Игровое кресло Дарика

Вторая половина.

Он ничего не видел перед собой. Сплошная темнота. И полное отсутствие звуков.

На этот раз Виталик вспомнил про то, что рукой можно достать до плеча или колена, но только его так конкретно вместе с руками втиснуло в это узкое отверстие трубопровода, что у него не осталось ни каких шансов на подобное спасение.

На голове Виталика зашевелились волосы, по коже его побежали целые стада мурашек. Что за бред? Что вообще за фигня такая?! Ему не нравятся такие игры! Ничего себе и простенькая игра для новичков, а что же тогда у них происходит в более жёстких играх? Виталик завыл. Теснота, охватившая его, стала заполнять мозг диким бешенством и ужасом одновременно.

Ну, хватит уже! Что за шутки?! Неужели он так будет торчать в этой трубе до бесконечности?

Виталик напрягся всем телом и попытался разорвать на части, сжимающие его плечи стены трубопровода. Попытка ни к чему не привела. И он тут же её повторил, приложив все силы, какие только мог. От напряжения у него вздулись мышцы на шее и выделились вены. «Что-то не так», кольнуло его нехорошее предчувствие.

Когда он расслабил мышцы, ему показалось, что трубопровод стал ещё теснее. Эй, когда же там у вас «гейм овер»? Суки, блин! Что вы творите?!

Темнота, ни звука, и только сердце бешено бьётся в его груди.

- Эй! - заорал Виталик. – Всё, хватит! Не хочу я играть больше!

И никакого ответа. Одна нагнетающая тишина. Нет никому до него дела. Как будто сам себе прокричал. Он стал ждать, убеждая себя в том, что может там какие-то неполадки в кресле, в котором он сидит. Сейчас девушки разберутся, и извлекут его отсюда.

Коломбовский почувствовал, как затекают его руки. Их очень сильно придавило к телу. Но ноги его то свободны! Он забарабанил ими по стенке трубопровода.

- Эй! Эй! Тут что-то не так!

Неожиданно пузырь на его голове сам по себе лопнул. И он вдохнул омерзительную вонь, какая обычно собирается в трубах, связанных с канализацией. К горлу Виталика подступила тошнота. Из глаз брызнули слёзы. 

С дикими воплями Виталик вновь попытался раздвинуть в стороны стены трубопровода, и они внезапно в ответ сжали его ещё сильнее. В груди Коломбовского всё разом похолодело. А что, если девчонки сейчас кофе пьют и не в курсе, что тут с ним в компьютерном кресле происходит?

Это же игра, пришла мысль ему в голову, возможно тут так всё задумано. А возможно произошёл сбой, сразу возразил сам себе Виталик, и что бы ты не делал – всё равно не выберешься самостоятельно. Здесь даже могут не работать все законы физики и биологии. По идее он находится в трубопроводе вниз головой. Кровь должна приливать к ней, но этого он совершенно не ощущает. Это ощущение создатель игры не продумал.

А бабы пьют кофе… и не видят, что с ним тут происходит.

Теснота и вонь сводили его с ума. Интересно, сколько прошло времени, с того момента, как он застрял в этом вонючем трубопроводе? Час, не меньше. Сколько ж это надо выпить кофе, чтоб так надолго забыть о нём? Должен же быть этому неприятному положению конец. Как ему выбраться из виртуального мира самостоятельно? Почему он здесь, если не хочет быть тут. Виталик закрыл глаза. И так пролежал несколько минут. Глубокий вдох – выдох. Он старался себя успокоить. Просто надо подождать, сейчас со всем разберутся и извлекут его из этой виртуальной ловушки. А если не извлекут, что тогда? Если его сознание так тут и останется. От этих мыслей сердце вновь неприятно забарабанило.

Виталик открыл глаза, и яркий ослепительный свет ударил в них. Коломбовский почувствовал очень реальный и ощутимый запах шашлыка. Затем яркий свет начал отдаляться от его глаз, всё дальше и дальше, превращаясь в световое облако, которое задвигалось и превратилось в воронку. Эта воронка становилась всё меньше и меньше и вдруг вовсе исчезла. Однако ничего больше не изменилось. Только запах. Хотя нет, что-то очень сильно и неприятно давило на его ногу чуть выше колена. Боль становилась всё сильнее. 

- О-ооо! – проскулил Коломбовский, стиснул зубы и закрыл глаза.

То, что давило на ногу, сразу прекратило свои действия. И Виталик сообразил, что взаимодействия кресла с ним происходит через его глаза. Закрывая их здесь в виртуальном мире, возможно он их закрывает и там, в реальном, и тогда связь его с креслом прерывается. Надо просто полежать с закрытыми глазами, и возможно виртуальная реальность отпустит его. 

Время шло, Виталик лежал с закрытыми глазами. С ним ничего не происходило, даже запахи исчезли. Но не менялось одно: он чувствовал стены трубопровода. Он не мог с ними ничего сделать. Они образовывали прочную ловушку, и разорвать её, раздвинуть – было невозможно.

В ушах Виталика что-то зашелестело. В них что-то заползало, и распирало там всё внутри. Шелест был странным таким, с визгливым скрипом в придачу.

Виталик открыл глаза, и вновь яркий ослепительный свет ударил в них.  B вместе с этим светом в ушах Виталик раздался писклявый голос:

- Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик…

И он не прекращался. Перед глазами Коломбовского уже исчезала воронка, а голос не затихал, более того он сопровождался неприятным шелестом с визгливым скрипом, бьющим по нервам.

- Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик…

Опять что-то начало давить на ногу выше колена. Виталик вновь закрыл глаза, но визгливый голос в ушах Виталика не затих, и то, что сжимало сверху ногу, не прекратило свои действия. От боли глаза Виталика начали ползти на лоб, и он заорал:

- Ааааа! Сука! Аааа! Кто-нибудь, помогите!  

- Дарик, Дарик, Дарик, Дарик, Дарик…

Виталик заскрипел зубами. Глаза его от боли поползли на лоб.

- Дарик, Дарик, Дарик, Дарик…

Виталик захлопал ресницами, в надежде, что они вновь сработают, как выключатель от всего этого безумия. Перед его глазами возникло спокойное лицо молодой женщины, спокойствие это длилось всего несколько секунд, лицо женщины перекосило от боли, она заорала так громко, что Виталика от этого неожиданного видения всего передёрнуло. И затем появилось лицо мужчины, он матерился, крутил головой из стороны в сторону, а затем резкая гримаса боли возникла на его лице, из глаз брызнули слёзы – он заорал так, как будто его ногу живьём закрутили на фарш, не отделяя от его тела.