Друзья. Зимняя история

Картина 3. Огоньки

Высокая женщина, придерживая воротник лисьей шубы у своего лица так, чтобы не зацепить мех красной помадой, довольно цокала, разглядывая лежащие на прилавке джинсы.

- Лешенька, ну шо ты не хочешь? Ну тебе же хорошо будет! - покачав головой, женщина тут же принялась отряхивать джинсы от слетевшего с норковой шапки снега.

Мальчик лет двенадцати шмыгнул носом, вытирая его о край явно большей по размеру ему куртки.

- Мам, так они на три размера больше, - робко попытался воззвать к голосу разума мальчик, но тут же был перехвачен проворными руками пожилой продавщицы, что ловко затянула его внутрь палатки.

- Вот молодежь, а в моде-то не понимают ниче, - сплюнув кожуру от семечки, продавец, она же тетя Зина, быстро вытерла руки о потертый тулуп, - Турция шьет, не Китай! - жестом ловкого фокусника заклеивая ценником этикетку с выведенным “made in china”, тетя Зина поправила выглядывающий из-под шали платок, - У меня сын сам возит!

- А на мальчика то моего сядут? - вдруг засомневалась женщина, но тетя Зина тут же подкрутив пальцами края джинс, приложила их на добрую ладонь выше талии мальчика.

- Та как влитые будут, я вам говорю! - невозмутимо заявила тетя Зина, практически гипнотизируя засомневавшуюся женщину, - Та давайте мерить, сами увидите, что я вас, обманывать что ли буду?

Магическая фраза. Стоит ее сказать с вопросительной интонацией, как люди тут же проникаются доверием. Этому тетю Зину еще в колонии десять лет назад научили, куда она по молодости-глупости за мошенничество присела.

Женщина смягчилась и тут же одобрительно махнула рукой. Такая милая продавец, и все показывает, и рассказывает, и померить, и где что пошить знает. Да и на вид ей самой в бабушки годится, ну вот разве такая будет обманывать?

Тетя Зина быстро прикидывала, как так незаметно подтянуть джинсы, чтобы они с мальчика не падали. Размеров меньше не было, а этот, как на зло, уж больно щуплый уродился. Ну ничего, холодно, а теть Зине не привыкать. Да и темнеть начинало, а в тусклом свете никто и не заметит, как булка под пуховиком спрячется.

- Мам, ну холодно же, - сопротивлялся Лешка, когда продавец вытянула в вытянутой руке что-то слабо напоминающую занавеску.

Конечно, при таком ветродуе не спасала эта шторка, но тете Зине и не нужно было создавать покупателю комфорт. Чем уютнее себя будет чувствовать, тем быстрее смотрины закончатся. Главное показать, что сели и все. Видно же, что не местные. Вон, мать как на праздник вырядилась. Нет, так то можно было еще парочку им всучить, но тут прям по глазам понятно, что последнее наскребли и больше не вытащить.

- На картонку вставай, - залебезила тетя Зина, подкидывая местами сырую часть картонной коробки.

- Ма-а-а-м, так смотрят все! - снова заныл Лешка, нерешительно расстегивая штаны.

- Тю, та кому ты нужен, госпадя, сымай портки, перед людьми меня позоришь! - рявкнула уже начавшая злиться мать.

Скоро электричка последняя теплая уйдет, это она знала не понаслышке. Так всегда по зиме бывало. Только к середине дня разогревались, а к вечеру все, батареи выходили из строя. Самое жуткое было утром и поздно вечером ехать. А им до Узуново еще трястись и трястись. Да и муж блок сигарет просил, в Москве то дешевле, чем у них там.

- Лешка, меряй давай! - гаркнула мать, щурясь от поднявшейся пурги.

- Да она вон смотрит! - крикнул Лешка, резво натягивая умело пристегнутые булавками джинсы, - Вон, посмотри сама!

Маленькая девочка, что до этого любопытным взглядом наблюдала за мальчиком, которого заставили на морозе раздеться, вытерла варежкой лицо, тут же задрав нос вверх.

- Ничего я не смотрю, - серьезно заявила она, убрав руки за спину, - я иду в туалет.

- Вот и иди девочка, не мешай, - отмахнулась тетя Зина, но заметив взгляд насторожившейся женщины, тут же встрепенулась, - подожди, а родители твои где?

Воспользовавшись ситуацией, Лешка быстро скинул ледяные джинсы, тут же запрыгивая в свои штаны и тщательно заправлясь. Все равно мать купит, куда деваться. Даже если больше, зато новые. На вырост. Но все остальные вещи у Лешки были от старшего брата, так что где-то в глубине души он был даже рад.

- А они обои покупают, - спокойно сказала Сима, поправляя выглядывающие из-под шапки уши.

- И тебе можно вот так, одной? - удивилась женщина.

Она даже хотела присесть на корточки, только вот шуба лисья у нее одна, а девочка выглядела вполне самостоятельной.

- Конечно, - решительно соврала Сима, - у меня папа военный, я не боюсь.

- Ты знаешь, где туалет? - тетя Зина пыталась скрыть свое раздражение за маской участия, - Далеко родители?

- В соседнем ряду, - спокойно сказала Сима, - а туалет вон, - указала Сима в сторону кирпичного строения, от которого доносились вполне говорящие запахи.

Она же уже не маленькая, тут всего ничего, не потеряется. А маму расстраивать нельзя, папа сказал. Пока родители ругаются, она уже и на месте будет.

- Какая самостоятельная, - ошарашенно сказала женщина, возвращая взгляд к сыну, - Лешка, етить ж твою за ногу, шо портки снял?!

Сначала женщина еще думала о том, что москвичи все же странные. Отпустить маленького ребенка одного, на большом рынке в туалет. Она вон, Лешку до сих пор за руку по рядам таскает. Но видать на то они и городские, привыкли к такой суете. И все же странные, эти городские. Только вот ругаясь с сыном мыслей оставалось все меньше, пока они окончательно не выветрились вместе с любимым ее занятием - торгом.

Тетя Зина забыла же о девочке тот час же, как та отошла от палатки. А когда прилетел запыхавшийся Ашот, что-то вскрикивая, тетя Зина лишь отмахнулась. Она мирно собирала вещи, думая о недавнего конкурента. И пусть он на обои перешел с тряпок - старая вражда, она ж как кровные узы, водой не смоешь, обоями не заклеишь. Одним словом - конкурент.

А Сима тем временем спокойно выбежала обратно из кирпичного здания, разглядывая палатку на пару рядов впереди, где сверкала разными огоньками гирлянда. Да так красиво сверкала, что девочка не удержалась, и быстро кинулась вперед. А там… волшебство. Одна за другой, все палатки были наполнены чудесными огоньками, новогодними шарами, всякими игрушками и украшениями, многие из которых Сима видела в первый раз. Девочке казалось, что она попала в сказку, когда вдруг, бесконечные ряды с лампочками закончились, а перед ней возник… одинокий киоск, который шустро закрывала продавщица, что-то бормоча под нос про испорченный подарок.

Закружившись на месте, Сима вздрогнула. Ее пробрала оторопь. Волшебство развеялось, а вокруг было темно, холодно и даже немного страшно. Нижняя губа Симы затряслась, когда вдруг она заметила знакомую пошатывающуюся фигуру.

Дело в том, что на этот рынок с родителями Сима ездила часто, и сторожа дядю Гришу помнила очень хорошо. Папа рассказывал, что дядя Гриша когда-то тоже защищал родину, только вот очень сильно устал. Подпрыгнув от радости, девочка бросилась со всех ног за прибавившим шаг дядей Гришей… только вот от усталости ноги на льду подкосились и на полном ходу Сима растянулась на грязном снегу.

____
Для точности передачи атмосферы, слова героев исковерканы под их разговорную речь