По утрам уже холодно, по-осеннему промозгло. Но стоит подняться солнцу – и бабье лето в самом разгаре. Светится листва, облетает. Воздух совсем прозрачный, и все краски кажутся яркими. Модницы спешно выгуливают демисезонные наряды: пора этого вот "ни холодно, ни жарко" у нас мимолетна, не исключено, что уже завтра придется искать теплый свитер и куртку.
Шарфы нынче в моде – накрученные самыми разными способами.
И джинсы с дырками на коленях. Обтягивающие черные с небольшими разрезами и широкие голубые с целыми "окнами".
А еще в моде выглаженные волосы, пухлые губы и одинаковые темные брови. Лица не запоминаются. Фигуры не запоминаются. Уж очень все уникальны с этими одинаковыми дырками на коленях и бровями, словно нарисованными одной рукой.
Среди клиентов корпорации "Гемод" этих "уникальных" немного – не всем средства или страховка позволяют завести универсального помощника.
Но, несмотря на дороговизну и кражи, популярность помощников растет.
Вахтер поднимает руку в знак приветствия. Солнечно, и у него хорошее настроение.
С Ольгой Дмитриевной сталкиваюсь в лифте. Она расплывается в улыбке:
– Доброе утро!
Остается лишь согласиться:
– Доброе.
А наверху меня встречает Макс. Он сегодня нарядный: рубашка в сине-зеленую клетку идеально выглажена, "стрелка" на светло-серых брюках аж топорщится, туфли начищенные блестят. И благоухает парфюмом. У него сегодня – последний рабочий день. Потом я его прикрываю, как до того он меня. Если вдруг начальство заметит: с Ольгой Дмитриевной договорились, оформим ему задним числом отпуск.
– Мы сегодня небольшую вечеринку устраиваем, – улыбается Макс. – Давно как-то гостей не было, а потом мелкий родится, неизвестно, когда еще получится всех собрать. Придешь? Мариша очень просила. Ты подумай, а? – И, забежав вперед, распахивает передо мной дверь в кабинет. – А у меня хорошая новость!
Ну-ну. Вижу я эту новость: стандартные метр девяносто два, сероватая кожа, темные глаза, неестественно белые, словно капроновые волосы. И форменный комбинезон с нашивкой "муниципальная собственность".
– Только сегодня доставили, – сообщает Макс. – Наш Рик был застрахован, оказывается, так что вот, замена. Как назовем, а?
– Без разницы, – я усаживаюсь за стол, открываю лэптоп, оставляя Макса наедине с его радостью.
– Ну, тогда пусть тоже будет Рик, а? По-моему, неплохо. И привычно, и путаницы никакой. Что скажешь?
– Мне все равно.
– Договорились!.. Так, теперь тебя зовут Рик. Вон твое место, твой компьютер. Инструкции на рабочем столе, сам найдешь.
Я поглядываю искоса, как Макс прыгает вокруг новой игрушки. Что ж, у нас опять есть водитель, курьер и вообще исполнительный малый, которому можно доверить поиск и систематизацию данных, нудную работу с документами. И который, после ухода Макса, поступает в мое полное распоряжение.
Вот как, его просто заменили по страховке.
Я больше не ношу сумочек: так удобнее.
Макс витает в облаках, волнуется. То и дело достает салфетку, вытирает шею и затылок. Улыбается. Кажется, еще немного – и начнет порхать, словно пошлый купидончик со старой открытки. Порадоваться вместе с ним не получается: взгляд то и дело натыкается на фигуру в сером комбинезоне, точно таком же, какой мы нашли в мусорной корзине почти месяц назад.
Я ковыряюсь в архивах новостей про гемодов: интересно наблюдать, как менялся тон заголовков. Нахожу записи трехлетней давности: новости с презентации универсальных помощников, восторги одной части общества и опасения другой. Забавными видятся сегодня прогнозы о гемодах в косморазведке, в тяжелых исследовательских экспедициях, в высокоточном производстве. Кажется, тогда мы искренне верили, что искусственные люди станут помощниками в продвижении науки, в социальных программах, а также – в областях, где людям так часто не хватает человечности: сиделки в домах престарелых и санитары в государственных клиниках. Нам расписывали радужное будущее с гемодами, которые освободят человеку время для новых свершений. Знали бы мы тогда, что универсальные помощники останутся развлечением для обеспеченных граждан, живой игрушкой, за очень-очень редким исключением.
В комментариях к репортажу с презентации взгляд натыкается на иконку видео с заголовком: "Разгон выступлений бюджетников". Точно! Тогда я еще в аспирантуре училась заочно. Меня звали поддержать митинг против урезания зарплат, но я не пришла. А знакомые из универа говорили, что на толпу выпустили элитный спецназ. Это звучало странно и глупо: ну кому так помешали безобидные, а главное – безоружные учителя и врачи!
Жертв после разгона оказалось немного: двое человек погибли в давке, затоптанные своими же. Знакомый с кафедры рассказывал еще, что "спецназовцы" эти били четко, чтобы не покалечить сильно и не убить.
Видео, снятые очевидцами, выпиливались оперативно. Сейчас меня бы это насторожило, но четыре года назад мать, стребовав с отца очередную порцию "алиментов", переезжала в новый дом в Ключах. Было не до того, в общем.
Отредактировано: 05.10.2018