Графиня Затерянных островов

Глава 21. Погоня

Легко сказать — трудно сделать.

Фредерик не поддержал идею ехать ночью. Военные посты Ганзы точно будут проверять тех, кто мчится по пустым дорогам. И на каком-нибудь посту окажется «тупой идиот», который нас задержит. Нам придётся вступать в бой, и неизвестно, чем это закончится.

— Тогда мы всё-таки полетим… — сказала я, и все снова посмотрели на меня как на сумасшедшую.

План мой был прост. Мы едем рано утром, ещё до рассвета, к прекрасному человеку Клаусу Грюйеру и просим его отвезти нас, показав бумагу, подписанную королём.

— А если он не согласится? — тихим голосом спросил Фредерик и грустно улыбнулся.

«А вот ты и не угадал, дорого́й, убивать никого не будем», ­— подумала я, а вслух сказала:

— Тогда мы возьмём Клауса в заложники и заставим нас отвезти.

Я почти услышала, как и Фредерик, и Скандр вдохнули и пару секунд не могли выдохнуть.

— Иза, ты когда-нибудь летала на флюгшипе?

— На флюгшипе — нет.

— Что значит «на флюгшипе — нет»? А на чём тогда летала?

— Я тебе потом как-нибудь расскажу, Фредерик, давай сначала выберемся.

План был таков: Скандр с Катриной, её гувернанткой и двумя охранниками ждут нас в карете. Я и Фредерик идём в дом к Клаусу. Диб и с ним ещё какой-то Змей тоже идут в дом, но не с главного входа, чтобы подстраховать нас в случае отказа Клауса помочь.

Мы собрались, и около пяти утра я стучала в двери дома Клауса Грюйера. Всё-таки хороший он человек, потому что каким бы странным ни казался ему наш визит, он нас принял.

Мне было жаль его обманывать и подставлять под гнев короля Франца, но только у него был собственный флюгшип. В принципе, собственный флюгшип был ещё у короля, но боюсь, что с королём договориться было бы ещё сложнее.

Сонный Клаус сначала не мог понять, что мы от него хотим. Пришлось достать бумагу и попросить помощи в перевозке меня, моей племянницы и охраны.

— Зачем вам лететь на флюгшипе? Вы же можете воспользоваться лошадьми, — твердил фабрикант, не понимая, зачем я хочу платить огромные деньги за поездку на флюгшипе.

Время шло, светало. Скоро станет опасно передвигаться по городу, и мужчинам надоело уговаривать. В дверь зашли Диб и неизвестный мне человек в полностью закрытом чёрном комбинезоне, под руку он держал полуодетую женщину.

— Марта? Господин Фоам, что происходит? — до Клауса начало доходить, что мы настроены серьёзно.

Я растерялась, потому как не ожидала, что люди Сардо так быстро перейдут к «активным действиям». Но мне на выручку пришёл Фредерик.

— Господин Грюйер, нам надо, чтобы вы отвезли нас в Корцию. Тихо и без проблем. Вы нас отвезёте, потом вернётесь вместе со своей супругой, — произнёс Фредерик. Я бы так не смогла, потому как мне было неприятно поступать подобным образом. Но здесь либо мы, либо они.

— Позвольте мне одеться и взять ключи.

— Только без глупостей, господин Грюйер, — предостерёг его маркиз.

***

Мы всё-таки сделали это! Вот уже час, как мы взлетели с небольшого поля, куда нас привёз Клаус. Ещё полчаса — и будем в Корции.

Король уже попытался по шпрехлаг связаться с Клаусом, и это было, когда флюгшип только набирал высоту. Но я запретила отвечать.

Ещё два часа — и королю будет не до нас. В Ганзе начнётся «веселье», которое люди в моём мире назвали бы экономический кризис. Утром главный финансист сообщит банкам о том, что у банкирского дома «Фоам и Сын» не хватит средств для погашения векселей, после этого банки «ломанутся» за деньгами, и банкирский дом «Фоам и Сын» объявит себя банкротом.

Потом пройдёт информация, что жалованье военным и рабочим выдавали фальшивыми ассигнациями, и их больше не принимают. Как отреагируют люди, я предсказать не могла, но по земной истории они начнут бояться бумажных денег и не будут принимать их к оплате*.

(*Фальшивые деньги Наполеона. Те, кто соглашался продавать захватчикам продовольствие, требовали в качестве оплаты золото или серебро (бумажные денежные знаки просто не подлежали размену). Жалование, выплачиваемое фальшивыми ассигнациями, даже увеличенное со временем в два раза, составляло только половину обычного содержания. Отсутствие возможности воспользоваться этим жалованием ещё более осложняло ситуацию, — прим. автора).

А пока мы с Катриной наслаждались полётом, глядя из окна иллюминатора вниз.

Мы приземлились недалеко от границы, Фредерик по шпрехлаг связался с одним из своих агентов.

Я передала бумагу короля Франца Клаусу. Не стала просить прощения, но сказала:

— Клаус…

— Будьте добры, господин Фоам, называйте меня господин Грюйер. Я не желаю более иметь вас в друзьях.

— Клаус, познакомьтесь, это Катрина, — представила я сестру. — Она не может говорить, потому что в детстве перенесла тяжёлое потрясение. Ваш король похитил её и удерживал на территории Любека. Это всё, что я хотел…а вам сказать. Прощайте.

На этих словах я развернулась и не оборачиваясь пошла в сторону. Пусть взлетает. И хотя от денег он отказался, я позабочусь о том, чтобы его семья не осталась без средств.