Иная. Опасное путешествие

Глава 2. Каил Навадайи

Не знаю, о чём думал Ратмир, когда позволил лисе оседлать шайара, но, похоже, его ожидания не смогли объять всех перспектив столь опрометчивого решения. Как только первая красавица света выбралась из кареты медведи чуть не посворачивали шеи. А после и вовсе сбили клин, подбирая местечко поближе к наезднице. В итоге леди оказалась в ореоле всеобщего внимания, к которому неожиданно присоединились Гаури и Ариор. И если лис, правя рядом с Дифаей, был сдержан и снисходителен, то пума предпочёл тактику едких шуточек, которые едва ли не перескакивали грань скабрезности. Не знаю, что руководило Верато, вряд ли у того, кто рискнул оставить такую женщину практически у алтаря, был шанс на новый виток отношений, к тому же неподалёку ехала Неора, но уняться двуликий отчего-то не мог.

Однако Дифаю это, похоже, не смущало. Она громко хохотала, кокетничая со всеми вокруг, включая косолапых, которые, не стесняясь наследников, периодически одолевали леди своим бесхитростным вниманием, и абсолютно беззастенчиво сорила томными вздохами и невинными комплиментами. Флёр её обаяния стелился по периметру пьянящим маревом, и даже Ратмир, чья каменная стать теперь оказалась во главе обоза, нет-нет да и бросал в сторону Дифаи тонкий оценивающий взгляд.

А я смотрел на Неору. Девушка намеренно отстала от шумной толпы и, в сопровождении сына, молча, наслаждалась верховой ездой. Начало пути, не обременённое милями оставленных за плечами дорог, пока ещё напоминало прогулку, и эта прогулка явно радовала крылатых. Девушка часто поднимала голову к небу, подставляя всё ещё немного бледное лицо ласковым солнечным лучам, и иногда что-то тихо спрашивала у сына. Тот отвечал односложно, порой даже без слов, какими-то странными, понятными только этим двоим, жестами, и всё чаще с настороженным любопытством поглядывал по сторонам. Лес интересовал эфильдов больше, чем чужое внимание. А я, наслаждаясь моментом, пойманным удачливым наблюдателем, неожиданно осознал одну неприятную вещь. Показное равнодушие медведей по отношению к Неоре было всего лишь иллюзией.

Нет, ажиотаж вокруг Дифаи вовсе не был искусственным. Знойная красавица действительно манила жадных до женского внимания косолапых, которые, ввиду обстоятельств, с особым пиететом относились к любым представительницам прекрасного пола, а уж к столь соблазнительным и подавно, но Неора интересовала мишек не меньше. Иная не уступала лисе ни в красоте, ни в пьянящей притягательности, но, в отличие от той, не прилагала для этого никаких усилий.

Занятно, что данный нюанс я заметил только тогда, когда на горизонте нарисовалась обольстительная брюнетка из моего прошлого. До этого мысль о том, чтобы отследить реакцию отряда на Неору в голову как-то не приходила. Парадоксально, но такова деформация личности высших, обременённых даром доминирования. На многих поприщах мы не рассматриваем обычных стайников, в качестве конкурентов, ибо дар способен подмять под себя даже самых физически сильных особей. В расчёт берутся только равные… А зря! В делах сердечных без участия обычных двуликих картина, оказывается, выглядит неполной.

Именно дар останавливал медведей от более близкого знакомства с Иной. Хотя взгляды нет-нет да и соскальзывали с яркой как пляшущее пламя лисы на дикую молчаливую эфильдку. Но на ту претендовали наследники, и это окорачивало горячий нрав бурых искателей счастья. Обычному самцу в равном бою было не под силу справиться даже с одним носителем благословения Фарао (знали бы страждущие, как оно достаётся), а уж когда их трое… В общем, перспективу «окончить свой век до срока» мишки не жаловали.

Однако заставить себя, вовсе не замечать крылатых, косолапые тоже не могли. Слишком много всего удивительного вдруг завязалось на этих странных, прибывших из неведомого мира, гостях. А потому лучшим выбором для бравой дружины Таграура на данный момент стали нейтралитет и осторожность. Чтобы понять, как вести себя с «пришлыми» медведям требовалось время. И этот факт, велением сложившихся обстоятельств, сработал в пользу Дифаи.

Девушка была магнетически обаятельна и, по официальной версии, абсолютно свободна, что делало её весьма привлекательным объектом для внимания окружающих, особенно хозяев леса. Чем лиса тут же не преминула воспользоваться. Плутовка умела расставлять сети и именно сейчас старалась загнать в них как можно больше рыбёшек… Что рождало в чертогах моей недавно исцелившейся души какую-то смутную тревогу.

Сейчас, когда тень болезни этой коварной особой окончательно отступила, холодный рассудок вернул себе способность задавать правильные вопросы. И их было немало. То, что Дифая отправилась в поход не по зову бескорыстной добродетели было очевидно, и нынешнее «пленение сердец» потенциального разменного материала было лишь стратегическим ходом. «Королева» набирала «войско», и мишкам, как не прискорбно, скорее всего, отводилась роль пешек. Ариор и Гаури были фигурами позначительнее... Однако подлинную ценность каждого из них на развернувшемся шахматном поле я не знал, как не знал и того, какова конечная цель игры. «Что лиса поставила на карту? Чего жаждет добиться? Чем это грозит нам? А главное, как помешать осуществить задуманное?»

Ворох вопросов буквально атаковал разум и тот, покорно отступив, бросил пищу пытливому нутру, сославшись на его хвалёную интуицию. Оно же, вильнув пушистым хвостом, вернуло сознанию всего лишь один ответ… Догадку, которая, будучи на виду, легко скрылась от слишком тщеславной Дифаи: «Роль белого ферзя в грядущей незримой битве проведение, похоже, решило отвести Неоре».

Голос Дартина вывел из мрачных мыслей, брат напевал ту самую песенку, которая часом ранее вертелась в моей голове, и я, поддавшись настроению, легко отмахнулся от странного, царапнувшего душу, предположения. «Пустой домысел! Игра воображения… Ну какая из Дифаи королева? Так, обиженная стерва, которая просто решила поохотиться на очередного наследника, а заодно мелочно отыграться за сцену на балконе. Что ей доступно, кроме заурядной пакости? Ничего!»