Измена. Спасибо, что сделал меня сильнее

Глава 14.

Кирилл

Я швырнул телефон на кожаный диван — он отскочил, как резиновый мячик, и упал на ковёр с глухим стуком. Третий день подряд Влада не отвечала на звонки. Третий день я слушал этот механический голос: «Абонент временно недоступен».

— Тварь, — прошипел я сквозь зубы, массируя виски. Головная боль накатывала волнами, словно прибой во время шторма.

В квартире царила гробовая тишина. Никаких детских голосов, никакого топота по коридору, никакого запаха Владиных духов в спальне. Только пустота, которая звенела в ушах, как после взрыва.

«Как она посмела?! — В голове пульсировала одна мысль. — Как посмела просто взять и уехать? Увезти детей? Разрушить всё, что мы строили годами?»

Я налил себе кофе из турки — горячая жидкость обожгла горло, но не принесла облегчения. В зеркале отражалось лицо незнакомца: осунувшееся, с красными глазами и трёхдневной щетиной.

Господи, на кого я похож?

Звонок в дверь прозвучал, как выстрел. Я знал, кто это, ещё до того, как открыл замок.

— Кирюша! — Ольга ворвалась в прихожую, словно вихрь. Лицо расцвело, глаза искрились от счастья — так светятся люди, когда сбывается то, во что уже перестали верить. — Я так соскучилась! Теперь мне не нужно прятаться, не нужно ждать твоих звонков...

Она потянулась ко мне за поцелуем, но я отстранился, словно от огня.

— Ты с ума сошла? — голос мой прозвучал хрипло. — Зачем ты сюда пришла?

— Ну как же... — Ольга растерянно моргнула. — Теперь, когда Влада знает — когда она ушла... мы можем быть вместе. Открыто. Я могу переехать к тебе, мы можем...

— Заткнись, — рявкнул я так резко, что она вздрогнула. — Просто заткнись и не неси чушь.

Ольга попятилась к стене, прижимая руки к животику. В глазах блеснули слёзы.

— Я... я не понимаю...

— Нечего понимать, — я прошёлся по гостиной, как тигр в клетке. — Ты думаешь, это хорошо? Что моя жена сбежала? Что вся клиника теперь шепчется за моей спиной?

Боже, какой кошмар!

Я представил себе завтрашний день на работе. Взгляды. Многозначительные паузы в разговорах. Шёпот в ординаторской: «А ты слышал? Воскресенская бросила мужа. Говорят, из-за той белобрысой, из операционной...»

— Кирилл, но ведь ты же сам говорил, что любишь меня, — голос Ольги дрожал. — Что хочешь быть со мной...

— В постели я много чего говорю, — огрызнулся я, не оборачиваясь. — Это не обязывает меня жениться на тебе.

Слова повисли в воздухе. Ольга ахнула, словно я ударил её по лицу.

— Ты это серьёзно?

Я обернулся.

— А как ты думала? Что я брошу карьеру, репутацию, детей ради... — я окинул её взглядом с ног до головы, — ради тебя…

Ольга побледнела так, что веснушки на носу стали похожи на кляксы на белой бумаге.

— Но ребёнок... наш ребёнок...

— Твой ребёнок, — поправил я ледяным тоном. — Я ничего не просил. Это была твоя инициатива.

«Господи, как же она меня достала. — Я смотрел на неё — растрёпанную, заплаканную, с размазанной тушью — и чувствовал только раздражение. — Как я мог с ней спать и говорить всю эту чушь про любовь?»

Но Ольга не сдавалась. Она выпрямилась, и в её глазах вспыхнул опасный огонёк.

— Знаешь что, Кирилл, — голос её стал холодным, как лёд. — А может, мне стоит позвонить папе? Рассказать генералу Огневу, как поступают с его дочерью?

Кровь застыла в жилах. Я медленно обернулся.

— Что ты сказала?

— Ты же знаешь, кто мой отец, — Ольга усмехнулась, но улыбка была кривой. — Генерал-майор, заместитель начальника Главного военно-медицинского управления. Человек, который одним звонком может закрыть любую клинику.

«Вот же хитрая тварь!»

Я забыл. В постели все равны, а генеральские дочки не исключение. Но теперь...

— Особенно учитывая его отношение к семейным ценностям, — продолжала Ольга, наслаждаясь моим побледневшим лицом. — Представляешь его реакцию? «Какой-то заведующий обесчестил мою дочь и бросил её беременную».

— Ты... — я сделал шаг к ней, но она не отступила.

— Что я? — в голосе звучал металл. — Я просто хочу справедливости. Ты обещал мне любовь, семью, будущее. А теперь выбрасываешь, как использованный презерватив.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Я знал генерала Огнева по репутации. Человек старой закалки, для которого честь дочери — святое. Одного его звонка будет достаточно, чтобы моя карьера закончилась быстрее, чем я успею моргнуть.

— Чего ты хочешь? — процедил я сквозь зубы.

— Немного. — Ольга села на диван с непринуждённостью хозяйки. — Официально оформить наши отношения, жениться, признать ребёнка, обеспечить нас достойно.

— Ты спятила? У меня есть жена!

— Была. Она ведь ушла от тебя – значит, ты свободен, — поправила она спокойно, разглядывая маникюр. — Теперь у тебя есть я. И наш ребёнок.