Фиктивная жена на лето. Срочно!

3 ГЛАВА. МИР

Я стоял, облокотившись о крону вековой сосны, не в силах пошевелиться, слушая этот разговор. Катя... моя жена, даже если и фиктивная, была под угрозой прямо сейчас.

Лёшка снова проявил себя — этот мерзавец ни капли не изменится. Всегда на грани, всегда готовый продать свою душу за миг внимания. Я знал о нём многое. Все слухи, ходящие вокруг него хороводом, не были пустыми разговорами. Лёха был тем, кто разочаровывал всех, кого когда-то касался.

Все знали, что он — типичный "герой" деревенской пьянки. Говорил слишком много, обещал больше, чем мог дать девушке, но так ничего и не добился в жизни. Пока что. Ходили слухи, что когда-то он ухаживал за несколькими девушками одновременно — ещё в школе. Манипулировал их чувствами, делал это с таким цинизмом, что многие потом даже не хотели его вспоминать.

А как он строил планы на Катю — все знали. Лёха не мог смириться с тем, что она ушла из его цепких загребущих лап. Он был как шершень, не желающий отпускать жертву. Но никто не мог понять его до конца, потому что все его слова были ложью, скрывающей бессилие и страх банального одиночества. Маленький недолюбленный мальчишка.

А теперь он снова рядом с ней. Я не мог больше слушать этот бред! Он продолжал пытаться играть свою безупречную роль недоумка, но мысли-то не скроешь даже под кепкой. Лёха не переживал, даже не заботился о её чувствах. Он просто не мог отступить, не мог признать, что не имеет права удерживать Катю даже психологически, привязав к себе воспоминаниями.

Но вот что я знал точно — он был опасен. Для неё. Для её спокойствия. Для её жизни.

У меня в груди всё сжалось, когда услышал тот вопрос, который Лёша вырвал из себя буквально скрепя от нервов:

- Ты беременна?

Не было никакой злости или агрессии в его голосе — только тупое любопытство. И это раздражало до чертиков. Знал бы он, как мне хотелось врезать ему, как в старые добрые времена. Но я понимал: для него всё это — игра. А Катя — её часть. А если Лёха даже пытался тронуть её... Обсуждать такие вещи... это уже стало личным.

Беременность — это тоже фейк.

Я сам не мог поверить своим ушам, когда произнёс это. Спонтанно. В тот момент, когда пересёкся с этой нечестью из нашего захолустья. Идея о «беременности» вспыхнула внезапно. Почему нет? Вырвалась бездумно — как единственный способ отвлечь его. Сбить с толку. Ударить в лоб словцом… Это была не более чем мальчишеская месть.

Мне всегда было обидно за Катю. Она просто не понимала, с кем тогда связывала жизнь. Пусть даже школьную на тот момент. Благо, судьба сама отвадила от неё такого слизня, как он.

Но, чёрт побери, я не мог дать этому идиоту понять, что всё, что было сказано, — сплошная ложь!

Я придумал это, чтобы отчасти оправдать фиктивную свадьбу перед родственниками. Но в тот момент мне как-то стало даже неважно, кто и как воспримет мои слова, эту игру в правду и ложь. Важно было одно: Лёха должен был отступить по-хорошему, пока ещё может. И не нарываться. Должен был понять, что если он продолжит свои «шалости» — ему не поздоровится.

— В армию захотел, Лешик?..

Как только я произнёс эти слова, почувствовал, как моё тело напряглось, а голос стал холодным, как кубики льда в стакане из-под виски. Слушать его сейчас, с его тупыми вопросами, было всё равно что пытаться найти логику в чём-то бесполезном. Этот вопрос, как и все его попытки быть частью нашей «драмы жизни», были просто обёрткой от конфеты, которую забыли выбросить в мусорное ведро.

Он был, как и всегда, незрелым, не понимающим, что в такие моменты не должно быть места ни для шуток, ни для беспокойства о том, что там на самом деле. Это было неважно.

Но в этот момент я также осознал: все мои слова — это не просто кости, брошенные собакам. Это была попытка построить между нами и Лёхой хоть какую-то преграду.

А когда я увидел, как Катя сжалась от паники под водой, как плечи задрожали от холода — понял. Нет, почувствовал: не выйду сейчас — он её залапает своими грязными лапами. В её взгляде читался ужас.

- Спазм в ноге!..

Всё вмиг перестало существовать. В эти мгновения я видел лишь её. Из последних сил держащуюся.

А этот дебил застыл по пояс! Или намеренно решил не помогать в спасении своей школьной любви?!

- ПОДОНОК! — подбегая и ныряя в воду, прокричал я. Он явно услышал. Подпрыгнул в воде и полез к берегу.

Вот твоя любовь всей жизни?! Сука!

***

Я чувствовала, как вода начинает уносить меня, меня обнимали глубины. Вот-вот, ещё чуть-чуть — и воздух в моих лёгких кончится быстрее, чем тело достигнет дна водоёма. Паника захлестнула, когда я поняла, что не могу вообще пошевелить ногой. Шансов выжить — нет. Силы уходят в никуда, а грудь начало сдавливать от нехватки кислорода. Оставались мгновения до того, как я в панике начну захлёбываться водой, пытаясь вдохнуть кислород, которого и в помине нет.

В голове пульсировал лишь один вопрос: как я вообще сюда попала?

Но тут, среди глухого шума воды вокруг себя, я услышала его — уверенный, мощный звук, как если бы кто-то быстро грёб, преодолевая километры на сверхскоростях. С каждым взмахом я ощущала, как ко мне приближается мой возможный спаситель. Он почти касался меня — и вдруг сильная рука обхватила мою талию, быстро гребя обратно, на поверхность. Мне не нужно было смотреть, чтобы понять — это был он.

Мир!

Он был таким быстрым, что я едва успела осознать, как его тело подхватывает меня, прижимая к себе, как разряд тока, пробежавший по венам. Мои глаза метались, пытаясь различить его образ. В панике я прижалась к нему всем телом.

И вдруг его тёплые губы накрыли мои, заставляя меня забыть о всём. О том, что я тонула, о том, что я не могу его терпеть, не переношу прикосновений того, кого мало знаю. Только имя на слуху — и все дела. Я зажмурилась от неожиданности, будто не могла поверить в то, что происходит между нами, но понимала — не сделай Мир этого, я бы уже не дышала, а висела в его руках тряпичной куклой. В момент нашего первого поцелуя в «брачном союзе» меня надули, как гелевый шарик. Это далеко не романтично, но если бы не это…