Истинная женатого дракона

Глава 28

– Селин, малышка, – шепчет на ухо Морвел, сжимая меня в объятиях до хруста костей, – я так по тебе скучал. Ты даже себе представить не можешь, насколько сильно...

– Отпусти меня! – цежу сквозь зубы, пытаясь его оттолкнуть.

Попытку пресекает, больно прижимая к стене и выбивая из лёгких весь воздух.

– Ты не меняешься, – с улыбкой бормочет, утыкаясь носом в мою шею. Волна отвращения накрывает с головой. – Всё такая же строптивая козочка.

– Ты... – голос срывается, когда ловлю себя на мысли, что хочу выпустить магию.

Нельзя ему показывать... Иначе наденет новые браслеты.

– Убери от меня свои руки! – со всей силы толкаю его в грудь. – Ты мне противен.

– Противен? – он поднимает голову, и я замечаю, как его синие глаза наливаются кровью. – Так ты встречаешь своего мужчину?

– Ты не мой мужчина, – выплёвываю я, обхватив себя за плечи. – Ты... зверь.

Он выгибает бровь и скалится, будто наслаждается этим. А во мне что-то ломается окончательно: дрожь проходит, оставляя после себя ледяную пустоту.

Ривард меня предал.

Предал осознанно.

И да, у меня не было права ждать от него защиты. Не было права верить. Но он сам меня к этому подвёл – словами, взглядами, этим проклятым ощущением, будто я больше не пленница дракона. Будто он не по ту сторону. Будто он рядом со мной...

Он лгал мне с самого начала. А я пусть и неосознанно, но верила.

Теперь я увидела его настоящего. Он оказался хищником, который просто поиграл со мной.

Конечно, у него брат на первом месте. Ну и что, что тот творит зверства? Это же родной брат... Ему можно.

Ненавижу.

– Чего замолчала? – Морвел пальцами подцепляет мой подбородок, заставляя смотреть на себя. – Нечего сказать? Жаль... – хрипит, наклоняясь, и его аромат ударяет в нос, заставляя морщиться.

Он мне противен.

Мерзкий, наглый мужлан, на которого нет управы.

– Пошли, – говорит, хватая меня за талию.

Упираюсь ногами в пол, отказываясь идти, но Морвел, хмыкнув, просто отрывает меня от пола.

Он тащит меня в спальню... Мысль, от которой затошнило.

Я не хочу. Не хочу идти с ним.

Краем глаза замечаю бледную Квору, замершую около двери с подносом.

– Мы пока не голодны, – холодно бросает Морвел, даже не смотря в её сторону. – Иди давай. Позову, если нужна будешь.

В глазах Кворы замечаю слёзы. Она послушно делает шаг назад. Потом ещё один. Понимает, что ничем не поможет.

Зверь впивается пальцами в мою талию с такой силой, что темнеет в глазах. Дышу через раз, не переставая вырываться.

Ему, разумеется, всё равно.

Как только затаскивает меня в покои, со всей дури толкает на пол, и я падаю, больно ударяясь копчиком.

Отползаю, пытаюсь сесть. Слёзы текут безостановочно, и мир вокруг плывёт.

Дверь с глухим стуком закрывается. И я понимаю, что мне конец.

– Брат говорит, чтобы я относился к тебе помягче, – задумчиво изрекает зверь, приближаясь. – Чтобы пылинки с тебя сдувал. Но знаешь, что, Селин?

Качаю головой, концентрируя магию в пальцах.

Я не позволю ему к себе прикоснуться... Не позволю.

– Всё, что я хочу с тобой делать, – это заставить тебя кричать моё имя.

– Этого не будет, Сардар. Ты мне не просто не нравишься, ты мне противен. И мы точно не истинные. Это какая-то ошибка. Просто отпусти и...

Договорить мне не позволяет его сапог, которым он надавливает на моё бедро.

Кричу, задыхаясь от страха и отвращения.

Какая же он мразь...

– Ты... – выдыхаю, чувствуя, как из глаз вытекает новая порция слёз.

– Забываешься, Селин, – с притворным вздохом говорит он, садясь передо мной на корточки. – Ты не имеешь права так со мной разговаривать, – он тянется рукой к моему лицу, и я тут же отползаю назад.

Медленно убирает руку и прищуривается.

– Знаешь, что я понял за то время, пока брат держал меня на цепи? Я понял, что хочу тебя не как любимую женщину, а как свою рабыню. И эти покои, – он цокает, крутя головой, – ты не заслуживаешь. Клетка, Селин. Вот где надо держать такую, как ты. Чёрное отродье с острым языком.

– Ты мразь, Сардар, – выплёвываю я.

Его взгляд темнеет. В следующую секунду меня отрывают от пола и со всей силы вновь швыряют на пол.

На этот раз страдает бедро. Сжимаю зубы, чтобы не заверещать от боли.

– Будешь язвить, и я на тебе живого места не оставлю.

– Тебя вообще лечили? – вырывается из меня.

– Ривард думал, что я не в себе, – пожимает плечами. – Но я в себе. Просто до одури захотел свою истинную. Так бывает.