Дракон и его полупрозрачная проблема

Глава 1

— Мои услуги дорого стоят, — сказала ведьма.

В ее темном логове царила духота. Плотные шторы на окнах не пропускали полуденное солнце, в воздухе стоял тяжелый аромат жженых благовоний, щедро приправленный горечью полыни и чем-то удушающе сладким.

У гостьи щипало глаза, першило в горле, а по спине крупными каплями сползал едкий пот, но она упрямо продолжала кутаться в длинный плащ, стараясь как можно ниже опустить капюшон на лицо.

Это было лишним. Ведьма прекрасно знала, кто к ней пришел, кто сидел за низким столиком на бархатной черной подушке и просил о помощи.

— Я заплачу, — дрожащей рукой гостья выложила перед собой бархатный мешочек, перетянутый серебристым шнурком.

Ведьма забрала его, взвесила на руке, а затем проворно спрятала в карман длинного платья. Ей не надо было заглядывать внутрь, чтобы узнать, что там и сколько — звон золотых монет ни с чем не спутать.

— Чего ты хочешь от меня, путница?

Женщина замялась. Во рту внезапно пересохло, а сердце застучало так сильно и отчаянно, что стало страшно. На миг ей захотелось отказаться от своей затей, вскочить и убежать из ведьминого дома. Но только на миг. Потом она вспомнила о причинах, заставивших ее прийти сюда, о том, что стояло на кону и решимость вернулась:

— В моем окружении есть одна особа… и она мне мешает.

— Она стоит на пути к твоей цели?

— Да.

— Ты ее ненавидишь?

— Всей душой.

— Хочешь от нее избавиться?

— Да!

— Тебе нужен яд?

Гостья ответила не сразу. Она закусила губу в нерешительности, не зная, стоит ли откровенничать с ведьмой, но пляшущее пламя свечей, удушающий аромат и сумрак давили, подстрекая выпустить на волю потаенную тьму:

— Яд — это слишком просто. Я хочу, чтобы она страдала. Чтобы каждый день что-то теряла, мучаясь от бессилия и неизбежности. Хочу, чтобы она исчезла. Растворилась, — ее фанатичный шепот, как нельзя лучше вписывался в атмосферу темного дома.

— Какое интересное желание, — хмыкнула ведьма, длинным алым ногтем потирая подбородок.

На самом деле ничего интересного в этом желании не было. К ней сотни раз приходили с похожими просьбами. Сделать так, чтобы соперница отошла с пути. Поводы разные. Чаще всего зависть или ревность. Или жадность. Или обида.

Ведьму не волновали причины, но в этот раз ей понравилась формулировка.

— Есть у меня одно снадобье. Оно будет действовать постепенно, день за днем стирать твою соперницу из привычной жизни, не оставляя следов. Никто никогда не догадается о том, что ее прокляли, но…

— Дайте его мне, умоляю! — порывисто воскликнула женщина и тут же сжалась, ругая себя за несдержанность. Всем известно, что ведьме свой интерес лучше не показывать — цена тут же станет выше.

— Не бойся, лишних денег я с тебя не возьму, но кое-что мне потребуется, — ведьма раскрыла ладонь и поманила пальцами.

Гостья снова на мгновение оробела, но напомнила себе о том, что ставки высоки и решительно протянула руку.

В тот же миг серебряная игла впилась в ее мизинец.

— Ой! — она тихо вскликнула и попыталась отдернуть руку, но хватка у ведьмы была стальной.

— Всего пару капель крови, не вырывайся, — в тихом, шелестящем как у змеи голосе, проскочила насмешка, — от этого еще никто не умирал.

Тяжело дыша, женщина смотрела, как на коже набухает алая капля. Одна, вторая. Третья.

Ведьма собрала их в крошечную зеленоватую склянку. Потом изящно поднялась из-за стола и скрылась за шторой, сотканной из блестящих бусин.

Послышалась какая-то возня, тихий перезвон посуды, древнее певучее бормотание, вызывающее благоговейную дрожь и волну мурашек вниз по спине. Небольшая синяя вспышка и порыв жгучего ветра, от которого пламя свечей дрогнуло и взметнулось к потолку.

После этого ведьма вернулась. В ее руках тускло поблескивал совершенно невыразительный синий флакон.

— Дашь ей выпить через две ночи, на утро после полнолуния. Твое желание исполнится за сто дней.

— Так долго, — не отводя алчного взгляда от заветного флакона, гостья неуклюже поднялась с пола и протянула руку

— Отравить было бы быстрее и надежнее, — повторила ведьма с небрежной усмешкой.

— Нет-нет. Я хочу, чтобы она страдала.

— Как скажешь.

Женщина убегала из ее дома, прижимая к сердцу драгоценную склянку и улыбаясь, уверенная что наконец-то все наладится и встанет на свои места.

Ведьма тоже улыбалась. Потому что не сказала беспечной торопыге о побочных действиях и о том, что заклинание может быть обращено вспять.

Что поделать, такова ее ведьмовская природа — не договаривать. К тому же за беспечность всегда нужно платить. Так или иначе.

На утро после полнолуния содержимое синего флакона отправилось в стакан с утренним чаем, приготовленным для Ванессы Либи Райт — старшей дочери одного из уважаемых горожан прибрежного Роквуда. Через неделю у нее обнаружились первые признаки странного недомогания, через две — поползли слухи о неведомой болезни, поразившей бедняжку. Через месяц она перестала выходить из своей комнаты и принимать гостей. Ей пришлось оставить учебу и светские приемы. Ее помолвка с молодым красавцем Якобом сорвалась.