Ирий 2.0

Глава 1

Глава 1

Последнее о чем мечтаешь на свое тридцатилетие – это сажать дерево.

Разве так я планировал провести этот день? В Скорбной роще с урной праха в руках? Я поправил последний кусочек дерна вокруг тонкого хлипкого ствола березы так, чтобы не видно было свежей рытвины, и посмотрел в небо. Где теперь Мила? Здесь, в корнях нашего нового семейного древа, или там, в небе, где когда-то были боги?

Над головою шумела листвой стремительно разрастающаяся в лес Скорбная роща. Мелкие деревца посаженные в этом году, перетекали в могучие стволы там, где захоронения начинались раньше. Казалось, в этих ветвях можно услышать голоса наших близких. Ложь конечно. Просто насосы откачивают кислород для поставки в те области, которые особенно в нем нуждаются.

Садовник Скорбной рощи топтался поодаль, не мешая мне завершить прощание с женой. Но красноречиво посматривал на ручные часы, как бы намекая, что время истекает, и пора сдать инвентарь.

Я вернул ему лопату, поставил цифровую подпись в планшете, которая извещала, что услуга захоронения оплачена, а клиент претензий не имеет,  и направился к выходу из Рощи.

Вот и весь день рождения.

За пределами рощи пришлось натянуть респиратор, поскольку защитный купол тут не действовал, и выбросы с заводов оседали горьким пеплом на языке.

- Артем Валерьевич! – я вздрогнул от звука собственного имени.

И развернулся в сторону говорящего. Им оказался молодой мужчина в дорогом костюме, половину лица которого покрывала прозрачная вентиляционная маска.

- Чем обязан? – не очень приветливо спросил я у незнакомца.

- Я представитель компании «Сварожич», Владислав, - мужчина протянул мне руку, которую я проигнорировал.  А градус моей неприязни возрос настолько, что я развернулся и зашагал в сторону остановки общественного транспорта.

- Артем Валерьевич! – настырный Владислав не отставал, и зашагал рядом. – Мои соболезнования по случаю вашей утраты…

- Неуместны, - я оборвал его.

- Нам нужно поговорить!

- Нам не о чем говорить! Я уже выслушал вашего юриста, который доходчиво объяснил мне, что претензии к вашей компании не имеют смысла, - руки сами собой сжались в кулаки.

А как же! Со дня гибели Милы прошла неделя. Долгая неделя, на протяжении которой мне не давали возможность захоронить тело через множественные экспертизы и проверки. Неделя, за которую я обошел десяток адвокатов, и все они разводили руками. Контракт «Сварожича» был составлен таким образом, что привлечь руководство к ответственности за смерть сотрудника не представлялось возможным.

А ту претензию, которую согласился составить мне один ушлый юристишко, юридический отдел корпорации разбил в пух и прах.

Смерть Милы – несчастный случай. Обычный риск на производстве, и за нее максимум, что мне полагалось – страховая выплата. Но меня не интересовали деньги. Я хотел справедливого возмездия для виновных. Тех людей, которые подсунули Миле неисправное оборудование, тех, кто не проконтролировал процесс тестирования нового продукта, тех, кто допустил, что ее мозги…

- Вашу жену убили, - бросил как камнем мне в спину Владислав. И я споткнулся, останавливаясь и осознавая, что едва не перешел на бег.

- Я и так это знаю, - бросил через плечо и пошел медленнее.

- Мое руководство настаивает на разговоре с вами, - Владислав без труда догнал меня и пошел рядом. – Поймите, это важная и секретная информация, и если вам интересны детали - мы ждем вас для встречи уже сегодня.

Я как раз дошел до остановки и посмотрел на табло движения автобусов. Мой -  через пять минут. Только вот ехать в пустую ячейку, которую я за неделю без жены умудрился превратить в помойку, я не хотел.

- Мне поручено доставить вас  в главный офис, - продолжил увещевать Владислав.

- Хорошо, - я кивнул.

Всяко лучше, чем пытаться не крушить свою ячейку в приступе бессильной злобы. Может, повезет даже съездить по морде их руководству. Мне терять нечего.

Мы вернулись к парковке Скорбной рощи, где ожидал флаэр Владислава. Невольно я задумался, а какую должность он занимает в фирме, если может позволить себе такой транспорт? Мила работала в «Сварожиче» полгода, и ее оклад тестировщика позволял нам жить, но без шика. В то время как мой доход мы откладывали для покупки билетов на Марс.  

Земля загибалась, отравленный воздух способствовал частой онкологии и генетическим мутациям,  и каждый, кто мог, старался сбежать с планеты. Мы с женой не были исключением. Красочные рекламные буклеты обещали поселенцам на Марсе зеленые рощи, чистый воздух и немодифицированные продукты. А главное возможность завести ребенка.

Вот только не всякий среднестатистический гражданин мог себе позволить купить билет в один конец. В первую очередь получали право на иммиграцию «полезные» особи. Ученые, механики, аграрии, биологи. Они могли полететь на Марс по государственной программе. Любой другой должен был не только оплатить место в корабле и страховку, но иметь достаточный запас денег для обеспечения своей жизни на протяжении первого года.

Наша с Милой мечта так и будет мечтой. Эта мысль отозвалась тупой болью. Наверное, у меня все еще шок, раз кроме отупения и злости на мир я не чувствую больше ничего, нет той всепоглощающей боли, о которой мне говорили психологи в первый день смерти Милы. Шок, отрицание, гнев, принятие. В моем сознании гнев и отрицание смешалось так, что я  не мог допустить никакого принятия случившегося.

Мы летели молча, Владислав умело лавировал  в потоке транспорта, перестраиваясь с уровня на  уровень. Очертания небоскреба просвечивали в облаках. Постепенно флаэр поднимался выше и выше, на уровень парковки на крыше здания «Сварожича».

- Прежде, чем мы войдем внутрь, вы должны понять, что все, что вы узнаете за стенами компании секретная информация, - предупредил Владислав.

Я кинул. И выбрался из флаэра, на продуваемую сырым ветром крышу.  



Анна Пахомова

Отредактировано: 14.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться