Игра с нулевой суммой

Глава тридцать первая

Дверь открылась. Легко, будто не было Алёхиных чар. Почему в королевских покоях нет замков? Не королевское это дело — запирать двери?

В комнате за дверью было светло. От свечей, но Алёха все равно зажмурился и не сразу понял, что в проёме стоит сама королева. Но это уже хорошо: значит, нет никакого газа и колдовства, и можно выдохнуть хотя бы на этом.

— Ваше величество? — негромко позвала королева и спросила, неприязненно глядя на Алёху: — Вы кто?

— Рыцарь Алох, — ответил Алёха, потому что — а что ещё он мог ей сказать? Да где эта чёртова птица? Ему срочно нужен знаток этикета, иначе он облажается как последний лох. Хотя чего он ждал вообще с таким местным именем? Надо поклониться, наверное, сообразил он и немедленно сделал это, уж как сумел. — Его величество почивает.

— Так разбудите его, — велела королева, входя в кабинет, и махнула рукой. Тотчас прибежал цветастый церемониймейстер или кто он там был и принялся зажигать в кабинете свечи. Весь Алёхин труд коту под хвост. — Я вас не знаю, — добавила она, но Алёха промолчал и покорно пошел исполнять, что было велено.

Бенька спал. Алёха затормошил его за плечо, первая проснулась Орнели и заворочалась.

— Бенард, вставай, — зашептал он. — Там твоя бабка в твоём кабинете сидит, и я не знаю, как мне её выставить. Да вставай же ты, лыр тебя побери!

Бенька наконец повернулся к Алёхе, долго тёр глаза.

— Почему так темно? — спросил он.

— Потому что я потушил свечи. Не переживай, там этот попугай уже навёл красоту. Там светло. Да вставай же!

— Что ей надо? — поморщился Бенька.

— Не знаю, — быстро и очень тихо ответил Алёха. — Она не сказала. Просто просила разбудить тебя и все. Я мог её не послушаться?

— Ты — нет, — вздохнул Бенька и сел. — Думаю, живым я отсюда уже не уйду. Бежать бессмысленно, там стража за каждой дверью.

— Что она может сделать? Устроить пожар? — спросил Алёха. — Подумай, что она может сделать прямо сейчас? 

— Почему ты считаешь, что она убьёт нас своими руками? — повернулся к нему Бенька и спустил ноги с кровати.

А ведь правда, подумал Алёха, почему? У него крепло это убеждение с каждой секундой, но откуда оно взялось? Засело как будто в подкорке. Может, не просто так? Что говорила сорока? Что они не должны ничего предпринимать, пока она не вернётся. А ещё? Что есть рыцарь и дары. Ещё? Что-то было ещё.

Бенька сполз наконец с кровати. Орнели распахнула дверь, примирившись с ролью слуги, Бенька вышел. Со сна его немного шатало, но держался он молодцом. В кабинете было светло, так, что Алёха опять заморгал после тьмы Бенькиной спальни, и его поедом ело ощущение скорого неотвратимого конца.

Королева была одна, двери были закрыты.

— Ваше величество, — она слегка поклонилась. — Вы не приказали принести ужин, и я сочла необходимым позаботиться о вас.

— Рыцарь Алох передал мне, что вы хотели меня видеть, — перебил ее Бенька, остановившись у стола. — Надеюсь, у вашего величества хорошие новости, раз вы осмелились прервать мой сон.

— Как вы и пожелали, ваше величество, скоро здесь будут князь и барон, — спокойно сказала королева. Вот не знать, что она чего-то замышляет, и в жизни не заподозришь.

Открылась дверь, опять появился церемониймейстер, с ним два мужика с едой на подносах. Королева заботливо улыбалась, Алёха поймал взгляд Беньки, потом — Орнели и едва заметно покачал головой. Мужики расставили ужин, собрали со стола письменные приборы и какие-то книги, лежавшие на краю, ни слова ни говоря, ретировались, церемониймейстер закрыл дверь, и они снова остались одни: Бенька, королева, Алёха и почти незаметной тенью Орнели.

Алёха не знал, что и думать. Втравил их всех чёрт знает во что. Им некуда деваться: кто знает, что там, за дверью. Если верить сороке — смерть. Или здесь они, в принципе, в безопасности? Вот да, так сорока и говорила. И ещё: «Прав ты был, главную опасность устранять надо…»

Вот что, что она имела в виду? Что им удастся то, что они задумали? Как? Что сделает королева? «Мы приехали сюда для того, чтобы его величеству принесли чего-нибудь поесть и попить!» Королева собирается их отравить? Возможно. Веками испытанный способ, вспомнил Алёха ещё один сериал про Италию. Так себе, решил он, наверное, кучу всего переврали. Теперь он был практически экспертом.

Бенька сел и с подозрением посмотрел на еду. Орнели встала за его спиной, видимо, так положено было по этикету. Королева сложила молитвенно руки, Бенька сделал то же самое.

— Дадут Всевидящие благословение, простят нам грехи и отпустят их по своей милости, — королева слегка наклонила голову, прикрыла глаза. Она казалась доброй и невероятно красивой, Алёха даже подумал, что был бы рад счесть все это ошибкой, и тоже закрыл глаза. — Каждый день наш и каждый кусок хлеба насущного дарован по воле Всевидящих, да продлят они благоденствие королевства и жизнь короля.