Измена. Я люблю другую

Глава 12

— Как-то я раньше умудрялся не замечать твоей сварливости, — протянул Роман, откинувшись на спинку стула. — Откуда она в тебе вдруг появилась? Ревнуешь? И если да, то что заставляет? Неуверенность в том, что у нас с тобой всё это всерьёз?

Хорошо бы ему и самому ответить на собственные вопросы. Потому что нынешняя обстановка в его отношениях разительно отличалась от той, которую он себе всё это время старательно рисовал.

Ему всё казалось, жизнь станет понятнее и спокойнее, стоит ему закрыть все вопросы с разводом и открыть новую главу — с женщиной, которая действительно во всём его понимала и принимала. А в итоге что получалось? Светлана оказывалась настоящей фурией, стоило разговору зайти о её старшей сестре.

А ведь всё это время она с неё едва ли не пылинки сдувала. Рассказывала проникновенные слёзовыжимательные истории о том, что бросила всю себя на алтарь служения той, которая после смерти родителей стала её единственной семьёй.

Ну не могла же она всё это время так искусно лгать и притворяться!

— А ты считаешь, я не человек? — Светлана сканировала его пристальным взглядом. — Считаешь, я не имею права на подобного рода сомнения? Да ты представить себе не можешь, как тяжело мне с Валерией всё это время жилось! Думаешь, пока она выздоравливала, я всё тебе рассказывала? Да я о ней тогда, как о покойнице говорила! Либо хорошее, либо — ничего!

— Обалдеть, конечно, ты сейчас параллель провела, — едва не присвистнул Дарницкий. – Как о покойнице?

— А что, мы так и будем вокруг да около фактов ходить? — осклабилась Светлана. — Ведь она считай одной ногой в могиле была! Никто не знал, что следующий день принесёт! И я её жалела, конечно! Я готова была простить ей и забыть любые прегрешения! Но сейчас, сам понимаешь, всё по-другому. Выкарабкалась, слава богу.

— Выкарабкалась, и теперь её можно на все лады склонять?

— Выкарабкалась и в который раз пытается отобрать у меня то, что я уже посчитала своим! — сверкнула глазами Светлана.

Роман почесал висок, подавив в себе сильное желание присвистнуть от таких сногсшибательных открытий.

— Слушай, давай-ка придержим коней. Во-первых, я тебе не вещь и не какое-нибудь переходящее знамя. Я принимал решение сам.

— Вижу я, как ты его принял! — и она сопроводила свои слова пренебрежительным жестом. — Развёлся с ней, только чтобы… чтобы наезжать теперь к ней по любому поводу. Я уже молчу о том, что между вами случилось! Это вообще ни в какие рамки не вписывается!

— Оно и не должно ни в какие рамки вписываться! — громыхнул Роман, устав слушать её жалобы. — Мне надоело тебе объяснять, почему так случилось! И надоело пытаться это какой-то логикой объяснить, когда я сам понимаю, что никакой логики в наших действиях не было! Это был момент, вспышка безумия, помутнение! Какое определение ты бы сама предпочла?

Светлана какое-то время взирала на него исподлобья и только злобно сопела, но и не подумала безропотно принимать его объяснения.

— И я тебе уже говорила, что даже на такое безобразие смогла бы в итоге закрыть глаза. Понимаю, что не до конца ещё между вами всё отгорело и отболело. Что вас могло захватить какое-то остаточное ощущение близости и прочая чушь. Я бы всё это поняла и приняла! Но не то, что даже после развода ты продолжаешь её навещать!

— Я не её навещаю, твою-то мать! Я решаю вопросы, связанные с этой грёбаной беседкой!

— Да чтоб она сгорела, эта беседка! — надсадно проорала Светлана и стукнула по столу так, что звякнула вся посуда. — Вместе с тем чёртовым домом и его хозяйкой! Может, хоть тогда ты наконец-то угомонишься и оставишь прошлое в прошлом!

— Не смей! — зарычал Дарницкий. — Не смей подобное говорить!

Телефонный звонок заставил их обоих, накалившихся до предела, вздрогнуть и опомниться.

Радуясь возможности прекратить этот бой, Роман схватился за телефон и, мельком отметив, что номер ему незнаком, рыкнул в трубку:

— Слушаю

— Роман Викторович Дарницкий?

— Смотря, кто звонит.

— Ваш номер был на быстром вызове у Валерии Михайловны Савицкой. Я звоню вам сообщить, что вследствие несчастного случая она оказалась в больнице.