История холодной мести

Глава 6

Темная темная комната. Из приоткрытой двери льётся яркий свет . . . 

Видимо, сестра еще не спит . . . 

Подхожу к проёму . . . Смотрю туда . . . 

На стене две тени . . . Одна из них держит другую над полом . . . 

Не верю своим глазам. . . Пару раз моргаю . . . Картинка не меняется . . . 

Слышу тихий, но напряженный разговор . . . Ни слова не могу разобрать . . . 

Неожиданно, по квартире проносится дикий крик боли . . . 

Я врываюсь в комнату . . . 

На полу, в луже крови лежит тело сестры. . . 

Рядом с ней человек, закутанный в черное одеяние . . . 

На лице маска. . . В руке нож . . . 

В отражении клинка вижу свое лицо . . . 

Вижу, как сменяют друг друга гримасы боли, неверия и отчаяния . . . 

В следующий миг человек исчезает, а я просыпаюсь в холодном поту. 

Это была первая ночь, когда я смог уснуть сам, но этот сон портит все впечатление. Не позволяет забыть. Является сгустком ненависти, проклятьем, мотивацией действовать и причиной жить. 

Гена лежит рядом, еще спит, дроид возле двери. Лежу я тут уже восемь дней. И очень хорошо, что лежу именно в этом госпитале. Иначе быть мне в морге. Поражение органов, некроз тканей, интоксикация и все это под откат от боевого коктейля. Крайне смертельное сочетание. 

Если бы меня доставили в любое другое место, то не факт, что там было бы нужное оборудование и специалисты. Сыграло мне на руку и то, что больше чем на половину я состою из искусственных тканей и органов. Это сэкономило много времени на подборе нужных лекарств. Наличие искусственных клеток подтверждает совместимость практически со всеми медикаментами. 

Стоит упомянуть, что лечение в этом госпитале бесплатное. Потому что его содержит Организация Международный комитет Красного Креста. Хотя и странно, что госпиталь называют военным. 

Здесь же лежит и Гена частичным перелом плечевой кости и интоксикацией. Как он заработал перелом, я не знаю, но выпишут его уже, а меня просто переведут в госпиталь на базе. 

Завтра, а это уже 28 число, я узнаю на счет своего задания, выполнено оно или нет, и нужно ли мне составлять отчет. Потому как по результатам миссии я числился погибшим хоть и без подтверждения. И после моего появления началась проверка комиссии по этому происшествию. 

День этот прошёл как обычно, трижды в сутки лекарства, четырехразовое питание. А я вот думал, если на военной базе была законсервированная часть склада, значит она кому-то была или даже будет нужна. И первым на ум приходит именно лаборатория. Но что такого там должны были делать или хранить . . . Блин, ну конечно же, туда ведь постоянно ходят группы зачистки, ученые, и еще не пойми кто. Впрочем нет, схрон был еще до прорыва фронта. Вряд ли это можно было предугадать. Возможно, они готовились к осаде в будущем. Но зачем им дроид? Гражданская модель и военным искином. Возможно, планировалась изолированная работа лаборатории. Это уже больше похоже на правду, но по факту мне это ничего не дает, вода водой и никакой пользы. Надо наведаться туда, как-нибудь. Всё, слышу шаги, медсестра идет, курс лечения никто не отменял.  

— Вставай! Лечиться будем! 

. . .  

Летели на базу около получаса, ничего необычного не произошло. Не считая того, что по каким-то неведомым причинам, сначала отказались брать на борт дроида. Пришлось возиться, и оформлять в течение нескольких часов кучу документов. И это просто чтобы его взяли на борт. Потом на базе еще придется оформлять его как свой трофей. 

А между тем, серое небо и дождь. Иначе говоря, обычная погода в Тартольне. 

Нас встречал медперсонал нашего госпиталя, и вся моя следующая неделя прошла в койке. Гена же ушел по делам. 

День моей выписки пришел неожиданно. Не знаю, чем меня здесь пичкали, но я каким-то образом потерял ориентацию во времени. Сказали, что это побочный эффект. 

Ну раз меня наконец выпустили, надо бы пройтись по городу, пока есть время. Завтра, если ничего не путаю, нужно идти к начальству. Дрона я оставил у себя на базе. 

Денег маловато, так что в центр не поеду, по окраине пройдусь. Но сначала надо к Раннеру забежать. Уверен, за две недели ему будет что рассказать. 

С ходу найти его на его рабочем месте не удалось, пришлось немного походить. Пока бродил по базе, пересекся с Геной. Поздравил меня с выпиской и сказал, что сваливает на задание. На том и разошлись. В итоге поиски Раннера затянулись минут на сорок. Или на пятьдесят. Неважно. Нашел я его на выходе из кабинета начальства. Скорее все он отчитывался об очередных косяках его инженерной бригады. Мне стало интересно так ли это, и если да то, что они натворили. И вот что я услышал в ответ. 

— Ты себе даже не представляешь. Эти, эти . . . даже не знаю, как их еще обматерить. Экспериментировать, конечно, полезно, но надо хотя бы продумывать возможные исходы. Аж злости на них не хватает. Как я понял с их слов, дело было так. Они умыкнули старый нерабочий мех, восстановили его до сносного состояния и начали экспериментировать над ходовыми приводами. Поначалу они увеличили объем газа в системе и установили дополнительное охлаждение. Написали новое ПО для того, чтобы попытаться на приводах прыгнуть. В итоге их приводы разорвало в клочья. Дело было в пустом ангаре, так что никто не обратил внимание. Во вторую попытку они заменили приводы на электростазисные и переписали ПО под них. Начали экспериментировать, и вроде все шло нормально, пока они не решили увеличить мощность. В результате у меха абсолютно нерабочая ходовая, а сам мех пробил потолок ангар и валяется теперь там на крыши. 

— На полном серьёзе? Это значит мех всё же смог прыгнуть на электростазисных. Получается можно в программу прописать контроль мощности и автоматический просчет результатов искином. Но тогда может возникнуть . . .