Цветочный код, или Попаданка для дознавателя

Глава 14

Мы замерли в кустах, не смея пошевелиться. Лаванда в ведре казалась теперь такой незначительной по сравнению с тем, что только что произошло.

— Они ушли? — прошептала я, едва разжимая пальцы, вцепившиеся в рукав Марка.

Он кивнул, но его глаза были прикованы к тому месту, где лежал мужчина.

— Надо бы проверить… — голос мальчика дрожал.

А мне вот совсем не хотелось подходить ближе. Вдруг он мёртв? А если те двое вернутся? Но Марк уже осторожно пробирался вперёд, и мне пришлось последовать за ним, волоча за собой ведро с лавандой, кто там говорил, что она успокаивает? Мне совсем неспокойно!

Лунный свет падал на лицо дознавателя — бледное, красивое даже сейчас, с полуоткрытыми глазами. На груди темнело пятно, будто от ожога.

— Он дышит! — Марк резко опустился на колени, прижав пальцы к шее мужчины. Знает, как прощупать пульс? Молодец, удивил. В его голосе звучала надежда, но тут же лицо стало каменным. Мы оба понимали, что действовать надо быстро.

Я тут же присоединилась, прислоняя ухо к груди. Да, сердце билось, но слабо.

— Надо помочь… — зашептала я, озираясь по сторонам. — Но как? Он же тяжёлый. — Представлять, как мы несём по улице мужчину за руки и за ноги — не хотелось. Фантазия сразу сказала «стоп»!

— Если оставим, они его добьют.

Мы переглянулись. Решение было очевидным.

— Тащим.

Вспомнилось, как однажды смотрела передачу про спасателей, в составе команды в них были девушки, но они с лёгкостью выносили раненых на спине. Вот, самое время проверить тот способ. Под вопросительный взгляд Марка я легла рядом с дознавателем. Его правая рука была вытянута в сторону. Левую ногу ему согнула в колене, левую руку перенесла к правой, невольно оказываясь в объятиях Сандро Бо Хиллса, оставалось сделать рывок и подняться вместе с ним. Уронила я дознавателя только первые три раза, в дальше пошло легче. Зато я точно поняла, что не хочу быть спасателем!

Тяжёлого, бесчувственного мужчину мы волокли через парк, спотыкаясь о корни и стараясь не шуметь. От каждого шороха сердце заходилось в страхе. Лишь бы дознаватель не начал стонать, выдавая нас. Лаванда болталась в ведре у Марка, как и лопата — нечего раскидываться инструментом. Да и улики оставлять нельзя. Марк присыпал землёй место, где было больше всего наших следов. В некоторых местах он волочил лопату боком, стирая следы.

Колени я перестала чувствовать уже через две минуты, а спину — через три. Внутренние стенания были не для детских ушей. Моё пыхтение сопровождалось звуком трущихся носов ботинок о каменную дорогу.

Стук. Бряк. «Фух. Что ж ты, тяжёлый такой?» Бряк.

— Господи, если ты есть, сделай так, чтобы у этой сцены не было свидетелей! Очень надо! — На последнем издыхании я почти ползла, понимая, что если позволю себе упасть, то больше не встану. Как же замечательно, что моя лавка в центре!

Дом встретил нас тёплым розоватым светом, будто чувствовал нашу панику. Дверь сама приоткрылась, пропуская внутрь. Стоило вползти в прихожую, как дом закрыл дверь и приглушил свет, чтобы не было видно с улицы всё происходящее внутри.

Моих сил хватило только, чтобы завалиться на пол вместе с дознавателем. Лежала рядом на его руке и отдыхивалась. О том, как завтра всё тело будет ломить, думать не хотелось.

— Копать! — Выкрик хомяка очень не в тему. Или он охарактеризовал ситуацию? Тогда да, согласна.

Только теперь, при свете, я разглядела лицо мужчины внимательно. Молодой, лет тридцати пяти, с резкими чертами и тёмными волосами. На груди — всё тот же ожог, но теперь он выглядел… затягивающимся?

— Кто его так, и за что? — спросила я Марка, хотя уже понимала кто. Непонятно лишь было всё остальное.

Тот молчал, сжимая кулаки.

— Марк?

— Это… дознаватель. Тот самый, что расследует исчезновение магии.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— То есть… те двое...

— Учитель. И тот, кто с ним.

Я медленно выдохнула.

— Значит, мы только что спасли человека, которого хотели убить твой бывший учитель и его сообщник.

Марк кивнул.

— И теперь они знают, что кто-то вмешался.

— Не знают, — попытался успокоить он. — Они думали, что он один. Нас никто не видел.

Надеюсь, он прав.

Я взглянула на дознавателя. Его дыхание стало ровнее.

— Что будем делать, когда он очнётся?

Марк потупился.

— Не знаю. Но… — он поднял глаза. — Он может помочь мне вернуть магию. Ведь если кто и знает об исчезновении магии, так это он. Похоже, что он подобрался слишком близко и вот... — Марк указал на лежащего мужчину.

Я усмехнулась.

— Ну что ж. Похоже, у нас теперь есть общая цель.

Хомяк начал метаться от нас к задней двери, активно намекая на смену локации. Я уже и сама поняла, что лежать здесь не лучшая идея. Но куда нам спрятать Сандро? Мопс, кажется, догадался.

— Марк, смотри, хомяк предлагает унести дознавателя. Вот только одна я его не унесу. Давай сделаем так: неси ветошь. — Мальчишка не задавал лишних вопросов, сразу умчался наверх, возвращаясь с белой тканью. Пришлось встать, расстелить ткань и перенести дознавателя на неё. Теперь мы могли волочь мужчину вместе, взявшись за углы ткани. Носилки были хоть и не самыми безопасными, но точно гарантировали сохранность моим коленям.

Хомяк бежал впереди, на случай, если мы забудем дорогу, не иначе! И да, Мопс бежал к теплице. За стеклянной дверцей радостно прыгал кактус. Вот ему чего не спится, спрашивается? В зелёных ручках виднелась небольшая записная книжка. С каждым новым прыжком его колючие ручонки писали, а красный цветок-шляпа развевался в воздухе.

— Копай! — Мопс указал лапкой на дверцу.

— Закапывать живого человека — некрасиво! Почему у всех обычные маленькие хомячки, а у меня с тягой к убийству? — Я сетовала на несправедливость, между прочим, я здесь жизнь спасаю.

Стоило нам открыть дверь теплицы, как пахнуло ароматами цветов. Моим глазам сейчас почудилось, что бесконечные ряды цветов уже готовы к запуску лавки. Так, надо скорее прятать труп! Тьфу-тьфу, дознавателя спрятать и помочь!

Кактус, словно контролёр движения на посадочной полосе, показывал, куда двигать, куда нести. Устроив Сандро на пустой грядке, я, наконец, выдохнула.