Графиня Затерянных островов

Глава 9. Откровения

Давно не было таких потрясений в высшем свете Корции. Общество ахало и охало, слухи множились, доходя до абсурда. Якобы королевский прокурор лично возглавлял аукционы по продаже приютских девочек и получал взятки за то, что закрывал глаза на признаки древней крови.

Про канцлера Сторми — и того хуже. Поговаривали, что он вывез гарем убитого им императора Панчалы и содержал его в Ризе. Среди простаков вообще ходили слухи, что канцлер пытался стать новым королём, но сгорел, когда попытался надеть корону.

Страна застыла в ожидании. Маршал Конрад взял под контроль полицию и при содействии Фредерика Броди, который возглавил тайную службу, постепенно наводил в стране порядок. Фредерик наконец-то смог вытащить Георга из Кастилии и пока перевёз того к себе в замок, чтобы не нервировать Совет.

Никто из всех этих людей, строящих различные предположения, и не догадывался, что за всеми этими событиями стоит Изабелла Данилова, волею судьбы ставшая графиней Градиент, практически воплотившая в жизнь грандиозный план обиженной и преданной женщины Мары Лурье.

Замок Броди. Фредерик

«Какая интересная девушка», — думал я по пути в замок.

Вчера мне наконец-то удалось вызволить друга из тюрьмы. И сегодня надо было обязательно попасть в замок хотя бы для того, чтобы представить Аля Георгу и договориться о дальнейших планах.

В последнее время у меня совсем не было времени. А так хотелось увидеть Изу, заглянуть в её грозовые серые глаза, выслушать очередные колкости и умности. Каждый раз я пытался придумать причину, чтобы заехать к герцогине и засвидетельствовать почтение её подопечной, но эта подопечная практически постоянно отсутствовала, и мои люди, которые продолжали следить за Изой, докладывали о совершенно обычных женских перемещениях. Но я чувствовал, что их просто водят за нос. Непохожа Иза на девушку, которая будет часами пропадать в модном салоне у портной или тратить время на светские вечера. Девушка, которая разработала такой идеальный план по устранению канцлера Сторми…

И вдруг я получил письмо от неё с просьбой обязательно приехать сегодня «по нашему делу». А ведь это впервые, когда она обратилась ко мне с просьбой. Чёрт! Приятно!

Первыми, кого я увидел, когда въехал в ворота замка, были Георг с Алем, которые тренировались на мечах. И снова поразился, как мальчишка похож на Георга: даже движения и мимика, прищур глаз.

Оба, увидев меня, остановили бой, и если Георг остался стоять, ожидая, когда я подойду, то мальчишка бросился бежать с криком: «Лорд Фредерик, лорд Фредерик, вы видели, как я могу?»

— Альберт, здравствуй.

Мальчик потупился.

— Доброго дня, милорд.

— Да прекрати, Фро, оставь свои этикеты, — пробасил Георг.

— Я рад, что вы уже познакомились. Альберт, сходи, пожалуйста, к герцогине, доложи, что я приехал, но смогу остаться только на обед. Потом мне надо будет уехать.

Мальчишка убежал, довольный тем, что может быть полезным.

— И как тебе мальчик, Гро? — спросил я, почему-то уверенный в том, что Георг не заметил сходства.

— Нормальный мальчишка, сильная кровь, хорошие задатки. Ты молодец, что взял его тогда с собой.

Ну вот, как я и предполагал, Георг, по-прежнему увлечённый только своей персоной, даже не заметил, чья кровь так ярко выражена в мальчике.

— А мальчик никого тебе не напоминает? — спросил я Георга, но получив лишь отрицательное покачивание головой, пригласил его внутрь замка. Там в крыле герцогини есть галерея, и на одном из портретов изображены два подростка.

На входе в галерею встретили герцогиню с Алем.

— Фредерик, дорого́й, ты совсем загонял себя, выглядишь уставшим, — в голосе герцогини-матери звучала искренняя забота.

— Мама, сейчас очень непростое время для страны, в ближайшие дни многое решится. А сейчас я бы хотел вас попросить показать Георгу тот портрет, — и я кивнул в сторону Аля.

И мы все вместе пошли по галерее, в которой висели портреты всех предков семьи Броди и их близких. Когда-то давно мама заказала семейный портрет, на который попал и Георг, который часто гостил в нашем замке и просто не мог остаться в стороне, пока мне приходилось позировать художнику.

Вот перед этим портретом мы и остановились. Я попросил Аля встать рядом лицом к нам.

Георг вопросительно взглянул на меня. Я кивнул в сторону портрета. Потом взгляд его метнулся сначала на Аля, потом на портрет, потом снова на Аля, снова на портрет…

— Кем была твоя мать, Аль? Где ты родился? — охрипшим голосом спросил Георг.

— Я родился уже в Брандте, там у нас с мамой был небольшой домик, — начал рассказывать Альберт. — Сама мама не из Брандта, но семья выгнала её, как только стало понятно, что она ждёт ребёнка. Сначала её хотели выдать замуж, но она отказалась, потому что ждала моего отца, и тогда они её выгнали. Потом денег становилось всё меньше, а никто так за нами и не приехал, и нам пришлось переехать в Лурд, где мы сняли комнату. Мама стала работать у трактирщика, а потом заболела… И вскоре я остался один. Но мама говорила, что мой отец благородный господин, и я тоже должен учиться и обязательно стать военным. Для этого я должен поехать в столицу и поступить в военный интернат. Я встретил лорда Фредерика, и вот я здесь.