Его нежеланная истинная

Глава 4

Под потолком вспыхивают яркие звезды: синие, золотые, цвета спелой черешни. Мой муж легко несет меня на руках к выходу из роскошного дома. Темные стены словно расступаются перед ним, двери на волю, в сад, раскрыты. И мне действительно страшно. Страшно оказаться не здесь, вернутся обратно, в другую реальность.

Я совершенно искренне не понимаю, почему я не исчезла после того, как лопнул браслет. Алиссандра не похожа на лгунью. Я, конечно же, догадываюсь, что она была готова на все, лишь бы избежать своей свадьбы с чудовищем. Но врать тоже нужно уметь. Ее не выдал ни жест, ни мимика, вообще ничто. Я не так плохо разбираюсь в людях, чтобы не заметить откровенной лжи. Странно, но я не думаю, что дело в ней.

В моем кулаке до сих пор зажаты обрывки маминой цепочки и новенького браслета, они удивительно похожи. Только тепло идет от них немного разное, да и браслет куда тоньше. Я перебрала их пальцами, пока муж не заметил, на ощупь плетение браслета точь в точь такое же.
Может быть, дело в них? Мамина цепочка разорвалась, и я никуда не провалилась. Что это значит? Вдруг я оказалась в том мире, в котором была рождена? Как говорила Алиссандра, без браслета я в чужом мире надолго задержаться не смогу. Да нет, все это глупость. Я не могла быть рождена здесь. Я же видела свою детскую карту, браслетики из клеёнки, которые мне прикрепили в роддоме.

Да и сложно заподозрить маму в колдовстве. Она работала бухгалтером и всегда была очень рассудительной, правильной. Дело наверняка в чем-то другом. Знать бы еще, в чем именно. Домой мне возвращаться совершенно не хочется, но и погибнуть здесь в первую брачную ночь я не готова.

Муж сделал глубокий вдох, орден на его груди чуть качнулся из стороны в сторону. Леир безусловно богат и красив, красив той самой мужской красотой, которую воспевали в Средневековье. Мощная шея, широкие плечи, невероятная сила, короткая щетина на волевом подбородке. Даже брови и те вразлет, а еще нос у него изящно изогнут. И белая ниточка шрама на щеке его совершенно не портит. Рысьи кисточки на ушах меня скорее приманивают, чем отторгают, хочется их потрогать рукой, приласкать. Вот только муж совершенно не напоминает котенка. Этот взгляд, мышцы, гуляющие под кожей.

Почему, интересно, он выбрал меня себе в жены? Да еще и от рождения заключил договор. В этом наверняка был какой-нибудь смысл. Тем более, что я третья его невеста. Не первая, не вторая, а третья. Почему так? Ведь мы почти ровесники. Леир выглядит старше, но все же. Вряд ли лет тридцать назад предполагали, что из малыша вырастет чудовище, которое станет убивать своих новоявленных жён. Или предполагали? Может, все перекидыши себя так ведут? Но почему? Жаль, что я так мало знаю об этом мире.

- Почему вы выбрали именно меня? - я решаюсь начать расспросы. Другого способа хоть что-то узнать, все равно нет.

- На то была воля наших отцов.

- Почему?

- Твое чрево подходит для того, чтобы продолжить мой род.

Чрево. Звучит слишком прямо и грубо. Выходит, сама по себе я никого не волную. Что ж, удивляться нечему. И все равно противно.

- А предыдущие жены не подошли?

- Они были многим лучше тебя. Чистые телом и душой, но непокорные. Первая же ночь убила обеих. Юные девы оказались слишком хрупки и ретивы.

Вот оно как. Выходит, слишком ретивы. Знать бы еще, что это значит. Сбегали из спальни? Обещали утопиться в колодце? Или же, наоборот, набрасывались с поцелуями? Красивый, знатный, очень богатый. Где тут подвох? В моем мире на такого жениха давно бы объявили охоту.
Вот только насколько я готова испытать на себе его страсть? Русская рулетка, как и любая другая азартная игра – не мое. Я слишком легко увлекаюсь. Да и вообще, не готова я к ночи с оборотнем.
Провести ночь с брутальным красавцем – это приятно, я никогда не была ханжой. Да и беременность стала бы неплохим и даже надежным шансом на то, чтобы выжить. И не просто выжить, а жить хорошо. Опять же, малыш. Я хотела стать матерью рано или поздно.
Вот только сейчас я к этому не готова. Смешно, но я все еще верю в любовь. Или, хотя бы, в пьянящую страсть. К этому же мужчине я не испытываю ничего, кроме лёгкой брезгливости. И покорной становиться не собираюсь.

В глаза ударил яркий солнечный свет, пришлось зажмуриться, под ногами мужа хрустнули камни. Мы вышли из коридора наружу. Если быть точной, он вынес меня на руках. Тенистый сад, мощеная дорога, розы в клумбах. Восхитительные холеные кони запряжены в серебряную карету. Весь ее верх заплетен цветами. Они гирляндами свешиваются вниз. Кони фырчат, танцуют от нетерпения, перебирая копытами. На облучке сидит кучер в цилиндре. Он обернулся, и я тут же напрягла спину, опустила вниз пятки и расслабила ноги, неестественно выгнулась на руках у мужа. Условный рефлекс.

Этот кучер один в один похож на моего старого тренера. Так и слышу громогласный крик: "Ефремова, опять сидишь в седле, как облезлая кошка на заборе? Пятку вниз, ноги расслабить. Осанка! Помни, конный спорт – обязанность королев! Изволь соответствовать!"
Может быть, этот человек – близнец Александра Ивановича в этом мире? Было бы здорово, я ужасно соскучилась.

- Не сопротивляйся! - неправильно истолковал мое напряжение муж и выдернул из приятных воспоминаний.

- Чтоб тебе! - зло буркнула я.

- Как ты смеешь? - прошипел он.

Кисточки на его ушах стали гораздо пышнее. Вот бы потрогать? Нет, я, конечно, не извращенка. Но все же очень люблю, когда у любовника есть волосы на груди, короткая щетина на подбородке. И кисточки на ушах меня, как оказалось, тоже привлекают. И очень. Хм. Не ожидала.

- Не страшно, - ответила я и провела рукой по его уху, щетина оказалась жёсткой, а ухо почти ледяным.

Нет, показалось, все-таки не привлекают. Значит, точно нужно думать, как выбираться отсюда, точнее, из капкана под названием "брак". Конюх намотал вожжи на выступ кареты. Рискованно. Карета - не машина, на тормоз ее не поставить. Лошади могут испугаться или просто взыграть и удрать в дальние дали. Старик резво спрыгнул со своего места, учтиво поклонился, - один в один Александр Иванович. Так странно.