Феникс в Академии магии

22.9

Он молчал. Не отводил глаз. Не кивал. Не отрицал. Не пытался что-то объяснить.

Просто молчал.

— Я… — до боли закусила губу изнутри и сжала руки так, что ногти впились в ладони, чтобы не разреветься и не заехать по этому серьезному лицу с внимательными равнодушными глазами. — Значит, я что-то наподобие платочка на память? — голос, хриплый, ломкий, выдавал с головой.

Даром пропали все уроки хороших манер. Никогда настоящей леди не была, и вряд ли когда-нибудь стану… Хорошо хоть дрожал от ярости и пока не срывался.

— Или, скорее, прядка волос? — на мгновение остановилась, шумно выдохнув. — Нечто абсолютно бесполезное само по себе, даже не нужное, но памятное… Портрета мало? — мотнула головой. — Нужна живая копия в личное пользование?

Кажется, лорд болезненно поморщился. Плевать.

— Риа…

— Что? — я вскинула голову, в упор сверля его взглядом.

Меня душила ярость. И боль. Я прикипела к этому мужчине. Я… Да я Альку после ментального воздействия бросила на попечение подруги ради него. А он! А он все это время видел не меня. И целовал не меня. И лилии грозовые не мне дарил. И… Вернее, мне. Но не настоящей мне. Не живой. А той, от которой даже пепла не осталось.

— Думаешь, не знаю, что ты хочешь сказать? — прошипела сквозь зубы. — Хочешь узнать, каково это?

— Риа, это же… — так спокойно, уверенно.

Я перебила, прищурившись:

— Мои воспоминания, знаю, — и, поддавшись порыву, мягко положила ладонь ему на грудь. — А ты поинтересовался, хочу ли этого я? Нужна мне эта память? Притаскиваешь к источнику, предлагаешь наведаться к руинам храма уверенный, что все будет по-твоему. А что ты будешь делать, если я откажусь? Локти кусать? Или я все равно туда попаду так или иначе?

Меня грызла обида. Кололи осколками обманутые ожидания. Мне так хотелось услышать, что стоит только захотеть — и все вернется, останется по-прежнему, не изменится моя жизнь, исчезнут эти демоновы сны-воспоминания… Те ужасы, что довелось пережить, так и останутся всего лишь снами.

Но вместо всего этого я услышала совершенно бесстрастное:

— Испугалась? — еще и бровь вопросительно изогнул.

Что-то громыхнуло за спиной. Наверное, высвободившаяся сила смела со стены злосчастный портрет. И не только его. Хотя мои надежды на беззаботную счастливую жизнь могли бы рушиться с неменьшим грохотом.

А потом…

Я не знаю, как это произошло: моя рука, только что легко касавшаяся его груди и заметно дрожавшая, поднялась и с размаха хлестнула по его лицу.

После чего сама я стремительно развернулась, мазнув взглядом по разного рода осколкам, обломкам и черепкам на полу, и почти вылетела из этого дома.

Колкая обида, разочарование, гнев — это все, что я чувствовала поначалу.

Не заметила, как сбежала с крыльца, миновала поляну, даже не взглянув на озеро. Так и шла, не разбирая дороги, под недовольный шепот присыпанной снегом травы и палой листвы, под тревожные ночные шорохи…

Скоро заскрипел под ногами глубокий, утоптанный снег. Но холода я все так же не чувствовала. Просто шла. Быстро, целеустремленно… в никуда.

Шла, шла, шла…

Пока лицо и глаза не обжег морозный ветер, и я не обнаружила, что стою перед дверью учебного корпуса, а на тропинке у моих ног медленно гаснет фиолетовое свечение.

***

Доброго времени суток, дорогие читатели!

Я уезжаю до конца недели, в это время не смогу выкладывать продолжения. Спасибо за понимание.

До встречи в понедельник!