Феникс в Академии магии

18.5

Проснулась я в своей постели. Сама не заметила, как уснула: долго сидела, прижавшись к груди лорда, прикрыв глаза… чувствуя, как меня ласково гладят по волосам, осторожно целуют в макушку. Так и задремала. Казалось, спустя целую вечность, меня бережно подхватили на руки и куда-то понесли, но не было сил глаза открыть.

Спалось хорошо. Сладко. Но недолго.

Я поначалу и не поняла, что меня разбудило.

Правда, раздумывать долго не пришлось: браслет, неожиданно плотно обхватывающий запястье, налился тяжестью и сжался еще сильнее. Хуже орочьих кандалов. Есть у них такие, для самых желанных гостей…

Ой!

Зашипев, потерла руку. Попыталась открыть застежку — куда там! Чуть ногти не сломала. Магии он тоже поддаваться не захотел.

И что теперь делать?

Как-то о такой особенности Элькеар не предупреждал…

Да и после смерти владельца, когда мне пришлось долго и упорно втихую сводить холодовые ожоги, столько лет назад, он вообще не подавал признаков жизни — так, красивое, дорогое украшение, ну и мощный защитный артефакт. Что могло произойти, чтобы заставить проснуться, да еще так… зловеще, родовой артефакт давно погибшего друга?

Но на этом чудеса не закончились. Камень полыхнул кроваво-алым, больно резанув по глазам в темноте, свет сгустился до пурпурного. Почти потух. Будто затаился. Только выгравированный в камне ворон теперь опасно посверкивал глазом.

А потом меня непреодолимо потянуло куда-то прочь из теплой безопасной постели, из комнаты, из общежития — за стены Академии.

Я успела только мантию со спинки кровати сдернуть и каким-то чудом накинуть, благо, спала в той же одежде, в которой была в кабинете ректора.

— Да Виро, ты куда среди ночи, полоумная? — услышала сзади возглас Мия, который к сей емкой фразе добавил парочку неподобающих приличному духу непечатных слов.

Знала бы — непременно ответила. Но вот незадача: даже этим любопытным фактом не смогла поделиться — язык будто к небу примерз.

Маленький золотой человечек материализовался прямо перед моим носом, прервав мои непонятные передвижения какой-то искристо-звездной пеленой. Но я даже обрадоваться не успела: взмах руки с браслетом и — духа вместе с завесой смело с моего пути. Незнакомым мне проклятьем. Бездна драконья, надеюсь, хоть не развеяла…

Увы, оглянуться я так и не смогла, сколько ни пыталась. Меня неотвратимо и непреклонно тянули куда-то вперед.

Скрип снега под почти босыми ногами. Но холода я не чувствовала.

Наполовину развороченный зверинец. Интересно, куда переселили животных? Я ведь так и не спросила. Полянка, где невоспитанная молодежь пыталась воспитывать Тай. Серебристо-серые, слабо поблескивающие в ночи кроны деревьев дальней аллеи. Почему-то ни одного светлячка вокруг…

Я по-прежнему пыталась сопротивляться этой неведомой силе, но стена, ограждающая территорию Академии, все приближалась.

И вот я уже подняла руку к промерзлой белой кладке. Стоило ладонью коснуться камня — он тускло засветился. Не холодно. Магия мягко покалывала ладонь и кончики пальцев. И…

Губы сами произнесли незнакомое заклинание. То ли старинную формулу, то ли какой-то не менее старинный пароль.

В Академии ведь мощная система зашиты! Ректор же не позволит кому попало раскидывать налево и направо странные заклинания? Ведь эта чужая странная и страшная магия не должна действовать?

Но прилегающую к камню кладку постепенно охватывало такое же свечение. И кажется, стена просто растаяла в нем. Вместе с надеждой. Кажется, я кричала. И точно пыталась остановиться. Но все эти жалкие потуги ни к чему не привели, так и остались заперты в собственном теле, шагающем в проем, в мутную пелену.

За стеной раненым зверем выл ветер.

Бросил мне в лицо пригоршню колючих хлопьев и чуть поутих.

А я даже стряхнуть с носа ледяные капли не могла. Оставалось радоваться заговоренной мантии. Кажется, чужой контроль над моим телом креп с каждым шагом.

Не знаю, каким чудом мне удалось взять себя в руки, но, в конце концов, рассудив, что стоит беречь силы, раз уж не могу с этим справиться, я оставила попытки вернуть контроль до тех пор, пока не прояснится ситуация. Правда, все еще пыталась разобраться в окутавшем меня заклинании. Задача усложнялась его размытой структурой. Да и полагаться приходилось на все чувства, кроме зрения.

Дохлая саламандра…

Меня вели по такой же тускло светящейся тропинке, лентой петляющей по самой окраине города, сонного, манящего поредевшими огнями. Здесь фонарей не было. Не встречалось ни души. И не поймешь: это действие все того же заклятия или тот, кто вел меня, просто выбирал безлюдные тропы.

Приближающийся Заветный лес радости не добавлял. Темный. Холодный. Угрюмый. Он, казалось, тянул навстречу голодные голые ветви.

Отчаянно хотелось, чтобы это был сон. Кошмар на почве недавнего нервного потрясения… Но я слишком четко осознавала, что не сплю. Оставалось копить силы и надеяться, что смогу выбраться из передряги, кто бы ее ни затеял. Да подпитывать надежду тем, что Мию, возможно, удалось увернуться, и тогда он уже должен был оповестить ректора.

— Леди да Виро, в полуночные приключения принято приглашать друзей, — на моем пути возник Астор.

Тропинку залило радужным светом.

А на лице парня красовалась так поразившая меня в день нашего знакомства глупейшая самодовольная улыбка столичного хлыща.

Сердце замерло.

Если его сейчас встречу, как Мия…

Но я вдруг пожала плечами и обошла некроманта, продолжая неумолимо приближаться к лесу.