Эрмина. Побег в новую жизнь

Глава 12

Вечерняя трасса ожидаемо пустовала. Километры дороги исчезали под колёсами байка, неуклонно приближая Данилу к цели. В другое время и при других обстоятельствах он был бы счастлив прокатиться вот так с ветерком, наслаждаясь рёвом мотора и ощущением безграничной свободы, но только не в этот вечер. Сегодня он чувствовал себя безвольной марионеткой, вынужденной подчинятся приказам невидимого кукловода.

Более десяти лет Даниле Брагину удавалось как-то справляться с внезапно возникающими приступами беспокойства, вносящими полнейшую сумятицу в его жизнь. Парня будто тянуло куда-то со страшной силой, лишая сна и покоя. Ни с того, ни с сего появлялось ощущение, стремительно переходящее в твёрдую убеждённость, будто стоит промедлить совсем немного и случится непоправимое. Разумеется, ничего ужасного не происходило, а состояние внутреннего беспокойства, преследовавшее его несколько дней, постепенно сходило на нет.

Справляться со своего рода расстройством психики Даниле помогали многочасовые медитации и самовнушение, которые почему-то на этот раз оказались бессильны. Ставший привычным зов никуда не делся. Напротив, с каждым прожитым днём он звучал в его голове всё сильнее, пока не дошёл до той степени непереносимости, когда уступить стало проще, чем продолжать упорствовать в стремлении держать собственную жизнь под контролем.

Данила просто устал бороться с собой и решил, что хватит убегать от проблемы, пришло время взглянуть своим страхам в лицо, он ведь давно не ребёнок. Да и в конце концов любопытно, что ждёт его там, в конце пути. Вряд ли что-то такое, с чем он не мог бы справиться.

Каким-то чудесным образом Брагин совершенно точно знал, в каком направлении нужно двигаться, чтобы оказаться у цели. Также не было никаких сомнений в том, что на месте всё прояснится, надо лишь дать своему внутреннему я чуть больше свободы. Впервые за много лет, Данила почувствовал, что всё делает правильно. И это чувство лишь укрепилось, когда он, повинуясь наитию, свернул с шоссе на грунтовую дорогу. Ехать стало труднее. По обочинам темнел лес. Дорога сильно петляла и в сумерках приходилось быть особенно осторожным, а так хотелось прибавить газу, чтобы поскорее всё кончилось. Теперь, находясь очень близко к цели, становилось физически больно сдерживать своё нетерпение.

Вынырнувшая из-за очередного поворота машина на миг ослепила. Встреча оказалась неожиданной для обоих водителей. Данила повернул руль вправо, пытаясь избежать столкновения и свалился в неглубокий кювет. Владелец кроссовера, в свою очередь, ударил по тормозам, чего тоже не стоило делать, так как гравийное покрытие не располагает к резким манёврам. Автомобиль ожидаемо занесло, к счастью для мотоциклиста в противоположную от него сторону и кроссовер опасно застыл правой колёсной парой на сыпучей кромке, в любой момент рискуя перевернуться.

Эрмина, а это была она, медленно приоткрыла дверь и выбралась из машины. Девушка всё ещё пребывала в шоке и действовала скорее интуитивно, чем что-либо осознавая. Бесспорно одно – она чуть было не столкнулась с кем-то на тёмной дороге. Благо ехала почти с черепашьей скоростью, так что больших проблем удалось избежать. Во всяком случае ни она сама, ни её машина не пострадали. Оставалось выяснить, повезло ли второму участнику инцидента в той же степени, что и ей, или он оказался из породы тех неудачников, на кого вечно сыплются все шишки разом.

Колдунья пересекла неширокую проезжую часть и всмотрелась в темноту под ногами.

- Эй, вы там живы? – спросила она, мысленно ругая себя за недостаток предусмотрительности. Следовало, как минимум, прихватить фонарик из бардачка.

Эрмина уже собралась было вернуться к машине, но тут из кювета послышался мучительный стон и колдунья, плюнув на конспирацию, активировала заклинание малого освещения, понадеявшись на то, что пострадавший не в том состоянии, чтобы обращать внимание на сияющую сферу, зависшую над её головой.

С первого взгляда стало ясно, что мужчина нуждается в помощи лекаря. Кровоточащая рана на голове, вывернутая под немыслимым углом рука и полное отсутствие сознания - это лишь малый перечень случившихся с ним неприятностей. Но самой большой проблемой, по мнению колдуньи, являлся двухколёсный железный монстр, придавивший мужчину сверху. Она просто не решится его левитировать, из опасения, что тот по какой-либо причине сорвётся, причём обязательно на владельца. А второго такого удара пострадавший точно не переживёт.

Выудив из кармана смартфон, Эрмина провела по экрану пальцем. На телефонный звонок ответили сразу, будто только и ждали, что она позвонит, хотя колдунья делала это впервые. Как-то раньше не возникало необходимости обращаться за чьей-либо помощью, но вот пригодилось.

- У вас что-то случилось? – опустив приветствия, задал вопрос Егор.

- Почему сразу случилось? – возмутилась колдунья и тут же, противореча самой себе, добавила: - Да, случилось. Только не у меня, а у одного парня. Его слегка придавило. Так что сдавайте дежурство грифонам и быстро сюда, я в пяти километрах от замка.

- Будем через десять минут, - коротко по-военному ответил Егор и отключился.

***

- Кого это ты притащила в мой замок? – возмущённо вопил призрак, пока Егор с Семёном сгружали носилки с пострадавшим в одну из гостевых комнат. – Эй вы, идиоты, не вздумайте его здесь оставлять, тут вам не больница и не приют для бездомных. – И снова обращаясь к Эрмине: - Ты вообще слышишь, что я говорю? Решила устроить здесь богадельню?

- Уймитесь, Арсений Борисович, - колдунья устало отмахнулась от назойливого призрака, не видя смысла вступать с ним в пререкания. У неё имелись дела поважнее. А чтобы тот точно отстал, намекнула: - Вы снова просвечиваетесь насквозь, а у меня на руках раненый, помощь которому в приоритете.

Это сработало. Призрак умолк, но продолжил сверлить девушку гневным взглядом. Та же вовсе перестала его замечать, сосредоточившись на пострадавшем мужчине. При нормальном освещении стало ясно, что ему немного за тридцать. Волевое лицо, наполовину облепленное смешанной с кровью грязью, тёмные волосы, небольшая небритость, плотно сжатые губы. Дабы избежать болевого шока, пришлось погрузить незнакомца в состояние анабиоза, в отличие от стазиса, позволяющего применять заклинания исцеления, хоть и сильно замедляющего их работу.