Измена. Ненавистная любовь

Глава 7

Итак, у меня было целых три года, чтобы подготовить настоящую военную кампанию против драконьего общества. Я собиралась стать тем самым мягким завоевателем, которому, по моей задумке, надменные драконы должны были сдаться без боя и с большой радостью в плен. А для этого нужно было сыграть на их слабостях. О, поверьте, что люди, что эльфы, что чешуйчатые змеи абсолютно одинаковы, когда дело доходит до любопытства, жадности, ревности и прочих пороков, что совершенно несправедливо называют человеческими.

Поэтому номером один в моем списке была внешность. Привлекательная обертка, на которую так падко большинство. Красотой меня природа на этот раз не обделила. Хрупкая воздушная блондинка с огромными голубыми глазами и нежным личиком в форме сердечка. Абсолютная противоположность здоровой, рыжей Доротеи Маккейн. Я была неплохим алмазом, что при правильной огранке обещал превратиться в настоящий бриллиант.

Танцы были отличным решением. Мне удалось возродить немалую часть таланта эльфийки, и грация, с которой я двигалась и танцевала, вызывала дикий восторг у нанятого учителя из столицы.

— Ах, моя дорогая госпожа Крофтон, вы просто бесподобны! Небесное создание, посетившее нашу грешную землю, и я просто счастлив быть вашим учителем! — смахивал слезу господин Вилларье, что всегда был чересчур экспрессивным и слегка переигрывал. Но он был прав, без ложной скромности скажу, что двигалась я и правда великолепно.

Дальше дело стало за нарядами. Я изучала все веяния моды, сопоставляла с предыдущим опытом и собиралась выработать стратегию. Мне нужны были не просто модные платья. Такое может заказать даже пустоголовая кукла. Мне нужен был вызов, скандал, но тот, что породит восторг и восхищение, а не порицание.

Поэтому к выбору портнихи, что будет шить мой гардероб, я подошла очень тщательно. Мадемуазель Габен была молодой и перспективной портнихой, которой более старые и опытные конкурентки не давали развернуться в полную силу. И она с радостью взялась за заказы для такой богатой и знатной семьи. Мои идеи были для нее в новинку, но она очень быстро включилась, проявляя отменный талант к созданию нарядов. Выбранные модели убедили ее, что меня ждет успех, а значит, юная графиня Крофтон прославит и ее.

Да-да, вы не ослышались! К моему шестнадцатилетию отец наконец-то получил титул графа и милость его императорского величества в виде поместья на севере страны.

Нужно ли говорить, что хозяйство было разорено и заброшено, а также составляло немаленькую проблему для казны? Но его величество здраво рассудил, что у новоиспечённого графа Крофтона хватит денег на то, чтобы поставить графство на ноги.

Такое изменение статуса существенно подняло нас в глазах общества и меня заодно в качестве единственной наследницы. Ловкие дельцы и разоренные аристократы начали интересоваться дочерью графа Крофтона, но папа пресекал их любопытство. Еще бы, мне шел только семнадцатый год, и до запланированной даты было еще далеко. Поэтому я практически безвылазно сидела в поместье и оттачивала еще одно женское оружие — ум.

История, география, политика, экономика, поэзия и философия. С последними двумя проблем вообще не было. Но познавательные беседы напомнили мне, каким острым умом обладали Мария Мещерская и Валентина, и как кавалеры обожали прекрасное чувство юмора Верочки.

А вот загадочность и хитрость эльфийки Элениель должна была сыграть последнюю и очень важную скрипку в будущем дебюте.

Мистификация! Полнейшая и безумная чехарда слухов, созданных с одной целью. Люди должны засыпать и просыпаться с моим именем на устах. Здесь не знали слова «пиар», но я планировала продемонстрировать местным суть и значение этого термина.

И начало этому было положено за полгода до бала.

В то утро завтрак проходил в привычном узком семейном кругу. Мама элегантно поглощала овсянку, я была проворнее и уже допивала нежнейший жасминовый чай, а вот папа только-только разворачивал утреннюю газету, доставленную ему прямо из типографии.

— Что за черт?!!!!! — глаза отца округлились, а потом и вовсе налились гневом.

— Да как они смеют!

Мама испуганно уронила ложку, уставившись на отца.

— Что там, Дистер?!

— Ничего, Викки, просто мерзкая маленькая статейка, полная сплетен.

Но маму было не так просто провести.

— Ну уж нет, Дистер Сириус Крофтон, тебе меня не провести! Говори немедленно, что там написано! — очень-очень редко у мягкой и доброй мамы появлялся вот такой тон. И горе было тому человеку, что пробовал ей противоречить в такие минуты. Папа знал это, но, к его чести нужно сказать, он все же попытался увильнуть.

— Милая, я не думаю, что стоит читать такие никчемные вещи за столом. Аппетит...

— Читай! — в голосе мамы зазвучала сталь, и грозный дракон, самый опасный хищник в природе, жалобно вздохнул и, бросив на меня быстрый взгляд, подчинился.

«Уже совсем скоро приближается такой ожидаемый всеми уважаемыми матронами империи Осенний бал. Благородные семейства прихорашивают своих юных дочерей и готовятся представить новый цветник на суд его императорского величества. Но в такой чудесной благоухающей клумбе не обошлось в этом году без залетных семян. Вот, например, еще до недавно никому не известное семейство К., что получило свой титул только благодаря удивительному стечению обстоятельств и невероятному везению их главы, готовится представить свою единственную дочь. Но что это будет за девица, спросите вы? И не подсунут ли нам сорняк вместо нежной розы? Известно об этой девице очень мало, так как родители прячут ее от общества. Возможно, потому, что у новоиспеченной аристократки еще не появились манеры, приличествующие даме высокого положения? Или единственная наследница страдает каким-то исключительным изъяном? А возможно, дворец ожидают нашествия настоящей дикарки, питающейся со стола руками. Берегитесь, кавалеры, вас могут оглушить и утащить в пещеру. Хотя это вряд ли. Для такого барышня должна превращаться, но, увы и ах, благодаря достоверным источникам нам стало известно, что девица К. совсем не может совершить оборот в дракона. Много вопросов порождает эта дебютантка, но в любом случае, дорогие читатели, Осенний бал сбросит все покровы и маски и рассудит нас с этой неизвестной дамой К.»