Горький вкус любви

Эпилог

Маша распахнула тяжёлую дверь университета и выпорхнула на улицу. Летнее солнце заливало светом всё вокруг, клумбы пестрели цветами, молодая зелень казалась особенно сочной после утреннего дождя. Девушка прищурилась, достала из сумочки солнцезащитные очки и, надев их, сразу увидела в конце аллеи Любу. Сбежав по ступенькам, она направилась к подруге почти бегом.

Её красивый бело-голубой сарафан в пол колыхал лёгкий летний ветер, Мария чувствовала опьяняющее счастье.

— Ну что, как? Сдала? — сразу же выпалила Медникова, как только Маша подошла к ней.

— Сдала! Пять! Представляешь? — сияя, как новая монетка, произнесла девушка.

Они присели на лавочку.

— Ну, слава Богу! Поздравляю тебя, моя звезда! Я, по-моему, так за себя не волновалась, когда сдавала ГОСы. — усмехнулась Люба, поправив непослушные рыжие пряди. — Хотя я магистратуру решила не заканчивать. А ты просто героиня! Да ещё и с маленьким ребёнком на руках.

Она взглянула на двухлетнего карапуза, тихо спящего на её руках.

— А вы тут как? Без происшествий? — спросила Мария, тоже нежно посмотрев в сторону мальчика.

— Да, ваш Мишка образец идеального ребёнка. Правда, скоро вам покоя не будет. Шаги становятся всё уверенней. — усмехнулась Медникова. — Как он похож на Диму…

— Сама каждый день смотрю и любуюсь. — улыбнулась Воронцова. — Какое счастье, что у нас теперь есть сын. Уже больше года, как он родился, а всё привыкнуть не могу.

— Вот, а ты говорила… «Не верю, ничего не получится! Врачи сказали нет…». А вон какой получился Михаил Дмитриевич! Врачам с любовью спорить трудно!

— Да уж, я до сих пор помню свои ощущения, когда врач мне сказала, что я беременна. Я настолько была уверена в том, что это не может быть правдой, что начала с ней спорить! В итоге, выпалила, мол: «Мне говорили, что у меня детей не будет!», а она засмеялась и говорит: «Вот тому, кто вам это сказал, вы вашего малыша и покажете». Ой, Любаш, тот год, начавшийся знакомством с Димой, был для меня как шахматная партия, в ходе которой изменилась вся моя жизнь… И вот эта беременность стала самым красивым ходом этой партии. И самым неожиданным, самым желанным.

— Любишь ты, мать, говорить метафорами! Всё твоя работа на радио. Передачу послушаешь, можно сразу словарь стилистических средств издавать! Чудо просто случилось, и всё. И появился маленький ангелок. — упростила Машино высказывание Люба.

— Мне иногда кажется, что вся моя жизнь была дорогой к этим двум мужчинам — Диме и Мишке. И если бы меня сейчас спросили, готова ли я снова всё пережить, чтобы быть с ними, я бы ни минуты не раздумывая ответила: да.

— Я так за тебя счастлива, подруга! Ты заслужила это, вот правда! И Воронцов твой - просто подарок судьбы.

— Это точно. У меня, кстати, для него тоже подарок есть. — хитро улыбнувшись сказала Мария.

— Да? А он ещё в суде, вроде?

— Угу. Скоро заседание должно закончиться, мы как раз с Мишкой туда подъедем, будем его в сквере ждать. Дима так расстроился, что не сможет встретить меня сразу после экзамена, но суд дело такое, сама понимаешь…

— Так что за сюрприз то? — не вытерпела Медникова.

— А вот, смотри. — Маша достала из сумочки небольшой снимок и протянула его Любе.

— Да ладно, Маш! Правда, что ли? — ахнула та.

На снимке УЗИ была видна крохотная точка — новая жизнь, о которой пока знали только двое.

— Уже пять недель, — с тихой, счастливой улыбкой сказала Воронцова.

— Поздравляю тебя! — чуть ли не закричала её подруга, но тут же осеклась, вновь посмотрев на маленького Мишу. — Поздравляю! — снова, уже гораздо тише, сказала она.

— Я думаю, что будет девочка.

— Так не видно же ещё ничего!

— Ну и пусть. Я так чувствую. Дима, вообще, как самый неправильный мужчина в мире, хотел сразу дочку, но родился Мишка. Надеюсь, хоть в этот раз будет девочка.

— А ты давно узнала? Вот Дима то обрадуется!

— Я узнала ещё неделю назад, но пока ему ничего не говорила. Он так волнуется из-за этого дела, ночами над ним сидел, его просто вымотало всего, что я решила отложить немножко и рассказать позже. А сейчас, это будет как раз кстати. — объяснила Маша.

— Да уж, вот это новости… То ни одного не ждали, а теперь один за другим почти!

— Чудеса. — улыбнулась девушка. — Такое возможно только рядом с Воронцовым. Я сама в шоке была, когда узнала.

— От таких как твой Воронцов и нужно рожать детей. Он же просто лучший отец, которого я когда-либо видела! — восхитилась Люба.

— С этим не поспоришь. Я и представить не могла, что бывают такие мужчины. После рождения Миши мне поначалу было страшно, я совсем растерялась, а Дима будто взял нас обоих под своё крыло. Он с самого начала во всём помогал: вставал по ночам, чтобы я хоть немного поспала, гулял с сыном, переодевал его, укачивал, носил на руках… А когда Мишка болел, Дима вообще не отходил от него. Мне иногда казалось, что ещё чуть-чуть — и врачей к ребёнку не подпустит. Действительно, подарок судьбы, а не муж… Настоящее плечо, на которое можно опереться. Не будь его рядом, я бы, наверное, и университет опять не закончила. — усмехнулась она.