Дракон и Пышка. Игра в прятки

Глава 7. Пирог с эльфийскими яблоками

Даниэлла решила скрыть, что только сегодня приступила к службе, чтобы не навести генерала на раздумья. Она уже пожалела, что оставила приметную рыжую косу. Лучше бы взяла пример с мамы – нежной блондинки. Огненной шевелюрой она пошла в отца, хотя сейчас тот был белый, как лунь. Годы брали свое.

Пока кухарка нарезала пирог и разливала чай по чашкам, Мадей огляделся. На кухне ничего не изменилось. Та же огромная печь, длинные разделочные столы, полки с посудой до потолка и холодильные лари, где низкая температура поддерживалась кристаллами льда.

Когда служанка придвинула ночному гостю тарелку с пирогом, который обильно украсила взбитыми сливками, принц закрыл глаза и втянул ноздрями удивительный аромат, исходящий от печеного.

– Я будто снова вернулся в детство, – произнес он с легкой улыбкой на губах. – И сразу пришла на память моя несчастная первая любовь. Дочка старшей кухарки была чем–то похожа на тебя. Такие же пухлые губы, синие глаза, легкие локоны... Правда, она была блондинкой.

Он открыл глаза и прямо посмотрел на смутившуюся девушку.

– И пахло от нее так же приятно. Сдобой, чистотой, невинностью...

– А почему любовь была несчастной? – Дани обхватила ладонями горячую кружку и склонилась над ней. Спрятала глаза. Сейчас, когда ее от генерала отделял лишь стол, он казался таким... домашним, что ли. Расстегнутый кафтан, небрежно лежащий воротник рубашки. Волосы растрепаны, улыбка на губах. И теплый взгляд, за которым прятались воспоминания о том времени, когда он был мальчишкой.

– Меня выпороли, когда застали нас целующимися. Ее матери пришлось уйти из дворцовой кухни, а меня отправили в военную академию, хотя я по возрасту был слишком юн для обучения с великовозрастными курсантами. На первых порах мне там было совсем нелегко. Но зато, когда я возвращался домой на каникулы, то сразу бежал на кухню с надеждой, что ее мать простили и вернули.

Ненаследный принц выразительно вздохнул.

– Но нет, эта девочка навсегда ушла из моей жизни. Единственное, что утешало – им надолго хватит денег, если они продадут безделушки, которые я дарил юной возлюбленной. У принцев, даже если они бастарды, не бывает дешевых подарков. Мы, носители благородных кровей, прекрасно понимаем, что должны позаботиться о своих избранницах, которым в будущем нет места рядом с нами.

– Вы уже в юности были настолько прозорливы? – Дани поразила забота принца о дочери кухарки.

– За все надо платить. Даже за невинный поцелуй, который может разрушить чью–то жизнь.

Генерал неожиданно встал, обошел стол и сел рядом с толстухой. Перетянул к себе тарелку и бокал. Подмигнув удивленной девушке, взял пирог руками и хорошо откусил. Застонал от удовольствия.

– Как же замечательно ты готовишь...

Облизал каждый палец, испачканный в сливках.

– У вас на верхней губе и на носу тоже остался крем, – подсказала Дани и вздрогнула, когда совершенно неожиданно принц, собрав пальцем крем с пирога, мазнул его и на кончик ее носа.

– Теперь мы оба одинаково смешны, – он придержал ее руки, когда служанка потянулась за салфеткой. – Теперь твоя очередь рассказать о своей первой любви. Ты же не замужем? Я не вижу на тебе брачных браслетов.

– Нет, я только собиралась, но... – Даниэлла вздохнула, вспомнив безобразную сцену. – Я застала своего жениха в объятиях другой.

– И не простила?

– Разве измену накануне свадьбы можно простить? Я думала, он любит меня. Ведь я была такой чистой и невинной, – Дани опять опустила взгляд в кружку. – Считала себя красивой. Дурочка.

– Ты и сейчас красивая, правда, – поторопился заверить ее принц. Ему нравилась кухарка. Искренняя, без жеманства, так сильно отличающаяся от тех, кто кружился вокруг принцев.

– А он посмеялся надо мной. Сказал своей любовнице, что я нужна ему только для того, чтобы...

Даниэлла вовремя остановила себя, проглотив окончание предложения. «Чтобы я родила ему наследника», – хотела она сказать. Но разве от простых служанок ждут наследников так, словно жених и невеста благородных кровей? После небольшой паузы она выдала совсем иное:

– ...чтобы пекла ему пироги из эльфийских яблок.

– Знаешь, я бы тоже только за одно это женился на тебе. Ничего вкуснее не ел.

– Дайте–ка, я все–таки вытру нам носы. Будет неудобно, если кто–то из слуг заглянет на кухню.

Принц развернулся к ней всем корпусом. Смотрел на кухарку все то время, пока она смачивала в тазу салфетку и с очень серьезным видом вытирала его лицо.

– Брат едва глаз не выбил. Хотел показать, как владеет игрушечной саблей, – пояснил он, когда ее взгляд остановился на разрезанной надвое брови.

– Эрик? Ой, простите, Его Высочество принц Эрик? – поправилась кухарка, мило краснея.

– У меня других братьев нет.

– Как вы к нему относитесь?

Дани было интересно понять, ревновал ли Мадей брата к отцу, власти и более высокому положению.

– Как к наследнику и родному человеку. Я должен верно служить ему.

– А как относитесь к его любовнице?