Феникс в Академии магии

Глава 17.2

Зал заполнил фиолетовый… туман? дым? Внезапно. Ослепительно. Пронизанный искристо-белыми вспышками молний, он мощной волной захлестнул все: колонны, людей... Мгновенно. Целиком. Взвился к высоким сводам.

Лишь Сердце Магии сияло рядом путеводной звездой.

В этом мареве я даже д’Арла перестала различать. А он, видимо от неожиданности, выпустил наконец мою ладонь.

Не успела опомниться, как моей руки невесомо коснулись чьи-то теплые пальцы. Едва уловимо, на долю мгновения — а тело знакомо прошил магический разряд и музыка стала громче. Накатила штормовой волной, оглушила. И так же резко отхлынула. Стихла.

Вместе с туманом.

— Доброго дня всем присутствующим, — ничего доброго голос стоящего у алтарного возвышения человека присутствующим не предвещал. — Лорды. Леди, — легкие, небрежные наклоны головы сопровождают слова.

Парадный бело-голубой мундир с позументами, начищенные до блеска сапоги… Я с трудом узнала в этом маге Фьордана Легарда.

И ахнула, рассмотрев вышитого на груди серебристо-серого волка с короной — нашивку Главы Сумрачной Стражи.

Голова шла кругом, я ни демона не понимала. Кроме одного — меня нашли…

Нас с Алей нашли!

— Благодарим, ваша светлость, — отец церемонно поклонился.

— Позвольте и нам пожелать вам доброго дня, ваша светлость, — д’Арл-старший, надо отдать ему должное, тоже сориентировался довольно быстро.

А князь Дарийский, неуловимый глава Сумрачной Стражи, окинул притихшую публику цепким взглядом, с каким-то нечитаемым выражением задержав его на мне, и с легким беспокойством заговорил:

— Ввиду столь стремительно организованной свадьбы, насколько мне известно, — добавил с нажимом, явно намекая, что известно ему очень немало, — вынужден напомнить, что принуждение к браку карается по закону.

— Что вы, ваша светлость, никакого принуждения.

О, да что вы, леди да Виро, неужели? Меня перекосило.

Жаль, ректор в это время разговаривал с «гостями» и видеть мою невольную гримасу не мог.

А Данион вновь поймал мою руку, чуть сжал и многозначительно коснулся своей манжеты. Демон бы побрал эту связь.

Взгляд привлек зеленый сполох. Аля. Глаза сестры пылали. Покачала головой, молясь магии, чтобы она послушалась. Пламя первородное, как же хорошо, что она через эту клятую связь не может воздействовать на Даниона! Даже представить боюсь, что бы она с собой вытворила.

— Рад. И все же хотел бы услышать молодых, — скупо улыбнулся нежданный гость.

Резкий разворот. И взгляд. Глаза в глаза. И я тону. Тону в той нежности, беспокойстве, ярости, боли, страхе и радости, что смешались в темно-фиолетовом шторме его глаз.

Миг…

Другой…

— Данион?

— Да, милорд? — улыбнулся жених, спокойно выдерживая изучающий взгляд, а мою ладонь будто тиски сжали.

— Ты по доброй воле и собственному желанию вступаешь в брак?

— Да, милорд, — снова произнес этот мерзавец, даря мне нежнейшую улыбку.

На лице ректора ни мускул не дрогнул.

— А ты, Дорианна?

И снова — глаза в глаза.

Но я помню о связи. А ректор о ней знать не может. Значит, снять просто не успеет. И Аля пострадает раньше, чем я успею договорить.

И я произношу уверенно и твердо, перекрывая гулкие удары собственного сердца:

— Да, — не отводя глаз, и едва повожу головой из стороны в сторону, молясь, чтобы он понял, заметил.

Лорд ректор слегка приподнял брови, а в грозовой глубине его глаз разгоралось недоброе пламя, когда он перевел глубокомысленный взгляд на моего жениха.

Молчание.

А затем лицо мужчины озарила широкая улыбка, от которой у меня сердце в пятки ушло.

— Тогда разрешите вас поздравить, Дорианна, Данион, — и мне невзначай подмигнули, по-видимому, совершенно не заботясь о том, как расценит это жених.

Понял!

И подтверждая мои выводы, мужчина отошел в сторону, к Але, и все с той же доброжелательнейшей улыбкой добавил:

— Как ректор и добрый друг молодых людей я хотел бы присутствовать на столь значимом для них событии.

Тишина.

Возражать никто не осмелился.

Нам же милостиво кивнули, разрешая продолжить церемонию. А меня даже легонько в спину подтолкнули, ласково так, бережно. Воздушным заклинанием. Знакомо. Так что я и не поняла, чего мне больше сейчас хочется: убить этого сердобольного или обнять.

Зато поняла другое: Фьордан Легард, ректор Дарварийской Императорской Академии Магии, глава Сумрачной Стражи, не допустит такой свадьбы и сделает все возможное, чтобы вернуть нам с Альтарой свободу.

И сердце зашлось от разгорающейся радости. Его больше не сковывали тревога и страх. На душе стало легко.

И к алтарю я поворачивалась безбоязненно, уверенная, что теперь все будет хорошо.

С противоположной стороны алтарной звезды воздух потемнел до чернильной густоты, и из него соткался темный дух. Сгусток мрака среди ясного снежного дня. Принял человеческие очертания. И поманил нас ближе.

Два шага.

— Огонь и Смерть, — дух склонил призрачную голову, с любопытством рассматривая нас двумя бело-голубыми глазами, тускло светящимися, лишенными зрачков.

Меня от этого взгляда холодок меж лопаток пробрал.

А дух тем временем продолжил:

— Соедините ладони.

Меж наших сомкнутых пальцев пробежали черно-золотые искры. И тут же погасли.

— Хм… — раздалось под сводами тягучее.

Будь дух чуть более материален, я бы предположила, что он хмурится не то озадаченно, не то недовольно. Очень уж не к месту это «хм» прозвучало.

Потом меня наградили долгим потусторонним взглядом.

И, окончательно подтверждая мои догадки, существо спросило:

— Вы уверенны?

Фамильный дух не знает, как заключается этот брак? Разве такое возможно?

Но недоумение растаяло, когда я поняла, что обращается создание грани вовсе не ко мне, а к жениху, очень красноречиво на него смотря. Так мог бы смотреть человек, давая собеседнику последний шанс не совершать ошибку.

Я невольно перевела взгляд на Даниона.