Фиктивная Истинная для Дракона

Глава 9. Академия Эртариан

Мы делаем круг над Эртарианом. Он огромен. С земли остров казался значительно меньше. А сейчас мне удаётся разглядеть как минимум два обширных полигона и что-то вроде амфитеатра. Замечаю и стоянку с такими же каретами, как та, на которой летим мы. Карет около десятка и только в две из них запряжены пегасы. И у всех у них крылья не спрятаны в отличие от тех, которых мы видели на земле. Интересно, почему так? Надо будет спросить. И вообще у меня куча вопросов. Такая громадина должна закрывать солнце для тех, кто на земле. Как относятся к этому жители Портуреи. И откуда берётся вода на острове? Когда мы подлетали, я видела по крайней мере один водопад. Значит ли это, что внизу в Портурее в этом месте идёт дождь?

Рядом с каретами на зелёной лужайке пасётся несколько распряжённых пегасов.

Как раз в этот момент один из пегасов с всадником на спине делает взмах своими огромными белоснежными крыльями и взмывает в воздух.

– Ух ты! – вырывается у меня.

Я поворачиваюсь к Ферону.

– А почему…

Встречаюсь с его льдистым взглядом и смущаюсь. Он всё это время за мной наблюдал? Или отреагировал на моё «Ух ты!»?

Облизываю пересохшие от волнения губы и теряюсь, видя, как сужаются зрачки дракона.

– Слушаю, – милостиво кивает он.

А чего я боюсь? Меня сейчас просто разорвёт от любопытства. И я вываливаю на дракона все свои вопросы.

На пару из них он отвечает, и я узнаю, что в древние времена на пегасов охотились. Их перья обычные маги использовали для создания артефактов. Позже появился закон, разрешающий использовать только выпавшие перья. Пегасов приручили. Но привычка прятать крылья за магической завесой во время пребывания на земле у них осталась.

Остров, как оказалось, тени не отбрасывает, потому что под ним какие-то особенные магические зеркала, перенаправляющие свет.

На очередном вопросе Ферон закатывает глаза.

– Ты мне напоминаешь сына Киры и Рэя. В мой последний визит он засыпал меня своими «почему».

– У них есть сын? – удивлённо спрашиваю я, не успев сообразить, что меня только что сравнили с маленьким ребёнком. – А почему они …

– Держись, идём вниз, – вместо ответа резко говорит Ферон.

Я не успеваю отреагировать на его слова, и поэтому у меня не получается вовремя сгруппироваться.

Карета резко наклоняется, и я, не успев ухватиться руками за поручни, перелетаю через узкий проход и попадаю прямиком в объятия Ферона.

В следующий момент карету дёргает вниз так, что сердце подскакивает к самому горлу, а я от испуга вцепляюсь в отвороты драконьего камзола.

– Бездна, – цедит Ферон. – Я же сказал: «Держись». Спокойно, мы не падаем.

Его рука ложится на мою спину, и до меня внезапно доходит, что я сижу у него на коленях, к тому же обхватив его ногами, то есть в совершенно неприличной позе.

Несмотря на резкий вираж, который в этот момент закладывает извозчик, я начинаю выбираться из неприглядной ситуации.

– Сиди смирно, – рявкает дракон, прижимая меня крепче. – Раз уж упала, не ёрзай хотя бы.

– Я нечаянно, – почти шёпотом говорю я.

– Я помню, – со смешком отвечает дракон. – Сейчас будет ещё один поворот.

И действительно: ещё один резкий крен. А затем карета выравнивается, сохраняя лишь небольшой наклон, будто мы едем по склону вниз. Сердце колотится как сумасшедшее, и дыхание частит в такт ему. Лёгкие заполняет ароматы смолы и специй. Ощущение, что я ими пропиталась изнутри.

– Можно, я… пересяду? – бормочу я, отстраняясь и не зная, куда деть глаза от смущения.

Дракон молча ссаживает меня с колен. И я перебираюсь на своё место напротив него. Нужно что-то сказать, извиниться, наверное. Но у меня получается наоборот.

– Я правда не виновата. Не ожидала, что так резко. Это что, всегда так?

Ферон не отвечает, и я начинаю заводиться.

– Надо было предупредить.

– А фиксирующие ремни по бокам каждого сиденья ты не заметила?

– Какие ещё…

Осматриваю сиденье.

– Вы же не пристегнулись.

– Я и не падал. – Драконище пожимает плечами. – И, кроме того, в последний раз повторяю: не вы, а ты. Мы на месте. Будь внимательна к тому, что говоришь.

Соприкосновение колёс с поверхностью острова на удивление мягкое. Это неожиданно после недавних кульбитов.

Ферон открывает дверцу и одним прыжком преодолевает ступени, а затем протягивает руку, помогая мне спуститься вниз. Лицо его принимает обычное равнодушное выражение.

А у меня внутри бушует буря. Я бы спустилась сама, но встречаюсь с предостерегающим взглядом Ферона и замечаю, что возле красавцев пегасов на площадке стоят какие-то люди. И я послушно вкладываю пальцы в ладонь Ферона. Казалось бы, холод его безразличия должен заморозить всё вокруг, включая мои эмоции, но, едва наши руки соприкасаются, меня обдаёт жаром.

Время словно замедляется, а проклятое сердце опять сбивается с ритма. Оказываюсь на земле и тут же отдёргиваю руку. Всему виной мои недавние полёты внутри кареты. Он, наверное, думает, что я специально на него упала, как те дамочки, которые, чтобы привлечь внимание кавалера, картинно изображают обморок.

Мне надо быть внимательнее и осторожнее. Ферон же предупреждал, когда мы были ещё на корабле, чтобы я была поосторожнее со своими «нечаянно». Иначе я могу спровоцировать дракона.

Знать бы, где следующая опасность. Тяжело вздыхаю, пользуясь тем, что дракон больше не обращает на меня внимания, отвлёкшись на неторопливо приближающегося к нам мужчину в длинной синей мантии и старомодных круглых очках. Он производит впечатление старого доброго дядюшки, хотя, судя по одежде, скорее всего, один из преподавателей.

– Магистр Ферон?

– Профессор Левир?