневался), думал о своём.

Он не просто проконсультировал полицейского насчёт рисунков. Он ещё и задал несколько вопросов, а главное - пустил слух в среде таких же уличных художников, как он сам. И – ничего.

Конечно, он не думал, что кто-то признается: «Это нарисовал я!». Вполне ожидаемо, что подставляться-то никто и не хотел. Но Пика не услышал ни одного правдоподобного предположения, кто бы это мог сделать, и зачем. Среди них не было никого, склонного к философским размышлениям, кто мог бы оставить такую надпись под изображениями. (А тем более – с такими убеждениями, добавил он про себя.) Да и сам стиль… Он отличался от принятого среди уличных художников. Был намного более реалистичен, менее метафоричен. Автор той картины разговаривал со зрителем намного более прямым языком, да ещё и с такой надписью…

Уличные художники были не очень большим, но тесным сообществом. Оно не было формальным, - эта деятельность не требовала каких-либо разрешений. (Теперь они начали опасаться, что это может измениться.) Но в нём почти все знали почти всех, а если кого-то ты и не знал лично, то общие знакомые были совершенно точно.

А вот теперь появился кто-то, о ком никто не знал, и кто не только отличался необычным стилем, но и, казалось, преследовал какие-то свои цели, резко отличавшиеся от того, зачем занимались своим делом они.

Какого чёрта? Кто бы это ни был, его нужно найти. А потом что…? А это будет зависеть от того, кем он окажется, и, главное, зачем всё это делает.

-А что такое контрольный отдел? – спросил Ян. Он резонно полагал, что Лаура, служа в полиции, знает, что происходит в кругах городской власти, и уж точно – кто и чем там занимается.

-А почему ты интересуешься? – удивилась она. Пришлось объяснить:

-Кто-то влез в нашу систему, на работе. Я проследил – и оказалось, что след ведёт к ним. Это делал кто-то с их сервера, но я никогда не слышал о такой организации. Только понял, что они имеют отношение к городу.

-Так и есть. – Девушка опустилась на стул. Ян уже понимал её настроение, - и видел, что сегодня оно не из лучших, хотя на их свидании Лаура старалась это скрывать. И перед кем-то менее внимательным у неё бы получилось. Ян решил, что, если она хочет этого не показывать, - ему будет лучше сделать вид, что не заметил ничего. Но сейчас его рассказ, казалось, расстроил подругу ещё больше. – Только что им контролировать в компьютерной системе вашей теплицы?

Кажется, она не очень понимала масштаб того тепличного комплекса, функционирование которого обеспечивал Ян, раз назвала его просто «теплицей». Впрочем, она не одна такая, - мало кто понимал это, кроме работавших там. Но сейчас важно было другое. Тем более, что он не рассказал об интересе неизвестного контролёра не к месту его работы, а к Яну лично.

-Так что же они контролируют?

-Безопасность. Но не в том плане, как ею занимаемся мы, - объяснила Лаура. – Не то, что касается спокойствия на улицах, или даже расследования преступлений. Они … занимаются нашим образом жизни, безопасностью всего города в целом. Всем тем, на чём они основаны. Их задача – чтобы никто не посягал… Если у вас там, скажем, что-то не так с безопасностью и качеством пищи, - это не их дело. Если даже они наткнутся на что-то такое, то передадут нам.

-А вы им что-нибудь передаёте?

-Что-то … более значительное, чем обычные нарушения законов. Понимаешь? Поэтому … плохо, если они заинтересовались чем-то там у вас.

-Ты считаешь, у меня могут быть неприятности? – удивился Ян.

-Неприятности могут быть у каждого, кто окажется рядом с ними.