Истинная для Золотого дракона

Часть 24. Кьер

Я вошёл на городской рынок, окидывая злым взглядом торговцев, уже готовых наброситься на единственного в столь ранний час покупателя и начать предлагать свои товары. Наверное, ноздри у меня раздувались как у коня, потому что даже самые смелые, успевшие раскрыть рот, втянули шеи и прижались к стенам своих лавок. Сам я спешно зашагал к лавке старины Хэлвика, находившейся на самой окраине рынка, в месте, называемом трущобами. Приблизившись к покосившемуся шатру, я задумался.

Что-то не пускало меня туда, не позволяло сделать шаг вперёд.

Правильно ли было отказываться от своих чувств?

Эстер по праву родства наших душ принадлежала мне, и мы могли стать счастливыми, так почему я отказывался от неё?

Я вспомнил её боевой взгляд, когда она злилась на меня там, в таверне… Сегодня она смотрела на меня иначе, с какой-то непреодолимой тоской, но одновременно показывала свою заинтересованность экскурсией Достана, предлагая нам прогуляться втроём… Внутри закипело непреодолимое желание рвануть в академию и получить свою истинную, но я понимал, что хотел этого только из-за давления метки. Она пульсировала под кожей, прожигала запястье болью, тянула меня к предначертанной самой судьбой половинке. Однако этого было мало для настоящего счастья.

Я чуть помотал головой, избавился от наваждения и нырнул в шатёр. Магические колокольчики зазвенели, словно множество льдинок, ударяющихся друг о дружку.

— Кьер» Рад встрече с тобой, но я не стану больше наполнять твои амулеты магией и давать тебе зелья невидимости. Хватит с меня! — принялся поджимать хвост Хэлвик.

Мелкий ушастый гоблин с сиреневым оттенком кожи отлично устроился в Айрисе. Его расу не особо-то любили за сварливость и лживость. Хэлвик пришёл в нашу столицу после того, как потерпел неудачу на территории ангелов, которые, следует отметить — зазнались, забыв о том, что это наш мир, драконов, а все остальные тут всего лишь гости.

— Хэлвик, брось! — постарался охладить его пыл я. — Стал таким законопослушным?

— Получил по макушке от Родриксона. Он запретил лично тебе что-то продавать без его ведома.

Я закатил глаза и ухмыльнулся. Запрет от ректора мог напугать кого угодно, но только не этого прохиндея! Наверное, уже решил заломить цену за свои услуги. Впрочем, я готов был заплатить больше.

— Я дам тебе четыре золотых вместо одного, Хэлвик! Четыре!

Глаза гоблина тут же заблестели, а кончики ушей начали дёргаться. Цена есть у всех. У всего. Даже у любви, которую я с лёгкостью могу заблокировать.

— Боюсь представить, чего ты хочешь, — с недоверием сощурил глаза Коротыш.

— Чтобы ты наложил на моё сердце заклятие льда… Не хочу влюбиться вдруг… Сам понимаешь, дело молодое, кровь кипит…

Хэлвик сощурился ещё сильнее и внимательно посмотрел на меня. Он поморщил нос, а делал так только в том случае, когда успел пронюхать что-то любопытное для себя.

— Ты уже влюбился в неприступную особу… Вот уж не думал, что ты да влюбишься. Я помогу тебе за так…

— За так? — переспросил я, не веря собственному счастью.

С чего вдруг такая щедрость?

Неужели прохиндей был так сильно настроен против чувства, которое все называли возвышенным?

Конечно, золотые лишними мне не будут, но я ведь прекрасно знал, что Хэлвик ради денег мать родную продаст. Поговаривают, что она даже красавицу жену продал по пути сюда.

— Есть кое-что… Поговаривают, что в Айрис прибыла девушка… Она ангел по крови, и у неё есть амулет. Сильный магический амулет! — глаза Хэлвика заблестели. — Поговаривают, что именно ты привёз её сюда… И что она проживает в академии под опекой Совета. Доставь мне этот амулет, и я наложу оковы льда на твоё сердце… А если нет, то сделки не будет.

Скрежет моих зубов можно было услышать, наверное, даже снаружи. Внутри всполохнулось острое желание открутить этому гоблину уши под самый корень и засунуть в одно место, но я сдержался.

— Слушай сюда, Хэлвик, — прошипел я, — узнаю, что у неё пропал кулон, я лично твою лавку в щепки разнесу, сожгу за один выдох. Уяснил?

У Коротыша явно колени дрожать начали. Обделался, наверное, бедненький от страха, а я вышел из его треклятого шатра и раздражённый пошёл вдоль остальных, думая, что делать теперь дальше. Все мысли растерялись… Я не смог бы отнять кулон у Эстер, потому что он оберегал её от оборота, а заклинание льда на моё сердце наложить больше было некому.

— Кьер, а ну стой! — послышался за спиной голос ректора.