Дочь, о которой ты не знаешь

Глава 2

Его признание подобно внезапному удару под дых. Воздух в легких резко заканчивается, а перед глазами вспыхивают огненные искры. Меня резко ведет в сторону и, дабы не упасть, я обеими руками упираюсь в поверхность стола.

– То есть как женат? – хриплю не своим голосом. – Это шутка такая?

– Если бы, – мрачно усмехается Троицкий.

Отводит взгляд к окну и погружается в глубокую задумчивость.

– Ты серьезно?! – меня выносит с его спокойствия, которое сейчас воспринимается как издевка. – Решил сообщить об этом вот так?!

– Думаю, сейчас самое время для подобных откровений, – роняет безэмоционально.

– Самое время было несколько месяцев назад! – взвизгиваю я. – Когда мы впервые поцеловались! Когда ты затащил меня к себе в постель!

– Я не затаскивал, – с вызовом смотрит мне в глаза. – Ты сама пришла.

Поверить не могу. Я просто не могу поверить, что он действительно это говорит! Что попрекает меня моей влюбленностью! Тем, что я первая сделала шаг к нему!

– Но ты не сильно сопротивлялся! – возражаю едко. – И вообще… Я думала, у нас все взаправду! Выходит, для тебя наша связь была просто игрой?!

– Мне тридцать пять, Олесь, – выдыхает утомленно. – Я уже давно не играю в игры.

– Тогда что это было?!

– Это была страсть, – Троицкий невозмутим. – Порыв, если угодно. Ты чертовски красива, и я не смог устоять. Никто бы на моем месте не смог.

– Ты не любишь меня? – спрашиваю, дрожа от слез.

Cнова отворачивается. Снова прячет глаза.

– Ответь! – восклицаю в сердцах. – Любишь или нет?!

Прежде он никогда не говорил мне таких слов. А я и не требовала. Думала, что в нужное время все случится само собой.

Но сейчас ситуация из просто сложной превращается в патовую. Я беременна. А мужчина, которого я люблю, сует мне деньги на аборт.

– Я испытываю к тебе глубокие нежные чувства, – отзывается уклончиво. – Но внебрачный ребенок в мои планы совершенно точно не входит.

Его слова – такие простые и такие жестокие – причиняют мне адскую боль. Я будто горю заживо. До костей истлеваю на костре несбывшихся надежд. Задыхаюсь в ядовитом дыму неоправдавшихся ожиданий.

Как он мог? Нет, правда, как он мог?! Ведь знал же, что я к нему всей душой, всем сердцем! Все понимал, все видел… Не мог не понимать!

Он проводил со мной незабываемые бессонные ночи, доводил до исступления мой разум и мое тело… А потом собирался, уходил и возвращался домой к другой женщине. К женщине, которая наверняка так же, как и я верит, что у них любовь.

Это так подло. Так нечестно и бесчеловечно, что у меня до сих пор в голове не укладывается, как Троицкий решился на такую низость. Ведь он потрясающе умный человек с бесконечно развитым эмоциональным интеллектом… Разве он не догадывался, что его поступки причинят окружающим огромные страдания?

– И давно ты женат? – задыхаясь от переизбытка эмоций, вопрошаю я.

– Десять лет.

– Десять лет?! – взвизгиваю шокировано. – Боже мой! Какой же ты подлец!

– Олеся, успокойся, – цедит сквозь зубы. – Держи себя в руках.

– И это все, что ты можешь мне сказать?! – на меня наваливается самая настоящая истерика. Я не контролирую голос, не могу унять дрожь, меня колотит изнутри, как набитую песком боксерскую грушу. – Я доверяла тебе, Стас! Любила тебя! И сейчас, когда я катастрофически нуждаюсь в твоей поддержке, ты суешь мне деньги на аборт и просишь успокоиться?! Это и есть твой план?!

– Раз уж на то пошло, – он поднимается на ноги и смотрит на меня с высоты своего внушительного роста, – мой план был совсем другим.

– И каким же?!

– Мне было хорошо с тобой. И я хотел растянуть это время на подольше.

– Ты ведь даже не собирался рассказывать мне про жену, да? – усмехаюсь горько.

– До настоящего момента в этом не было необходимости, – отвечает, помолчав.

Неподъемной тяжестью на меня вдруг обваливается осознание неприглядной прозаичности моей жизни. Эта история стара как мир. Молодая актриска без памяти влюбилась в маститого режиссера. Подарила ему свое сердце, отдала ему всю себя, а взамен получила… ничего. Шиш с маслом, как говорится. И вагон разочарований в придачу. Уверена, не я первая и не я последняя наивная дурочка, попавшая в зловещую ловушку любви к более взрослому, более влиятельному и статусному мужчине.

Я размякла под обаянием Троицкого. Начисто отключила критическое мышление и всецело доверилась чувствам. А ведь мама предупреждала: берегись, он намного старше, намного опытнее тебя. Такие мужчины могут причинить боль.

Однако мамины предостережения пролетали мимо меня. Я слышала их, но не воспринимала всерьез. Мне казалось, что у нас со Стасом все по-настоящему. Что он любит меня, хоть пока и не признается в этом вслух. Что со временем я прочно обоснуюсь в его сердце и стану значимой частью его жизни. Что рано или поздно он женится на мне…

Ага. Как бы не так.

У Стаса уже есть жена. Пускай обманутая, пускай не знающая всей правды о своем благоверном, но все же имеющая для него определенную ценность. Ведь именно из-за нее он отправляет меня на аборт. Именно из-за нее рвет нашу связь.

Чувствую себя дурой. Дурой, которую с особой жестокостью изваляли в грязи. Троицкий стал для меня первым. Однако я для него не была ни первой, ни единственной. Даже на короткий период наших так называемых отношений.

Оглушенная открывшейся мне горькой истиной, я пячусь к двери и непослушными пальцами дергаю на себя ручку.

– Деньги не забудь, Олесь, – прилетает мне в спину. – Проблемы нам не нужны.

Проблемы?! Вот как он называет нашего ребенка?!

Глотая слезы, дергаюсь обратно к столу и дрожащими руками сгребаю с него деньги. Неаккуратно засовываю их в сумочку и едва слышно хриплю:

– Не переживай, Стас. Проблем у тебя не будет.