Гранделосс: Скарлотта (книга первая)

***²

Хейн поймал безвольное тело и последний раз полюбовавшись распахнутыми, потерявшими свой блеск глазами, убрал прядь с её лица.

- Прости. - В этом тихом извинении не было ни капли раскаяния. Скорее жалость к наивной и юной душе, что была столь послушна, что в какой-то момент ему стало скучно. Но необходимо было закончить начатое.

Из темноты по периметру выплыли с десяток фигур в тяжёлых балахонах. Пара из них обступили Хейна и как драгоценный трофей приняли из его рук потерявшую волю деву. Юноша выполнил своё задание и ему осталось только смотреть.

На его плечо перебирая скрюченными пальцами легла костлявая рука.

- Я сделал, как ты велела.

- Уверен, что она подходит? - скрипнул голос древней ведьмы.

- Да.

Затем узловатые пальцы щёлкнули, отдавая команду начинать.

Ведьмины подручные подвели жертву к алтарю и вытянули одну её руку над чёрным камнем, ритуальным крючковатым кинжалом сделали небольшой надрез и на светлой, нежной коже проступила алая кровь. Пара капель сорвалась вниз и коснувшись поверхности алтаря негромко зашипела, испаряясь. Это была единственная реакция зачарованного камня…

Хейн тихо сглотнул, кожей чувствуя сгустившееся рядом облако напряжения от недовольной ведьмы. Она ожидала большего и юноша это прекрасно знал.

“Главное, что камень вообще среагировал. Значит - не всё потеряно.” - успокаивал он себя. Что-либо изменить мерзавец уже не мог.

Оставалась надежда на то, что количества проклятия в девушке будет достаточно для совершения непростого ритуала.

Сухие пальцы нервно дёрнулись, командуя продолжить и сектанты покорно опустили глаза, привязывая безвольное тело к каменному столбу. Сиа тихонько замычала на стягивающую руки грубую верёвку, но вскоре затихла, свесив голову над злосчастной чашей.

Закончив с приготовлениями все присутствующие собрались вокруг алтаря и вознеся руки, начали петь.

Смесь звуков, представляющих из себя поначалу гул и мычание, переросло в протяжные слова. Они складывались в предложения из разных текстов, что отражались эхом от стен и сливались в строки многоуровневого заклинания.

Откликаясь на творящееся колдовство в чаше зародился вихрь. Постепенно усиливаясь он подхватил прах и зловеще заискрился.

Висевшее неподвижно до первых искр тело начало подрагивать в судорогах и жалобно скулить, с кожи стали сходить проклятые пятна. Хейн, не прекращая читать заклинание, наблюдал, как дьявольская сила покидает тело Сии тёмным сгустком и затягивается в ветряную воронку. Она избавилась от мучающего её проклятья, но какой ценой?

Поглотив всё то зло, что носило в себе хрупкое тело, вихрь усилился. Он сбрасывал капюшоны и задирал мантии, трепал волосы и шатал особенно худощавых колдунов, которые не на миг не замолкали, всё продолжая в трансе и с безграничной преданностью призывать ЕЁ.

Ненасытный ветер на проклятье не остановился. Скулящая девушка вдруг замолкла и следуя чужой воле неестественно запрокинула голову, раскрыла рот в беззвучном крике. И только Владеющие ясно видели, как юное тело вместе с силами, покидает и толика магии, что связывала её с родной землёй. Поглощая эту силу, вихрь вспыхнул пурпурным пламенем, осветив собой пещеру.

Напитываясь магией заклинания, пламенный торнадо усилился, формируя фигуру, напоминающую женский силуэт.

- Госпожа… - не веря единственному глазу с благоговением протянула старая ведьма, пока хор голосов только усиливался в предвкушении финала.

Но внезапно силуэт затроил словно неисправная матрица. Неправильно, не по сценарию он заискрился, дева на столбе заверещала - тело её начало тлеть и яркой вспышкой раздался взрыв, отбросивший всех собравшихся к стенам.

Всё стихло, погружаясь в первоначальный мрак. Постепенно колдуны приходили в себя. Тут и там раздавался тихий кашель и шуршали мантии, а с девичьего пальца незаметно соскользнуло кольцо. Оно тихо прокатившись по каменному полу, остановилось в углублении, где краснота рубина погасла во тьме, а обнимающие его золотые колосья смешались с пылью пещеры.

Хейн, приложившийся головой о стену, с трудом поднялся, откашливаясь от пыли и, когда смог осознать произошедшее, покачнулся и ринулся к алтарю.

- Нет… - в панике он бросился грудью на чашу, разглядел нетронутую горку праха в её центре, слабо полыхающую красным огоньком, а подняв голову - иссохшее тело на столбе, ничем не напоминающее девушку, что вошла с ним сюда совсем недавно.

- Нет-нет-нет-нет-нет… Нет!

Истерично восклицающего юношу с неожиданной силой схватила костлявая рука и резко дёрнула от алтаря.

- ТЫ КОГО ПРИВЁЛ?! - громом ударился о свод потолка и накрыл всех звуковой волной мощный вопль колдуньи.

Хейн не удержал равновесия и повалился на пол, сотрясаясь от страха перед гневом могучей ведьмы.

- На что тебе было дано ведьмино око, щенок?! Так горишь желанием оказаться на месте своей подружки?! Чего сразу не сказал, мы бы быстро тебе это организовали!

У юноши свело от страха горло. Он знал, что ритуал с ним в роли жертвы не сработает, но под напором Старшей искренне поверил и ужаснулся такому исходу.

- Нет!

Старуха невероятно резво для своих лет приблизилась к лицу юноши, пронзая его взглядом светло-серого, почти прозрачного глаза.

- Как ты тогда смеешь отнимать наше время, каждая секунда которого драгоценна и может стать последней безвозвратно? Кто дал тебе такое право? - подобно охотящейся сове наклоняя голову набок, она бесцеремонно заглядывала ему в душу.

Юноша пятился назад, пока не упёрся лопатками в стену и оказавшись в ловушке, трусливо завопил:

- Молю, прости! Исправлюсь! Найду! Я найду идеальный сосуд! Ты не разочаруешься! Клянусь всеми тёмными, больше не подведу!!

- Конечно найдёшь, - обманчиво спокойно зашипела бестия, - В противном случае тебе не скрыться, - растягивая сухие губы в кровожадной улыбке, она крючковатым когтем указала на своё лицо, где должен быть второй глаз.