Гранделосс: Скарлотта (книга первая)

1.3

Покинув территорию больницы, Сара окунулась в ночную жизнь портового города. Со всех сторон вспышками раздавались будоражащие воздух возмущения водителей, спешащих домой к своим семьям, друзьям, к любимым питомцам или к зомбирующей мозг коробке - единственному собеседнику в пустой квартире. Противные порывы морозного ветра обжигали незащищённую одеждой кожу. Редкие люди с замученными, уставшими после тяжёлого дня лицами, привидениями проносились мимо девушки. Остановившись по середине тротуара, она привычными движениями замёрзших пальцев листала в телефоне список контактов. Добравшись до буквы «К», Сара секунду помешкала, прежде чем выбрать контакт «Костя» и нажать на зелёную трубку вызова.

В телефоне раздались волнующе долгие гудки.

«Пожалуйста, возьми трубку. Ты нужен мне.» - молила девушка, надеясь на хорошее окончание этого долгого и выматывающего дня.

Сара до последнего не хотела сбрасывать и дождалась ответа.

- Да? – раздался в трубке раздражённый мужской голос.

Девушку остро кольнуло в сердце от такого приветствия, но Сара собрала остатки положительных эмоций и с наивной верой в хорошее заговорила.

- Милый, привет. Я тебя не отвлекаю? – прислушавшись, Сара различила в трубке ритмичную музыку, не способную перебить визги людей и звон бутылок, раздающийся где-то рядом с Костей.

- Говори быстрее, Сар. Чего хотела?

- У меня сегодня выходной, работы нет, – делилась внезапно поникшая девушка, вкладывая последние осколки надежды в финальный вопрос. - Мы можем встретиться?

Сердце замерло. Казалось, что от ответа сейчас зависело намного больше, чем планы о совместном вечере возлюбленных, к каковым Сара относила себя и Костю.

В трубке на заднем плане отчётливо раздался пьяный мужской голос: «Эй, Костян! Ну, ты где там?!»

- Слушай, зай, я сейчас занят. Позвони завтра, – бросил небрежно Костя и отключился. Остались лишь цикличные гудки.

Рука обессиленно упала, повиснув вместе с телефоном. Сара сглотнула подступивший к горлу ком и двинулась вперёд неуверенным шагом, когда на голову с чёрного неба упала первая капля. За ней вторая, третья… В считанные секунды капе’ль превратилась в небесного барабанщика, в азарте колотящего по бездушной поверхности дорог. Извержение небес заставило доверяющих противным синоптикам людей ускориться в поисках укрытия. Сара, недальновидно забывшая зонт дома, встряхнулась и поскакала на остановку, тщетно стараясь спрятаться от гнева всесильной стихии.

* * *

Прыгая через стремительно бегущие ручьи, девушка скрылась в подъезде многоэтажки. Хлопок тяжёлой входной двери за её спиной объявил об окончании дождливого марафона. В подъезде было тихо, пахло сыростью, этажом выше тускло светила единственная лампочка. Запыхавшаяся Сара промокла до нитки. “Непромокаемый” плащ и кожаные сапоги не устояли под натиском стихии.

Убирая воду с лица, Майорова, ёжась от холода и шмыгая носом, вынуждена была подниматься на седьмой этаж по лестнице. На этой неделе ремонтники обещали починить лифт. В России «обещанное три года ждут», поэтому не удивительно, что Сара сейчас тяжело переставляла ноги вместо того, чтобы быстро подняться и спрятаться под тёплый плед в обнимку с кружкой горячего чая, желательно с лимончиком. Болеть ей было противопоказано - огромный список дел даже сейчас мелькал в голове не смотря на усталость и желание поскорее согреться.

- Сто… двадцать… шесть… - Еле волоча ноги, Сара подошла к своей двери, - Сто двадцать шесть треклятых ступенек…

Покопавшись лишнюю минуту в бездонной женской сумочке в поисках ключа, она наконец-то переступила порог квартиры.

- Я дома, – по привычке оповестила о своём возвращении Сара, поставила вещи на лакированный комод и сняла хлюпающие сапоги.

Ей ответила звенящая тишина и аура одиночества вмиг заполнила помещение. Стоило бы к этому давно привыкнуть, да только потаённое желание слышать в ответ родной, приветливый голос, заставляло из раза в раз срываться с губ приевшееся «я дома». Стильный светильник в прихожей освещал витую металлическую подставку для зонтов. В ней одиноко стоял чёрный зонт-трость, которому было предначертано защищать людей от непогоды, но он в очередной раз оказался бесполезным и всё по вине непредусмотрительности его хозяйки.

Спустя несколько секунд раздался еле слышный топот мягких лапок. Из дальней комнаты Сару выбежал встречать дымчатый гладкошёрстный котик и мяукнул при виде Своего Человека.

- О, Бусик. Ты дома, мой хороший, – с нежностью и усталой радостью в голосе улыбнулась девушка шерстяной кругломордой буханочке с висячими ушками.

Мурлыка с удовольствием отвечал и обтирался о ноги девушки. Просясь на ручки, любвеобильный котик лапками шкребся по капроновым колготкам Сары, оставляя на них стрелки, пока она снимала с себя плащ.

Ругаться с любимой серой мордой не было ни сил, ни желания. К тому же, как можно злиться на эту шерстяную ласковую прелесть?

- Кошик, я вся мокрая. Вот переоденусь, тогда возьму на ручки.

Котик только мяукнул что-то в ответ, ошарашено встряхнулся, потому что крупная капля с волос Сары упала ему на голову, и урысил на кухню, подальше от зоны бомбардировки.

Майорова наконец-то сняла верхнюю одежду и прошла в комнату, оставляя за собой мокрые следы на ламинате.