Его жестокая нежность

ПРОЛОГ

Богдан

Ноябрь. Ривьера-сити. Пирс 13.

Ветер с моря бьёт в лицо. Солёный, ледяной. Волны шлёпают по бетонным сваям внизу – глухо, мерно, как чьё-то замедленное сердцебиение.

Толкаю его. Несильно. Ладонью в грудь. Почти лениво.

Он взмахивает руками. Смешно так – как птица, которая забыла, что у неё есть крылья. Летит назад. Падает.

Всплеск.

Крик – короткий, оборванный.

Потом смех.

Степан ржёт в голос, сгибается пополам. Анжелика визжит, прикрыв рот ладонью. Но глаза блестят. Остап ухмыляется, качает головой:

– Блин... Богдан…

Подхожу к краю пирса. Смотрю вниз. Вода чёрная, маслянистая. Огни города отражаются в ней размытыми жёлтыми пятнами. Он барахтается. Голова то появляется, то уходит под воду. Руки хлопают по поверхности – беспомощно, хаотично.

– Богдан! – кричит он, захлёбываясь. – Богдан, я не могу!.. Я не выплыву!..

Молчу.

Наблюдаю.

Секунда. Две. Пять.

Смех стихает. Степан перестаёт ржать. Остап выпрямляется. Анжелика отходит на шаг назад.

– Бро, – говорит Стёпа тише. – Может, хватит?

Не отвечаю.

Он снова уходит под воду. Голова исчезает. Всплывает – но медленнее. Руки почти не двигаются.

Феликс делает шаг ко мне.

– Богдан.

Поворачиваюсь, с вызовом глядя ему в лицо. Он замирает. Потом делает ещё шаг – к краю пирса. Хватаю его за плечо.

– Стоять!

Его ноздри недовольно вздрагивают, взгляд становится острым. Мы, конечно, друзья, но он периодически оспаривает мои «дружеские» приказы.

Феликс смотрит то на меня, то вниз – на мутную воду и барахтающееся тело.

– Он тонет, – говорит негромко.

– Вижу.

– Богдан, блять, он тонет!

Сжимаю его плечо сильнее. Он дёргается, пытается вырваться. Не отпускаю.

Вода внизу бурлит. Голова вновь появляется на поверхности, но он уже не кричит. Только хрипит. Булькает.

Молчание давит на уши. Никто не дышит. Все смотрят на меня.

Жду.

Ещё секунда.

Ещё одна.

Внутри пусто. Холодно, как в этой воде. А я хочу почувствовать хоть что-то.

Хрип внизу затихает.

Киваю.

Феликс срывается и прыгает. Всплеск – громкий, тяжёлый. Вода взрывается брызгами. Я отхожу от края, вытираю лицо рукавом.

Степан молчит. Остап молчит. Анжелика смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

– Что? – бросаю, выгибая бровь.

Она отворачивается.

Достаю сигарету. Прикуриваю. Руки не дрожат. Никогда не дрожат.

Феликс вытаскивает его. Тащит к сваям. Они цепляются за ржавую лестницу – мокрые, тяжёлые. Оба кашляют. Феликс матерится сквозь зубы.

Затягиваюсь. Дым обжигает горло. Смотрю на море. Чёрное, бескрайнее. Равнодушное.

Как я.

И вдруг краем глаза ловлю какое-то движение. Оборачиваюсь.

Девушка.

Стоит у края пустыря, метрах в тридцати. Тёмная куртка, джинсы. Волосы растрёпаны ветром. В руке, походу, телефон.

Она нас снимает?

Да ну нахер!

Наши взгляды встречаются. Она срывается с места. Бежит.

Сигарета выпадает из пальцев. Бегу за ней.

Пустырь под ногами – неровный, каменистый, с обломками каких-то бетонных блоков. Девчонка петляет между ними, перепрыгивает через арматуру.

Быстрая. Но я быстрее.

Небольшой рюкзак бьёт её по спине. Волосы развеваются. Она не оборачивается.

Расстояние сокращается.

Десять метров.

Семь.

Пять.

Она выбегает на дорогу. Фонарь освещает её лицо – на секунду.

Совсем юная. Испуганная. Незнакомая.

Легко могу её догнать. Но останавливаюсь...

Так слишком просто. Не хочу!

Девчонка исчезает за углом здания.

Стою. Дышу тяжело. Сердце колотится впервые за весь вечер.

Не от погони. Не оттого, что она видела. Не оттого, что сняла это на телефон.

Меня бомбит от неё самой.

Храбрая, глупая...

Что ж, давай поиграем.

Друзья! Добро пожаловать в наш литературный моб под названием Жестокий спор https://litnet.com/shrt/XM6R

Обещаю Вам массу впечатлений!

И конечно приветствую в истории Богдана Монстрова. Будем перевоспитывать мальчика...

Про брата Богдана читаем тут https://litnet.com/shrt/x8QN

Феликс у нас из другого цикла, мелькал тут https://litnet.com/shrt/SC09

Все книги самостоятельные.