Дочь от бывшего. Любовь не лечится

= 12 =

Неужели моё молчание, мою сдержанность он принимает за кокетство, а внутреннее отвращение - за стеснительность.

Поиграется и выбросит. Только я на такое не согласна.

Я медленно отпила воды, давая себе время собраться с мыслями. Внутри всё сжималось в тугой, болезненный комок.

- Я понимаю, Эрнест Сергеевич. Вы предлагаете мне стать вашей… содержанкой, - я тщательно подбирала слова, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

- Содержанка, Ульяна, звучит как-то вульгарно. Но мы могли бы сожительствовать вместе. Я человек прямой. Ты получишь всё, о чём другие могут только мечтать. От тебя требуется лишь немного: нежность, уступчивость и ласка.

Мужчина потянулся через стол и положил свою крупную, пухлую руку поверх моих пальцев. Прикосновение было тёплым, крепким и невыносимо чужим. Я едва сдержала порыв выдернуть руку. В горле встал ком.

- Эрнест Сергеевич, я ценю ваше предложение, но… - я сделала глубокий вдох, - я не могу его принять.

Его лицо мгновенно изменилось. Исчезла сладковатая улыбка, взгляд стал холодным и пристальным. Он не убрал руку.

- Не можешь? Или не хочешь? Может, я тебе не нравлюсь? - его тон стал ниже, с металлическими нотками.

Вот он, самый опасный момент.

Сказать правду - оскорбить, унизить его мужское самолюбие.

Согласиться - предать себя, перешагнуть через принципы.

А между нами стояла работа. Моя любимая работа в клинике, мои пациенты, карьера, которая полностью зависела от этого человека.

Он же главврач, царь и бог в нашем маленьком медицинском мире. Эрнест Сергеевич ведь может “прославить” меня среди коллег и не только в поликлинике, где я работаю. А сделает так, что меня никто не примет на работу в любой другой поликлинике.

- Дело не в симпатии, - солгала я, глядя в сторону, - у меня пожилая мама, ребёнок. И у меня совершенно нет времени на личную жизнь. И вообще, я не готова к таким серьёзным переменам.

- Всякая женщина готова к переменам, если они к лучшему, - отрезал он, наконец убирая руку. В его глазах плескалось раздражение, приправленное обидой, - ты думаешь, я не вижу? Ты одна тащишь на себе всю свою семью. Ты устала, Ульяна. А я предлагаю тебе отдых. Рай.

Я не могла с ним согласиться. Да рай с этим мужчиной скорее можно назвать адом. Унижаться перед ним я не буду.

- Я справляюсь сейчас. И дальше буду справляться, - ответила тихо, но твёрдо Эрнест хмыкнул, сигнализируя официанту принести счёт.

- Ну что ж, - произнёс он, и в его голосе впервые за весь вечер прозвучала неподдельная холодность, - ты умная женщина, Ульяна. Я всегда это ценил. Надеюсь, твоё решение не скажется негативно на нашей работе. В конце концов, клинике нужны сотрудники, целиком и полностью посвящающие себя делу. Без лишних… отвлекающих факторов.

Я вздрогнула. Это были не просто слова. Это был ультиматум, мягко завуалированный под заботу о профессиональных качествах.

Я молча кивнула, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Вечер был безнадежно испорчен. «Цирк», как я мысленно назвала это свидание, заканчивался, но на смену ему приходило нечто тяжелое и тревожное: осознание того, что отныне каждый мой шаг на работе будет под пристальным, оценивающим взглядом человека, которому я отказала.

И это только первый наш с ним ужин. Что он сделает на последнем?

.

Демьян

Не понимаю зачем мне позвонил Игорь. Меньше всего я желал видеться с ним. В последнее время мы с ним пересекались только по рабочим моментам. Но сегодня Игорь был так настойчив. Очень просил меня встретиться. Дал понять, что это важно.

Я как раз завершил рабочий день. Домой идти не хочу. Что же, схожу в бар. Увижусь с этим предателем.

Через час после звонка от Игоря, я остановил машину на парковке и двинулся в сторону места, назначенного Игорем.

Игорь сидел в баре собственного отеля, медленно вращая бокал с виски. Лёд уже почти растаял, разбавляя золотистую жидкость, но он не сделал ни глотка. Задумчиво смотрел в окно на ночной город.

- Здравствуй, Игорь, - мой голос прозвучал устало и отстраненно.

- Прибыл наконец, “отец семейства”? – ядовито начал Игорь, словно не собирался церемониться или подбирать слова.

Я не сразу нашёл в себе силы с ним разговаривать. Помолчал с минуту.
- Игорь? Чертовски давно не звонил. Что надо? Вижу тебе припекло, что ты даже свиданку назначил. Ещё и так просил меня приехать.

- Да так, мало ли. Решил проведать, как ты поживаешь в своём идеальном мирке. С женой и сыном, - Игорь сделал паузу, давая своим словам достичь цели, - в нашей встрече должен быть заинтересован ты, а не я. Но, коли ты у нас умом слабоват, я решил первым пойти на встречу.

- Слова подбирай, - процедил строго я.

- Ульяна родила девочку. Ты в курсе?

Я был в курсе. Меня уже осведомили. Знаю, что Игорь почти физически ощутил, как я замер.

- Что? – уточнил.

- Ты меня прекрасно слышал. У Ульяны есть дочка. Она назвала её Соней. Ей уже больше года, - Игорь говорил эти слова с нотками горечи, - а ты, я смотрю, даже не в курсе. Занят был, наверное, строительством своего фамильного гнёздышка.