Дневники нового мира

IX. Семейные ценности

— Приятного аппетита, девушки… — протягивает брат и вопросительно поднимает левую бровь.

Я немного криво улыбаюсь и накладываю себе овощей — все же ради этого мы спускались; даже церемониальная обстановка не собьет меня с намеченного пути. Джеймсу придется очень постараться, чтобы вывести меня из равновесия. После моих приключений недовольство брата — это последнее, что будет меня беспокоить. А вот Лиз выглядит нервно: скорее всего, она не хотела бы ставить себя в неловкое положение перед Джеймсом — всячески добивается его расположения, для чего бы оно ей ни было нужно…

— Мира, я жду, — не сдерживается брат. — Чтобы ты понимала: я решал твои вопросы с мукой и только недавно вернулся домой. И вот узнаю, что ты пропустила уйму занятий. Об этом мы уже говорили. Я пошел навстречу: если не завалишь экзамены, последствий не будет… — Он делает долгую паузу и тормошит волосы на макушке. — Но я представить не мог, что ты утаишь от меня что-то серьезное.

— Джеймс, это был сон. Вряд ли в твои обязанности и способности входит контроль моих сновидений. Может, ты еще и духов отгоняешь? — недовольно бурчу я, понимая, что еще придется подождать.

— Это же не обычный сон! Будь так, как ты говоришь, все бы быстро прошло и стерлось из памяти. Ты, в свою очередь, просыпаешься по ночам, срываешь занятия и убегаешь из класса. Есть причины насторожиться.

— Я не нарушала никаких правил. К тому же на пару я потом вернулась, Лиз может подтвердить. Просто я неважно себя чувствую в последнее время, — отвечаю я, уже не скрывая досаду в голосе. И всем становится понятно, что меня это тоже тревожит. Спокойно перевожу взгляд с брата на Артура. Он смотрит с интересом, но будто бы находится в своих мыслях. Нас слушает вполуха.

— Речь не о правилах. Это опасно. Если ты так реагируешь на обычные сны, то тебе может стать плохо, а меня не будет рядом. Успеем ли мы что-то сделать с этой панической атакой? — На этих словах Лиз опускает взгляд. Я понимаю, что брат узнал больше, чем требовалось… И сейчас у него будет еще больше вопросов.

— Почему ты думаешь, что я не справлюсь сама? Я достаточно эрудирована, чтобы отделить реальность от фантазии и взять под контроль эмоции, — выпаливаю и перевожу дыхание. Это, пожалуй, единственный мой аргумент.

Лиз ерзает на диване. Я чувствую ее руку у себя на запястье, видимо, она хочет успокоить меня. Но в данной ситуации это будто показывает мою беспомощность, а значит, дает очки Джеймсу. Я легко вырываю руку, стараясь не обидеть подругу, и вновь смотрю на брата.

— Тебе нужно больше мне доверять. Я уже выросла.

— Нет, ты вырастешь, когда тебе будет восемнадцать! — прерывает меня Джеймс и продолжает: — А пока ты должна хотя бы прислушиваться ко мне.

— Джеймс, у меня день рождения меньше чем через месяц. Ты думаешь, сможешь успокоиться после? — с вымученной улыбкой спрашиваю я и перевожу взгляд на Лиз в поисках поддержки. Подруга смотрит на меня и поворачивается в сторону Артура; он тоже не находит слов, как назло… Обычно у них рот не закрывается.

— Я помню… — тихо подтверждает Джеймс

— К тому же Лиз уже совершеннолетняя! — как бы невзначай парирую я, так и не дождавшись ответа от брата или слов поддержки от остальной компании.

— Это замечательно! Но моя сестра ты, а не Лиз, хотя порой я в этом сомневаюсь… — с тяжелым вздохом отвечает Джеймс. Я вижу, сколько морщинок собралось у него между бровей. Понимаю, что ему непросто. Он потратил почти половину жизни на меня. Но я не виновата в том, что сейчас происходит; я давно взялась за голову.

Замечаю, что Артур поднимается со своего места и зовет Лиз за собой. Он решил выйти из гостиной, чтобы дать нам хотя бы подобие личного пространства. Все, чтобы мы с братом могли договорить в спокойной обстановке и без лишних ушей или глаз. Удивительно, я всегда считала его бестактным. Но оказалось, что он чуть ли не самый чуткий человек из всех, что я сейчас знаю. Сразу заметил, когда разговор перешел на более личные темы. Или же он это почувствовал? Этого я не знаю. Но мне казалось, волшебники такого не умеют.

Когда ребята скрываются за дверным косяком, я слышу скрип выдвигающегося стула на кухне, глубоко вдыхаю и возвращаю взгляд к Джеймсу, который все так же испытующе смотрит на меня.

— Я понимаю, я многого не рассказывал тебе, — начинает он, отчего мои руки сжимаются в кулаки.

— Примерно все, Джеймс, — перебиваю его я.

Он опускает взгляд и продолжает:

— Я не хотел, чтобы мы так отдалились друг от друга. Я рассказал тебе вчера все, что происходило последние годы, а ты не стала посвящать меня в детали своей жизни.

— Ну, начнем с того, что сон приснился мне ночью. Я не могла рассказать о нем тебе в-ч-е-р-а, — протягиваю я последнее слово, как бы показывая, что это нереально. А еще я устала от данного разговора.

— Я не о том. Лиз нашла меня почти сразу, как вы пришли домой, — начинает брат. Ах, если бы он знал! Лиз нашла бы его где угодно, из-под земли бы достала. — Ты даже не зашла ко мне. Я же сказал, что всегда готов поговорить.

— Я знаю, почему ты переживаешь. Я стараюсь не совершать глупостей, готовиться к поступлению и не выпадать совсем из жизни. Это не так просто. Я не доставляла тебе проблем в последнее время. Ситуация с мукой была недоразумением, но для тех людей это было важно — ты сам видел положение дел. Больше я не делала ничего незаконного или опрометчивого. Неужели сложно сделать мне скидку?..