Факультет уникальной магии. Вместе навсегда

Глава третья. Корабельно-путевая

Семья Бирогзанга жила в Стафрене. Обещалось, что по климату там чуть ли не райский уголок. Только в отличие от того же Вестсара чудесная погода вполне естественная, без какого-либо магического вмешательства. В общем теплое море, песчаные пляжи – красота! Да и сам некропупс рассказывал, что особняк его родителей расположен как раз на побережье. В общем, из его рекламной речи получалось, что едем мы фактически на курорт и ждет нас всех там мир-май-дружба.

Перед тем, как мы отправились в путь, будущий муж Дарлы написал своей семье письмо, предупреждая, что скоро приедет с невестой и друзьями устраивать свадьбу.

- Так а зачем? – возмутилась Дарла. – Пусть бы был сюрприз! Представляешь, твоя мама ни сном, ни духом, ходит по дому, пыль с твоих портретов смахивает и слезы умиления со своих глаз заодно. И тут вдруг дверь распахивается, и ты такой с порога: «Мама! Это Дарла! Я теперь буду жить с нею! А та разношерстная компашка на заднем фоне – это наши чокнутые друзья! Именно они сбили меня с пути истинного, и пусть я так и не завоевал мир, но зато раз двадцать чуть не сдох и увлекся макраме!» Согласись, такое появление  несравнимо интереснее.

- Может, и интереснее, - замялся Бирогзанг. – Но лучше маме все знать заранее.

И через неделю после состоявшегося предложения некромантских руки, сердца и прочих жизненно важных органов наш факультет отправился в Стафрен. Плюс с нами - непосредственно жених и, так сказать, сочувствующие - в лице Мирабель, Зули и цветня, конечно. Вейнс с Мили планировали приехать уже к самому торжеству, наставнику пришлось остаться пока в Дальене, как раз ведь начиналось строительство университета.

Наше морское путешествие длилось почти три недели. В целом прошло даже вполне спокойно. Только Зуля раз пятьдесят от скуки вываливался за борт, заигрывал с русалками и наотрез отказывался возвращаться на корабль. Кое-как Дарла его уговаривала, мол, не бросай меня в столь важный период моей жизни. Но он все-таки бросил. Ее за борт. Мол, зачем куда-то ехать, чтобы быть вместе, если можно быть вместе прямо сейчас?

Но зато Дарла больше не волновалась. Этот кратковременный феномен прошел мимолетно, и я уже думала: а не показалось ли мне вообще. Зато волноваться начал Бирогзанг. И чем ближе мы были к месту назначения, тем сильнее нервничал бедняга некромант. Чуть ли не каждый день в разных контекстах звучало: «Дарла ведь обязательно понравится моей маме!». В итоге Дарлу это так достало, что она отправила своего некропупса составлять Зуле компанию за бортом.

В остальном путешествие проходило тихо-мирно. Аниль чувствовала себя хорошо, хотя Гран носился с ней чуть ли не как смертельно больной, все переживал и опекал. Тавер по-прежнему хандрил. А Мирабель его стабильно игнорировала.

Я, конечно, понимала, что лезть в чужие отношения – последнее дело. Но тут и друга была жалко, и Мирабель так и оставалась неприкаянная.

Но она на мои попытки выяснить причину отчуждения ответила вполне однозначно:

- Зачем я буду давать ложную надежду? Тавер ведь и сам прекрасно понимает, что я поблизости только потому, что из-за него каким-то неведомым чудом сохраняю и ясность ума, и свою магию неизменной. По сути, я – заложница ситуации. Вы все, конечно, милые и забавные, с вами нескучно, но не до такой степени, чтобы я по своей воле так в вашей компании и осела. Меня держит лишь желание жить и остаться в своем уме. И раз Тавер как-то способен на это неведомое чудо, я буду рядом с ним.

- Ну а вдруг это неведомое чудо – как раз таки светлые чувства? – не сдавалась я.

Но Мирабель посмотрела на меня как на сумасшедшую:

- Кира, я – универсальный маг, если ты вдруг забыла. Я знаю о магии практически все. А о своей уж подавно. И я точно могу сказать, что чья-то влюбленность ну никак не может вот так просто взять и остановить сумасшествие и выгорание универсального мага.

- Но если это не чья-то влюбленность, а самого универсального мага? – не сдавалась я.- Я не чувства Тавера имела в виду, а твои собственные.

- Тебе, может, тоже за бортом поплавать, а? – явственно намекнула в ответ она. - А то, смотрю, солнцем голову точно напекло.

Но все равно мне казалось, что Мирабель что-то к Таверу чувствует, дело не только в необходимости. Ну или просто на фоне собственного счастья я просто очень хотела, чтобы были счастливы все вокруг.

У нас-то с Рефом вообще царила идиллия. Честно говоря, путешествия на корабле у меня инстинктивно вызывали опасения. Слишком негативные воспоминания были с ним связаны: сначала путь в Вестсар, когда я угодила в ловушку Алекса, потом путь обратно в Лейн после практики, в то время я вообще чувствовала себя морально уничтоженной.

Но все равно опасалась я зря. Еще когда мы с Рефом отправились из Лейна в Дальен, путешествие на корабле вышло замечательным. Все негативные ассоциации улетучились в первые же сутки. А теперь так вообще ни одной плохой мысли не возникло. Я засыпала и просыпалась в объятиях любимого, дни были наполнены радостью, и, казалось, так будет всегда…

Итак, мы добрались в Стафрен. Чудесный курортный городок, обитель зажиточной аристократии. Пока корабль вдоль побережья двигался к пристани, мы с палубы любовались песчаными пляжами, шикарными особняками в тени раскидистых деревьев. Уже вовсю доносились чудесные ароматы диковинных цветов. Даже Гран отвлекся от беспокойства, что Аниль непременно свалится в воду, если приблизиться к перилам ближе, чем на пару метров.