Другой Мир? Я не приму этого!

Глава 8

 Глава 8

 А ты не мог раньше сказать?
 

 Я едва смог уклониться.

 Когда ми были в лесу, его подвижность сковывали деревья и кустарники. Все, из-за его же габаритов – такой махине банально не хватало места. А что сейчас? Сейчас он может свободно передвигаться, прыгать и вообще в ус не дуть.

 «Если тогда мы были относительно на моей территории, то сейчас это его альма-метерь. Как же геморно!»

 Тем временем я просто пытался размахивать мечем в разные стороны, лишь-бы не дать ему приблизиться ко мне. Выглядело это неуклюже, однако не забываем, что меня никто и никогда не учил фехтованию. Все, что я делал сейчас, было тупо рефлекторными движениями.

 «Спасибо святому адреналину и желанию жить!»

 Но я не мог не заметить две необъяснимые для меня вещи:

 Первая – после попадания в этот мир, мои рефлексы и все пять чувств в целом, улучшились. Кроме этого, улучшилась и выносливость.

 Сложно сказать каким хреном это случилось, но меня это не могло не радовать. Особенно в такой ситуации.

 А второе это то, что наша, всеми любимая, шавка, очень уж осторожничает с мечом у меня в руках. Я, конечно, понимаю острая штука, и все такое, но если судить по его габаритам, то у него и шкура должна быть под стать, так что этот меч ему, что для меня складной ножик. Ну, так должно было быть.

 На деле же он старается уклоняться от всех моих бессмысленных взмахов, будто бы от этого зависит его жизнь.

 Поняв это, в моем мозгу заиграла победная музыка.

 – Так ты боишься этого мечика, значит! Ну, так получай!

 Если до этого я только защищался, маша этим мечом направо и налево, то теперь я целенаправленно напирал.

 Я уже думал, что мне хватит только этого для победы, но, похоже, ему это не понравилось.

 Зарычав на меня еще пуще прежнего, он, не обращая внимания на меч у меня в руках, повалил напролом. Из-за своей опрометчивости, он напоролся своей правой передней лапой на меч, но вот левой смог з силой толкнул меня, прижав к земле.

 Повалившись на землю, я ударился головой, а в районе груди почувствовал жгучую боль.

 – Твою мать! Опять за старое! – крикнул я.

 Я рефлекторно опустил взгляд вниз и увидел, как его когти беспощадно вдавливались мне в плоть. По округе сразу же начал распространяться запах свежей крови.

 Мы оба были ранены и истекали кровью, вот только было очевидно, кто здесь в более выгодном положении. Эта псина хоть и скулила от боли, но все-же была готова вот-вот откусить мне башку. Я же в свою очередь не мог пошевелиться, ибо эта лохматая херовина весила как целый джип.

 Мне было неимоверно сложно дышать. И кажись в моем рту тоже начала собираться кровь.

 В глазах уже начинало понемногу темнеть, но голова не переставала думать.

 Все же слышали, что перед смертью вся твоя жизнь проносится перед глазами? Есть одно очень интересное объяснение, почему так происходит – так ваш мозг питается найти какую-нибудь лазейку в ваших же воспоминаниях, какую-то подсказку,  чтобы выжить.

 Скажу честно, я не успел досмотреть свою жизнь до конца, ибо выход оказался очевидным.

 Я, не задумываясь, поднял левую руку и схватился за лапу этой псины.

 «Гори...!»

 Моментально его шерсть загорелась. Но почему-то не обычным огнём как до этого, а синим.

 Волк, почувствовав жар начал громко скулить и сразу же отскочил от меня. Но было уже поздно – его мех мгновенно воспламенился, а огонь начал быстро распространятся по лапе.

 Упав на землю, он начал перекатываться из стороны в сторону, чтобы сбить пламя, но огонь никак не хотел подаваться, продолжая нещадно сжигать лапу зверя.

 Тем временем я поднялся на ноги, опираясь на свой меч.

 «Какой то странный огонь. Но надолго его не хватит...»

 Пока я, уже инвалид третей степени, подымался на ноги, огонь всё-таки начал слабеть, но выглядело все так, будто бы он понемногу всасывался в самого волка, то-бишь в его шёрстку.

 «Похоже и шерсть у этого волка какая-то необычная...»

 Решив не дожидаться окончания сия зрелища, я, не обращая внимания на боль в грудной клетке, побежал в сторону волка. Из-за того, что он слишком сильно сконцентрировался на своей горящей синим пламенем лапе, он еще не успел этого увидеть.

 Когда же волк, наконец-таки обратил на меня внимание, я уже стоял рядом, как раз замахиваясь мечом, целясь прямо в шею.

 Он не мог уклониться. Просто никак.

 Однако каким-то чудом, или скорее из-за своих звериных рефлексов, он успел выставить перед собой, до этого времени уже потушенную, лапу, из-за чего удар сместился и прошел по касательной.

 Во все стороны брызнула кровь, а волк, раздирая мои барабанные перепонки, взвыл от боли. Он дернулся и вскочил, тем самым отбросив меня своей массивной тушой.

 Я, отброшенный в сторону как мячик, прокатился по земле. В голове начали играть церковные колокола, над головой начали летать звёздочки, а где-то вдалеке я, вроде как, услышал прекрасное пение ангельского хора.

 Пытаясь не обращать внимания на всю ту кашу голове, я начал подниматься на ноги откашливая собственную кровь.

 Скажу вам честно, предо мной предстала реально ужасная картина.

 Хоть я и не хочу это признавать, но на мгновение какая-то часть меня начала испытывать к нему сострадание.

 Волк, что до этого стоял с гордо поднятой головой, сейчас уткнулся мордой, в лужу собственной крови.

 Из-за того, что его передние лапы были серьезно повреждены, он не мог нормально стоять. Каждый раз, как он пытался встать, из ран начинала хлестать кровь и он вызывал от боли и обратно падал мордой в землю.

 И так повторялось каждый раз – он вставал и сразу же падал.

 «Похоже, я задел сухожилия и мышцы...»

 Справедливости ради, я был несильно то и в лучшем состоянии.

 Грудь обильно кровоточила. Не могу точно сказать но, похоже, что у меня было сломано несколько рёбер и задеты внутренние органы, но хуже всего было то, что кости на моей левой руке смотрели прямо на меня.