Истинная для водного дракона

Глава 4. Кто ты, девочка?

— Ваше Величество! Меллисандра, — голос Ульбата громом прозвучал в комнате. На самом деле советник всего лишь негромко окликнул нас, разрушая возникшую тишину.

Мы оба одновременно вздрогнули. У меня сложилось впечатление, что и я, и синеглазка совершенно забыли о том, что мы в кабинете не одни. Отчего-то я засмущалась. Король, как ни странно, тоже. На высоких скулах заиграл едва заметный румянец. Хотя, может, мне показалось, и это разыгралось воображение, отражая моё собственное состояние? Моё-то лицо пылало огнём.

Я отвела взгляд и тут же обнаружила портрет над камином. С него на меня смотрела… моя мама. Теперь я уже не путала нас. Чуть шире брови, чуть синее глаза, чуть добрее улыбка. Всего по чуть-чуть и перед мной другой человек.

Сердце ёкнуло и заныло в груди: как бы мне хотелось узнать её поближе. Бабушка говорила, она была невероятно доброй, светлой и чересчур наивной.

— Кто это? — спросила я и затаила дыхание, ожидая ответа.

— Не твоё дело, — отрезал синеглазка, и вдруг оказался неприлично близко.

Я ойкнула, когда мой нос едва не уткнулся в широкую грудь, обтянутую тканью голубого цвета, задрала голову и отступила на шаг. Точнее, попыталась отодвинуться. Мне не позволили. Широкие ладони обхватили моё лицо, крепко, но бережно зафиксировав в неподвижном положение. Я ахнула и застыла, пойманная в ловушку синего требовательного взгляда.

Я боялась дышать и шевелиться, не зная, чего ожидать от мужчины в столь странном состояние. И постепенно тонула в тёмно-фиолетовой глубине прищуренных глаз, теряя связь с реальностью.

Чёрные зрачки запульсировали, вспыхнули бирюзовым пламенем и отразили две меня. Или не меня, а её? Ту, которую он искал во мне. Разглядывая меня с какой-то жадной яростью, желая убить и любить одновременно.

— Кто ты, девочка? И почему в таком виде? — на последних словах его голос едва заметно дрогнул, я покачнулась и начала падать в пропасть.

***

— Ион! Какой красивый цветок! Благодарю!

— Уна, ты невозможный ребёнок, — неприкрытая нежность звучала в мужском голосе.

— Но он невероятный! Смотри! — шаловливый девичий пальчик дотронулся до шаровидного бутона. В следующий момент раздался женский визг, хохот и клацанье зубов.

— Тайфун тебя забери, Ундина! — хватая в охапку хохочущую девушку, ласково рыкнул принц, оттаскивая возлюбленную от напольного горшка с заморским чудом. — Нельзя же так! Совать руки в пасть к плотоядному животному!

— Это цветок! — шутливо отбиваясь от удерживающих рук, заливалась смехом юная ведунья. — Он не может причинить мне вред. Он хороший! Я его к жабам на болото отправлю! Хотя нет! Он же всех мошек съест и бедным жабкам ничего не достанется! Я его к себе заберу! И попрошу Викинга ему мышей полевых натаскать. Ох… — Ундина печально вздохнула.

— Что случилось? Поранилась? — разворачивая девушку к себе, забеспокоился принц. — Покажи руки!

— Нет, — замотала головой расстроенная девушка. — Мышек жалко-о-о!

— Дин, ты невыносима! — закатывая глаза и чмокая любимую в уворачивающийся носик, простонал Иоанеси.

— Точно! Я придумала! Мы подарим цветок Синеокой! Она поставит его в храме Восьми озёр и все просящие будут одаривать Зубастика вкусняшками!

— Хватит! — принц не выдержал и рассмеялся, вторя звонкому смеху любимой. — Твои фантазии сведут с ума не только меня, но и старую ведьму!

— Не называй так мою подругу! — обвивая руками мужскую шею, хихикнула Ундина.

— Ведьма она и есть ведьма, — склоняясь к коралловым губам, шепнул принц изменившимся голосом.

— Она — Хранительница! Старшая рода, последняя озёрная… А-а-ах! — договорить юная ведунья не смогла.

— Хватит! — ласково выдохнул принц, поцеловал своё сокровище.

***

- Хватит! - простонала я, уворачиваясь от очередной пощечины. Распахнула ресницы, наткнулась на злобный взор синеглазки, и закрыла глаза.

«Какой кошмар! Давно мне не снились такие яркие и масштабные сны!» - простонала я, переворачиваясь на другой бок.

- Хватит! - рявкнули мне в лицо, хватая за плечи и усаживая.

«Да что ж такое-то! Что опять?» - я замотала головой, пытаясь прогнать видение. Но перекошенное мужское лицо отказывалось растворяться в сонном тумане.

«День сурка какой-то», - икнула я.

- В-вод-ы… ик… дай… те… - просипела я и поморщилась: рука затекла от неудобной позы. Видимо, я потеряла сознание, и меня уложили (небрежно швырнули?) в кресло.

В затекшую ладонь сунули холодный стакан. Я едва его не уронила. Кончики пальцев занемели, рука отказывалась повиноваться. Но я упрямее. Клацнув зубами по стеклу, я сделала первый глоток, и через ресницы незаметно огляделась.

Так, Ульбат вышел из тени и стоя за спиной правителя. Наши глаза встретились и этот невозможный человек, втянувший меня в непонятную историю, ласково мн улыбнулся.