Drag me down some more

1

— Сегодня мы идем в бар! — сообщил Джонни с порога, стягивая одной ногой ботинок с другой и ребячески пуляя его под полку у входа. Луна проследила за этим маневром с интересом, зная, что потом под ее строгим взглядом он будет собирать и ботинки, и разбросанные по полу вещи, которые уже стягивал с себя.

— В Посмертие? — уточнила она.

— В «Койот», — ответил Джонни и подмигнул девушке. — Мы же собирались, помнишь?

— Как будто это было в другой жизни, — ответила Морено задумчиво. — Сегодня у «Койота» юбилей, кстати.

— Сколько стукнуло? — хмыкнул Джонни, снимая трусы и предсказуемо бросая их в сторону скомканной майки и штанов, снятых ранее.

— Тридцать. Мама Уэллс выкупила его, когда Джеки было пять, — пересказала она услышанную когда-то историю.

Услышав имя ее друга, Джонни, уже полностью голый и направлявшийся в сторону ванной, завис на месте и испытующе посмотрел на девушку. Он всегда делал так, когда она говорила о Джеки или Ви — проверял, настроена ли Морено проронить по этому случаю слезу. Девушка закатила глаза и махнула рукой, разрешая ему продолжить свой путь.

Сполоснувшись, Сильверхенд вернулся в комнату и стал копаться в шкафу в поисках свежих трусов и чего-нибудь, что можно было бы надеть в бар. Гардероб Ви его во многом не устраивал, но обновлялся он медленно, так что пока что Джонни все еще мог сойти за прошлого парня Луны. Пока, прыгая на одной ноге, рокер пытался попасть второй в нужную дыру в трусах, Луна задумчиво перебирала свои косички. Он, как мог, пытался привлечь ее внимание этой клоунадой, но, когда Джонни почти завалился перед ней на диван с голым задом и не до конца натянутыми трусами, Морено подняла глаза, и по ее лицу он понял, что она раздумывает, озвучивать ли свою мысль, которая уже проступала у нее на лице.

— Что тебя гложет, самурай? — ласково спросил мужчина, по-быстрому справляясь, наконец, с трусами. Он упер одну ногу на сиденье и, оперевшись локтем о свое колено, наклонился, заглядывая ей в лицо.

— Там могут быть наши знакомые. Наши… с Ви, — уточнила она.

— Мы же это уже обсуждали, — выпрямился Сильверхенд, понимая русло ее сомнений.

— Да, но все равно, — упрямо продолжила Луна, кладя руки на спинку дивана, чтобы видеть его. — Ты пиздец какой другой.

— Спасибо, малышка, — он уже направился обратно к шкафу, но обернулся через плечо и подмигнул ей.

— Джо-о-онни-и-и, — глухо простонала Луна, положив голову на руки. Когда она подняла голову обратно, не услышав какого-либо ответа, Джонни снова стоял перед ней — на уровне ее глаз он застегивал ширинку.

— Луна, я ничего не могу сделать с тем, что я — не Ви. В конце концов, в этом и был весь смысл.

— Извини, я не имела в виду, что ты виноват в чем-то… — спохватилась девушка и поднялась на колени на диване, чтобы приблизить свое лицо к нему. Из-за позы и из-за общей разницы в росте до Джонни ей было, как Хрустальному дворцу — до Марса, так что Сильверхенд только хмыкнул в ответ.

— Знаю, самурай, не делай такое лицо.

— Какое такое? — озадачилась Морено.

— Жалобное, — протянул он и ткнул ее пальцем в нос. — Я не ебанько, чтобы обижаться на ту мысль, что ты пытаешься донести. Те времена в твоей жизни прошли.

Как безжалостно иногда он тыкал ее лицом в прошлое! Луна каждый раз диву давалась, как непринужденно и просто Джонни мог указать ей, что она ждет от него поведения Ви. Всегда с налетом «Посмотри, какую хуйню ты позволяла ему вытворять. Самой не смешно?». Из-за этого Морено снова зависла, глядя прямо перед собой, так что Джонни по ту сторону спинки дивана присел на одно колено и наклонил голову, заглядывая ей в лицо.

— Я — Ви, но из-за того, как долго чип был у меня в башке, некоторые черты рокера-анархиста достались мне по наследству, — как мантру или заученный стишок, стал повторять он. — Я теперь курю, играю на гитаре… — Джонни стал загибать пальцы у Луны перед глазами, задумчиво перебирая привычки. — Иногда отзываюсь на «Джонни»… Лучше ебусь, — он хмыкнул, а Луна щелкнула языком, позволяя ему это самодовольство. — И вот это, для Вика: у меня больше нет проблем с гневом, — он развел ладони полукругом, как бы очерчивая идеальную картину, и поднялся на ноги.

— Вот Вик в это все и не поверит, — снова помрачнела Морено. Джонни уже в который раз направлялся к шкафу, чтобы выбрать верх, так что на ее реплику он ответил оттуда:

— Давай ты начнешь переживать об этом, когда это произойдет, ладно?

— Угу, — неудовлетворенно протянула Луна.

— Ладно? — громче переспросил Джонни, копаясь в вешалках.

— ЛАДНО, — фыркнула девушка громче.

— Умница, — хмыкнул Сильверхенд и тут же нахмурился. — Нахуй! Я эту гору тряпья даже не повезу!

— Тогда что ты будешь носить? — с радостью меняя тему, спросила Луна.

— В новую хату я куплю новые шмотки, — упрямо заявил Джонни.

— В новую хату может понадобиться новая мебель, — напомнила Морено.

— Тогда буду ходить голым. Бесит вся эта ветошь.

— Сказал девяностолетний дед, — хихикнула Луна.

— Ветошь — это бесполезная тряпка, а не что-то старое, — возмутился Джонни. — И мне теперь не девяносто. Ты, вообще-то, старше меня, — напомнил он.

— Ну да, и кто тебе поверит? — расхохоталась Луна. Джонни издал что-то вроде рыка и, бросив попытки найти одежду, ринулся к ней. Девушка с визгом подскочила и даже смогла увернуться от первого захвата, но потом он перехватил ее по дороге с дивана к кровати, закинул на плечо и стал крутиться на месте так, что сам запутался в ее косичках.

В бар они поехали на «Койоте» Джонни — ему это показалось до жопы остроумным. Как Луна и предполагала, сегодня здесь было очень многолюдно, и среди посетителей нашлись те, кого она и ожидала увидеть. За барной стойкой, как всегда, хозяйничал Пепе, а со стороны посетителей за баром Луна узнала спину рипера, сразу испытав прилив адреналина. Джонни обнял ее, застывшую на пороге, за шею и потащил вперед, нашептывая что-то подбадривающее на ухо. Наверху, где было менее людно и не так шумно, стоял Падре, на первый взгляд скучающе осматривая происходящее внизу. Джонни махнул ему рукой, и старик едва заметно кивнул в ответ. Сильверхенд только недавно хвастался Луне, что Падре очень доволен им, как наемником — настолько, что даже подогнал ему в подарок пистолет с символикой «Валентино» на рукояти.