Измена. Она лучше, чем я?

глава 6

Долго сижу в гостиной, но потом, собрав остатки сил, заставляю себя вернуться на кухню. Делаю глубокий вдох, натягиваю улыбку — для Маши, она не должна видеть мою боль.

В кухне царит идиллия. Евгений хлопочет у стола, раскладывая приборы. Маша, сияя, рассказывает какую-то историю про мультяшных героев, а он внимательно её слушает, кивая и улыбаясь.

Я сажусь за стол, стараясь не встречаться взглядом с мужем. Он тут же реагирует — пододвигает мне тарелку с горячим стейком, заботливо подкладывает овощей, словно ничего не произошло. Его галантность режет больнее любых слов.

— Мира, тебе положить соус? — спрашивает он, не глядя мне в глаза.

— Нет, спасибо, — отвечаю я ледяным голосом.

Маша, ничего не подозревая, продолжает щебетать. Её звонкий голосок заполняет пространство, не давая тишине поглотить нас. Я цепляюсь за каждое её слово, как за спасательный круг.

Евгений ведёт себя безупречно. Нарезает мясо тонкими ломтиками, следит, чтобы у всех были напитки, подкладывает овощи. Его забота направлена на всех, но я чувствую себя лишней в этом спектакле.

— Мамочка, попробуй, как вкусно получилось! — Маша протягивает мне кусочек своего стейка.

Заставляю себя взять этот кусочек с её вилки, жую, хвалю поваров за вкусный ужин, хотя еда мне сейчас кажется абсолютно безвкусной. Улыбаюсь, когда дочь рассказывает о своих планах на завтра.

Евгений поддерживает разговор, его голос звучит ровно и спокойно. Он словно пытается создать иллюзию нормальной семьи, будто ничего не было: ни тех слов, ни той боли.

Когда ужин подходит к концу, я чувствую, что больше не могу выносить эту игру. Но Маша ещё не готова идти спать. Она просит поиграть с ней в куклы, и я соглашаюсь, хотя каждая минута даётся с трудом.

Женя заходит к нам в детскую и присоединяется к игре, выбирая фигурку плюшевого мишки, который такой мягкий и пушистый, для того, чтобы его любили о обнимали. Поднимаю на мужа полный едкого осуждения взгляд, а он даже не отворачивается, в его глазах нет вины, это так выбешивает.

С горем пополам заканчиваем игру, после гигиенические процедуры, и только прочитав сказку, я укладываю дочь и возвращаюсь в гостиную. Евгений уже ждёт меня там. Его лицо непроницаемо, но в глазах читается напряжение.

— Поговорим? — произношу наконец, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он кивает, и я слышу вздох с облегчением, он словно ждал этого момента.

Сажусь на диван, чувствуя, как предательски дрожат колени. Евгений опускается в кресло напротив. Между нами — журнальный столик с небольшой корзинкой белых кустовых роз. Всего пару дней назад он подарил мне эти цветы… Нежно целовал, шепча что-то ласковое.

«Может, именно в тот день он возвращался от неё? — мысль отравленной стрелой пронзает сознание. — Может, это была попытка загладить вину?»

Боль накатывает новой волной, заставляя сжать руки в кулаки. Цветы, которые раньше радовали глаз, теперь кажутся насмешкой. Их сладкий аромат вызывает тошноту.

Евгений молчит, глядя на меня. Его взгляд тяжёлый, пронзительный. Каждый его вздох словно ножом режет по сердцу.

— Мира, послушай, — начинает Евгений, наклоняясь вперёд. — То, что ты услышала… это не то, о чём ты подумала.

— О, правда? — мой голос звучит ядовито. — И что же я услышала? Очередную ложь?

Он вздыхает, проводит рукой по волосам.

— Алина… она не та, за кого ты её принимаешь. Она пытается разрушить мой бизнес. Уже несколько месяцев ведёт грязную игру.

— Ах, вот как! — я иронично поднимаю бровь. — Теперь она злодейка, пытающаяся разрушить твой бизнес? А то, что я видела своими глазами, что слышала своими ушами — это тоже часть её коварного плана?

Евгений сжимает челюсти.

— Ты не понимаешь. Она… она использует любые методы. Дошла даже до того, что начала плести интриги вокруг нашей семьи. Собирает информацию, чтобы слить конкурентам.

— И ты, конечно же, бедный и невинный, никак не можешь её поймать? — мой смех звучит горько и отрывисто. — Какая удобная позиция!

— Мира, я говорю правду! — его голос повышается. — У меня есть доказательства её причастности к утечкам информации, но пока недостаточно, чтобы предъявить что-либо конкретное.

— Доказательства? — я встаю с дивана, не в силах больше сидеть. — Про какие доказательства ты сейчас говоришь? У меня вообще ощущение, что ты сам уже запутался в своей лжи!

Он поднимается вслед за мной.

— Мира, пожалуйста, дай мне объяснить…

— Объяснить что? — перебиваю я. — Как ты спал с ней? Как врал мне в глаза? Как играл роль идеального мужа и отца?

— Это не так! — его голос срывается. — Всё не так, как ты думаешь.

— О, правда? — я саркастически улыбаюсь. — И что же, по-твоему, я должна думать? Твоя любовница назвала меня курицей и напомнила тебе, что ты уже год обещаешь со мной развестись. Год, Вахрамов! Это случилось не вчера, не месяц назад, целый год! И ты будешь лить мне в уши, что за всё это время так ни разу её не трахнул? Кормил обещаниями? Эта женщина не похожа на дуру. Что теперь скажешь, Женечка?

Евгений отворачивается, сжимает кулаки.

— Я не ожидал, что ты так всё воспримешь…

— Восприму? — я почти кричу. — Ты о чём? О том, что ты предал меня? О том, что разрушил семью? О том, что теперь из-за твоих приблуд будет страдать наша дочь?

Он молчит. И это молчание говорит больше любых слов.

— Знаешь что, Женя? — говорю я, чувствуя, как внутри меня разливается жидкий лёд, замораживая все чувства и реакции. — Твои объяснения — просто очередная ложь. И я больше не верю ни единому твоему слову.

Его глаза темнеют от гнева. Я вижу, как в них вспыхивает настоящая ярость.

— Ты не понимаешь! — рычит он, делая шаг ко мне. — Ты всегда была такой — видишь только то, что хочешь видеть!

Я отступаю, но не от страха, а от отвращения.

— Неужели? — мой голос звучит холодно и отстранённо. — А может, это ты всегда был мастером маскировки?