Демон, которого я расшифровала

Глава 8. Элара. Прикосновение

В серверной тишина всегда была искусственная, купленная за большие деньги. Здесь, в четырех стенах его убежища, она дышала и пульсировала, густая от остаточной магии, боли и запаха озона – неизменного спутника сильного колдовства. Воздух все еще вибрировал на низкой частоте, вторя сдавленным стонам Зейна, которые поглощали не стены, а защитные барьеры, начертанные на них.

Он лежал на диване, отвернувшись к спинке, съежившись в позе эмбриона. Такой уязвимый. Его спина, обычно такая прямая и сильная, теперь была сгорблена, напряжена. Под тонкой тканью дорогой рубашки проступали темные, дымящиеся узоры — руны его истинной сути, клеймо агонии.

Мой разум, всегда такой быстрый и четкий, молчал. Внутри была только белая, оглушающая тревога. Логика кричала, что нужно бежать. Что это демон, опасный для человека, что он питается энергией других людей. Что его когти только что рвали кожу дивана, а не мою, просто по счастливой случайности.

Но ноги не слушались. Они как будто прилипли к ковру.

Зейн пошевелился, и из его груди вырвался хриплый, влажный звук. Не рык. Стон. Звук разбитого процессора, который пытается запуститься. Этот звук пронзил меня острее любого крика. Он был настоящим. Слишком настоящим.

Я сделала шаг. Потом еще один. Каждое движение отдавался в тишине громче пушечного выстрела. Я не думала, что делаю. Руководил мной какой-то древний, забытый женский инстинкт, спрятанный глубоко под слоями кода и логики.

Его кожа… даже на расстоянии я чувствовала исходящий от нее жар. Вокруг пахло словно паленой проводкой и чем-то темным, густым — запах крови, смешанный с магией.

Я остановилась в шаге от дивана. Моя тень упала на него.

Он резко обернулся. Его глаза, ярко-голубые, как плазма газовой горелки, были дикими, полными животной боли и ярости. Но под этой яростью я увидела другое. Стыд. Такой жгучий, что от него перехватывало дыхание.

— Я сказал уйди, — его голос был хриплым скрежетом, будто горло ему разрывали изнутри. — Или твой аналитический мозг настолько перегрелся, что ты разучилась понимать простые команды?

Сарказм. Его последняя линия обороны. Стена, которую Зейн возводил между собой и миром. Но сейчас в ней были трещины, и сквозь них сочилось все то, что он так тщательно скрывал.

— Мой мозг работает в штатном режиме, — ответила я, и собственный голос показался мне чужим, слишком спокойным для этой ситуации. — Он просто анализирует новые данные. А данные говорят, что ваша система регенерации нестабильна. Вам нужен новый внешний импульс.

— Внешний импульс? — он попытался подняться на локоть, но его тело снова согнулось от спазма. Зейн зашипел от боли, и тени в углу комнаты заволновались, как испуганные птицы. — Ты собираешься меня перезагрузить, техномантка? Пнуть ногой, как сломанный терминал?

— Нет.

Я не знала, что делаю. Моя рука сама потянулась вперед. Мозг кричал «СТОП!», но сердце, которое билось часто и громко, диктовало другой алгоритм. Алгоритм сострадания.

Я коснулась его предплечья.

Кожа под моими пальцами была обжигающе горячей. Руны, темные и выпуклые, пульсировали. От прикосновения исходило покалывание, словно от статического электричества, смешанного с крошечными разрядами боли. Я никогда раньше не видела такого, но почему бы не попробовать. Руны были как живой код, текущий прямо под его кожей.

Зейн вздрогнул так сильно, как от удара. Его глаза расширились от шока.

— Убери руку, — прошипел он, и в его голосе впервые не было ни капли сарказма. Только чистая, неподдельная угроза. — Ты не знаешь, что творишь.

— Я знаю, — солгала я.

Я не знала ничего. Я только чувствовала.

— Это просто данные. Сложные. Болезненные для вас. Но данные. Их можно перенаправить.

Я провела пальцами по раскаленному узору на его коже, едва касаясь поверхности. Мои пальцы запоминали каждую вибрацию, каждый скачок энергии. Это был не магический ритуал. Это был акт признания. Принятия.

Зейн замер. Его дыхание, ранее прерывистое и хриплое, на мгновение затихло. Он смотрел на мою руку на своей коже, словно не веря собственным глазам.

— Они сожгут тебя, малышка, — его голос сорвался на шепот.

— Вы уже пытались меня напугать, мистер Рэйвен, — напомнила я ему, и мои пальцы инстинктивно сомкнулись чуть крепче вокруг его руки. Не чтобы удержать его. Чтобы…принять его боль. Дать ему точку опоры в этом хаосе.

— Это не сработало. Ваша боль… она не заразна. Она просто есть.

Зейн закрыл глаза. Длинные, темные ресницы отбросили тени на его бледные, напряженные щеки. Внезапно он показался не демоническим властителем, а изможденным, усталым мужчиной, несущим на своих плечах груз, который никто не должен был нести.

— Я снова назову тебя наивной дурочкой, — прошептал он, но в этих словах не было прежней колкости. Была какая-то отчаянная, сокрушенная нежность.

— Возможно, и так, — согласилась я. — Вы уже в который раз называете меня таким образом. Но знайте, что эта дурочка только что стабилизировала энергопоток вашей башни и дала шанс вам на регенерацию. Доверьтесь мне, сэр.

Я не убирала руку. Его жар начал спадать, медленно, градус за градусом. Пульсация рун под моими пальцами становилась ровнее, ритмичнее, превращаясь из хаотичного визга в глухой, мощный гул. Это было похоже на то, как утихает буря.