Граница спокойствия

Граница спокойствия

Архивная запись из серии «О древнем мире». Художественная обработка и перевод Н. С. Лисициной. Основано на реальных документах в аудио-формате.

***

Эмм было стыдно в этом признаваться, но граница всегда пугала её. Циклопическая стена, отделяющая нормальное общество от царства тоталитаризма, преграда для блага свободной мысли. О несчастных, запертых по ту сторону, она старалась даже не думать.

Помнится, в пятнадцать, прислушавшись к совету тренера по вольномыслию и открытости, она пыталась взять интервью у выходца «Оттуда», то бишь из Спокойствия. Однако присланный на месяц вирусолог — умеют, гады, готовить научные кадры! — держался вежливо, но отстранённо, и умотал к своим дружкам-фанатикам сразу же по окончании работы.

К счастью, мерзкому барьеру не суждено долго простоять. И Эмм лично об этом позаботится.

***

Проверив рацию и запас шоколада («Улл’с — вкус, проверенный столетиями!»), она глубоко вдохнула и начала запись, нервно озираясь по сторонам.

«Доклад от первого числа восьмого месяца две тысяча трёхсотого года по старому стилю. Говорит свободный гражданин Эмма, тридцати формальных лет. Фемоидная самоидектификация. Республиканский Институт вольного слова и маркетологии.

Час назад прошла контроль на границе псих… ой, автономного ретроградного государства «Спокойствие». Приблизительно через километр меня должен встретить уполномоченный представитель, а именно, житель под именем Екатерина с кодом Е 98/6. Бедолаги, как их обзывают… и этот подавляющий анонимность код… кхм. Так вот: вокруг страшно. Совершенно дикая растительность, попался какой-то пищащий маленький представитель фауны без маячка. А, вот и психов… представитель. Перехожу в прямой эфир».

Навстречу действительно двигалась фигура, на взгляд Эмм, будто сошедшая со «сторис» по отжившим временам. Это была… ригидная женщина. Да-да. Без следов флюентности, в голубоватом платье до пят, заплетенными в косу волосами и — о, ужас! кошмар! — некупированными женскими вторичными признаками. Из-за них платье смотрелось странно неровно, ни в коей мере не соответствуя вездесущей моде «фиш-стайл», держащейся вот уже две недели.

Катя, в свою очередь, узрела напомаженное бесполое чучело размером с медведя (в ширину).

Они посмотрели друг на друга с удивлением, но без страха.

Категорическое требование Либеральной Республики впустить своих посланников (разумеется, под угрозой полного уничтожения в случае отказа) было воспринято жителями Спокойствия как неизбежность. Каждая сторона была уверена, что выдержит идеологическую оборону, и каждая искренне считала себя правой.

***

«Второй отчет свободного гражданина ЛР Эмм мужской самоидентификации от третьего числа восьмого… наплевать. Тут творится сущий кошмар! Ни единой рекламы, у меня глаза болят от пустоты и тишины. Я заклеил все стены своей клетушки постерами с «Улл’с» и «Хэйр энд Шолдерс», но паранойя не отступает. Это муравейник! Вымирающий отсталый муравейник! Всего их несколько тысяч. Значит, живут так. У каждой особи или семейной группы — тфу! — свои капсулы, одна насчитывает буквально метров пятнадцать. При создании группы капсулы внутри здания переставляют и соединяют входы — как никто никого еще не убил, не знаю! Весь срок, который они называют в ретро-стиле, жизнью (будто у них что-то, кроме тела, имеется, бред), ими руководит какая-то фигня под названием Учитель. На мое резонное замечание, что только Уникальный Индивид может руководит собой, эти придурки как один твердят, что Учитель знает намного лучше, так как пристально следит за каждым подопечным с рождения. И все довольны. Да это подрывает все основы либеральной мысли!..

Так, надо успокоиться.

Учеба устроена аналогично, растянута на весь срок. Начиная с шести официальных лет, невзирая на волеизъявление, они содержатся в гнусном подобии наших эдюкаторов, где день расписан по минутам. Потом, по инструкциям Учителя, ученику повышают нагрузку в той или иной области, смотря по тестам и беседам. Абзац. Спят восемь часов — прощайте, капсулы от «Олл найт» — едят два раза, строго по часам, плюс чай в половину первого(даже печенье на ночь не дают!), всё питание заранее просчитано и сбалансировано, залов самообслуживания и магазинов нету, да что там, у еды упаковок нет! Утром подъем в семь ровно, по сигналу, но никакого горячего шоколада от «Улл’с» — вместо него физкультурааж на час. И они выполняют всё, как бездумные, подумать только!

Но худшее — попасть внутрь их комнатушек. Шаром покати, вещей от силы сотня, включая технику! Стили оформления разные, но, раз оформленные, ни-ког-да не меняются. Сказали, этот Учитель наперед загадывает, что будет нравиться жильцу. Позор. Никакого свободного рынка, никаких распродаж. У Е…, как её там ещё, моего проводника, в детстве была всего одна плюшевая игрушка, понимаете? Серый мышонок с бантиком. До сих пор его хранит и спит с ним! Пошив хороший, игрушка как новенькая, но такая потеря для экономики! С медициной дела обстоят нормально, но, ясное дело, всё бесплатно и централизовано. Размножаются они, к счастью, экскорпорально, почти как мы, но вот новые особи не флюидные, а, страшно сказать, бинарные! Ага. Мужчина или женщина. И кто будет — решает воля случая. А дальше склонности малыша, настоящие и будущие, распознаёт этот их пакостный Учитель. Что это такое, я до сих пор не понял. Личные черты, вплоть до любимого цвета, склонности, таланты, праздники — он озвучивает ВСЁ. Вы догадались, конечно, что он занимает центральную роль в их религии? У меня язык не поворачивается это произносить! Мои предположения, что это спятивший ИскИн с диктаторскими замашками, были встречены дружным смехом и советами «вместо ереси лучше увлечься собственным здоровьем, а то скоро ходить не сможешь». Хорошо, что я запасся шоколадом…»

***

Я едва узнала её — его? — в третью встречу: гость Потерявшихся теперь выглядел как недоразвитый мужчина. Мешковатая одежда стала ещё более яркой и несуразной, волосы он — остановлюсь на этом местоимении — успел коротко подстричь и выкрасить лиловым.